Теряя контроль - Артем Шишов

Двумя пальцами я убрала черную челку. Сначала я увидела идеальный нос, немного больше губы. Через мгновение открылись бледные щеки и заинтересованный взгляд.

Алекс?

Этот парень в одно мгновение прекратил общение со мной. Спустя год дружбы, он ни с чего перестал уделять мне внимание и в принципе замечать в школе.

— Что ты здесь делаешь? — удивленно спросила я, не понимая присутствие ученика параллельного класса.

— Не трогай его! — одноклассница оттолкнула меня своими тонкими и хилыми руками.

Повалившись на пол, я запомнила взгляд полного безразличия в глазах Алекса. Годы общения, раскрытых тайн и историй медленно покинули мою память. Однако сам парень запомнил каждый разговор и продолжал держать его в голове.

— Не мешай нам, — первое, что сказал Алекс. Спустя долгое время молчания я смогла услышать его голос. Он был пустым и немного разочарованным.

Меня долгое время ничто не волновало, не трогало. Разговоры за спиной были для меня обыденностью, к которой я привыкла. Меня могли оскорблять многими средствами, но мне все было по барабану. Алекс сломал твердую и ледяную стену. Помня, как тогда мне нравилось с ним общаться, и как он обошелся со мной, в горле встал ком.

Безразличие ко всему, что окружало меня, было нарушено. Эмоции впервые за долгое время вырывались из тела, показывая мои слабости окружающим людям.

И все-таки, то, как он вел себя за окном — одна из галлюцинаций. На самом деле он не бежал ко мне, его там и не было вовсе. Мой мозг захотел вспомнить важного человека из прошлого в самый трудный момент жизни. Психика сработала как надо, ведь нанесла еще один сильный удар по самой себе.

— Проваливай, пока можешь, — хитро улыбалась Соня. Где-то на фоне улыбались остальные одноклассники. Помимо них, Алекс также поднял уголок рта.

Чувствуя, что у меня вот-вот начнется паническая атака, нервный срыв я в спешке встала на ноги и выбежала из класса. Все школьные вещи остались на столе, но я не переживала за них. Школа и обучение давно меня не волнуют.

Направляясь к выходу из школы в темпе бега, мне казалось, что все ученики смотрят на меня. Сотни глаз изучают изгоя школы, про которого ходят ужасные слухи. Я волновала всех людей, кто видел меня, каждый из них оценивал по своему, но сводился к одному мнению «она неудачница». Мне сложно поспорить с ними.

Вырвавшись из шумных коридоров на улицу, я не чувствовала абсолютно ничего. Свежий ветер не делал мою жизнь легче. Абсолютно ничего не изменилось, мой мозг, как и всегда, просто решил убежать от проблемы.

В школу я больше никогда не вернусь, ей нет места в моей жизни.

Пройдя до дома не торопливым шагом и опущенной головой, я открыла старую дверь и прошла в ужасный дом. Мне никогда в нем не нравилось, он не защищает меня от угроз. Возможно, мой сон стал бы лучше даже под мостом, нежели в этом гниющем доме.

Многие проблемы и страхи возникли из-за моих родителей. Их регулярные ссоры и безразличие в мою сторону породили любовь к музыке. Когда ты слушаешь мелодию, неважно какую, веселую или грустную, твой мозг перестает чувствовать реальность. Все что окружает его становиться абсолютно неважным. Крики и оскорбления на кухне становятся беззвучными. Помимо внешних звуков, практически пропадает и внутренний шум. Вся душа будто освобождается не только от оков плохой жизни, но и от самой себя.

Домой я вернулась только ради гитары. У меня не было в планах сегодня играть на улице, но я обязана спрятаться от своих проблем. Иначе они меня раздавят.

Взяв акустическую гитару, я покинула дом и направилась в центр маленького города. Путь мог занять чуть больше часа, но я никуда не спешила и оказалась на месте спустя девяносто минут.

Центр это бурлящее, шумное место, поэтому я предпочитаю играть в переходах.

Мое самое любимое место было свободно и грех им не воспользоваться. Достав гитару из чехла, я быстренько ее настроила и начала играть музыку.

Играя песню, мой мозг не знал, что я буду играть дальше. Мой список песен зависит от настроения, сегодня оно тягучее и мрачное.

Люди проходили и веселились, кто-то смеялся в компаниях и шумно разговаривал. Они чувствуют хорошие эмоции, поэтому я не понимаю их. Этого хватает, чтобы ненавидеть их.

— Не порть людям настроение, — сказал прохожий, имея в виду мою грустную музыку.

Я не должна их веселить.

Они и так все веселые.

Музыка продолжала играть, мое настроение стало менее тяжелым. Гитару можно сравнить с наркотиком, она тоже ударяет дофамином в голову на короткое время.

Думая о наркотиках у меня начинается ломка. Будь рядом Брайан, я бы сделала все что угодно, чтобы получить лишнюю дозу.

Время подходило к семи часам вечера. Солнце медленно садилось, вместе с уходящими людьми. Если раньше это был вечный поток, похожий на муравейник, то сейчас переход мог пустовать.

— Смотрите, эта ненормальная играет, — из воздуха появилась Соня, вместе с Хьюи и еще парой подростков.

— Звучит дерьмово, — высказался неизвестный.

— Сыграй что-нибудь посложнее, повеселее, — издеваясь, просила девушка.

— Не хочу, — отказалась я.

— Так и скажи, что играть не умеешь, — Хьюи тоже начал улыбаться.

Компания из четырех человек окружила меня и прижала к холодной стенке. Они не позволяют мне играть, их главная цель сломить меня внутри, удовлетворить свое эго.

— Отстаньте! — пыталась я выбиться их окружения, но ничего не получалось, меня отталкивали обратно.

— А то что, прогонишь нас грустной песенкой? — смеялся кто-то из их компании.

Когда мне удалось найти волну самоуспокоения, пришла компания и вернула меня в подавленное настроение. Они добились своего и победили меня.

— Предлагаю прокачать ее гитару, чтобы зазвучала, — злобно предложила Соня.

— Да, звучит неплохо, — Хьюи резко схватился за мою гитару, первую любовь для меня.

Вырывая инструмент из рук, он потянул так сильно, что я опустила голову, и ремень сполз с меня. Сейчас гитара была у злых подростков, желающих сломать ее.