Мечтательница - Желана Соколова

— Яра не сердись, я не специально, — услышала встревоженный голос Берсенева.

— Егор? — Что-то в его голосе заставило меня насторожиться.

— Только не волнуйся, малыш, — попросил он. — Кажется, тормоза отказали, — славно успокоил, блин.

— Егор? — Меня начала захлестывать паника, когда я наблюдала бесконтрольное движение машины Берсенева. — Попробуй затормозить переключением на пониженную передачу.

— Правильно мыслишь, девочка. Только места маловато, боюсь не успею.

— Егор, пожалуйста! Давай я сделаю заслон своей тачкой? — Попросила я, с ужасом понимая, что ничего нельзя сделать.

— Не смей! — Рыкнул на меня он. — Прошу, не думай даже об этом.

Отрезок трассы, как назло, самый отвратный. Бросает с горки на горку. Черт! Еще и поворот! Неет! Захлебнулся в глотке крик отчаяния. То ли реально кричала, то ли мысленно? Этого не может быть?!!! С ужасом лицезрела, как Бэха Берсенева перевернулась и закружилась в адском круговороте, превращаясь в смятую груду железа.

Едва успела затормозить, чуть не влетев в нее следом. Выпрыгнула из своей тачки, подбегая к нему. Вид окровавленного Егора меня не испугал. Страшила другая мысль. Главное успеть вытащить, пока все не взорвалось к чертям. Бензин так и хлещет, судя по запаху.

Пульс есть. Отлично. По хрен на все правила переноса пострадавших, тащу, как есть. В конце концов, Егор не обычный человечка, да и я Греза. Как-нибудь вправлю ему косточки на место. Дар придает мне богатырской силы. Справилась и с металлом, взявшим в свой безжалостный плен жертву и с переносом спасенного пленника.

Едва успела оттащить своего мужчину на относительно безопасное расстояние, как рванул оглушительный взрыв. Инстинктивно прикрыла тело Егора собой, заслоняя от возможных ранений.

— Люблю тебя, Егор, — прошептала сквозь слезы, сильнее прижавшись к нему. — Никому тебя не отдам, слышишь? — Рыдала навзрыд, осознавая, что чуть его не потеряла. Кажется, я это уже проходила? Дежавю? Насмешка судьбы?

— Тсс, маленькая, не плачь. Я тебя ни за что не оставлю, — прохрипел Егор, придя в сознание. — Повтори, что только что сказала?

— Что? — Сделала вид, что не понимаю, о чем он?

— Что любишь.

— Люблю, — сдалась я и улыбнулась. — Индюк мой самовлюбленный.

— И я тебя люблю, — хмыкнул он мне в ответ.

17

Раскрыть карты? Легко.

После наших взаимных признаний в чувствах набежала толпа зевак, мешая нам и вызывая у меня глухое раздражение. Кто-то вызвонил скорую и Егора отвезли в больничку, изрядно его там помучив болезненными экзекуциями и даже операцию успели провести. Эх. А я бы быстрее могла его исцелить, так не дали ведь.

Пришлось уже после операции и реанимации, его долечивать своими силами, точнее Даром, прямо в палате. А перед этим пришлось долго волноваться в ожидании окончания операции и ругать себя, что допустила до этого абсурда.

Любимов с Анькой были со мной и как могли утешали, пытаясь унять мое раздражение и нервозность.

— Уууу! Надеюсь, эскулапы там его не прирежут? — ходила я взад-вперед по длинному больничному коридору.

— Не волнуйся, Слав, — уговаривала Белякова. — Все хорошо будет.

— Молчи, лиходейка, — шикнула на нее. — Обманула меня.

— Не обманула, а промолчала, — оправдалась подруга. — Это ваши разборки, я не вмешиваюсь никогда в отношения, ты ж знаешь?

— Убью ту мразь, что это сотворила с Егором, — скрежетала зубами от злости, внезапно меняя тему разговора, изрядно напугав Аньку своим рыком.

— Надо понять, кому это выгодно? — подсказал Сашка.

— Вот именно, — согласилась с ним. — Уж точно не Романовым, — буркнула тихо под нос.

Более-менее вздохнула облегченно, когда Егора привезли в палату. Он отходил от наркоза, а меня пытались не пустить к нему. Наивные. С моими-то способностями? В миг сделала ментальное внушение этим стражникам в белых халатах, чтобы не смели мне перечить. Прорвалась, короче.

Держала за руку Берсенева, посылая исцеляющие волны по его организму. А чтобы врачи не застукали за подозрительным свечением-лечением, поставила друзей на входе, чтобы маякнули, если что.

Наконец, Егорка открыл свои синие глаза, под которыми пролегли тени.

— Яра, пить? — Прошептал он запекшимися губами.

— Сейчас, родной, — спохватилась я, поднося осторожно к его рту небольшой стаканчик с водой. — Только немного, хорошо? Нельзя пока.

Он жадно глотнул, и мне пришлось отнять от его губ пластиковую тару, почти ненавидя себя за эту безжалостную необходимость.

— Прости, — прошептала я, гладя ладонью по его щеке. — Сейчас я тебе помогу.

— Малыш, не сейчас, — попросил он. — Я помню, чего тебе стоит твое “помогу”. Свалишься ведь рядом со мной без чувств и кто тебе поможет?

— Так врачи есть, — пыталась его переубедить.

— Я потерплю, малыш. Посиди со мной, а лучше приляг рядом.

— Хорошо, Егорка.

Недолго думая, я устроилась под бочок к своему упрямцу, все равно посылая слабые волны для его скорейшего исцеления. Но не сильно, так, чтобы он не заметил.

— Ты простила меня? — Тихо спросил он.

— Конечно. А ты меня?

— За что?

— За гонку. А еще…я должна сознаться.

— В чем? — Нахмурился Берсенев.

— Сегодня утром. Это была я, а не Карина, — выдохнула признание и замерла.

— Дурочка, — улыбнулся Егор, явно обрадовавшись этой новости. — А я то гадал, что не так с Романовой? И почему я чуть не поддался ее чарам?

— Не дразни меня, — рыкнула на мужа. — Я правильно поняла, она не в курсе нашей женитьбы?

— Нет. Я и утром сказал, чтобы быстрее от нее отвязаться. Кто ж знал, что ты такая коварная у меня? Реально меня напугала своими словами. А самое страшное, что Карина именно так бы и сказала и не ограничилась только угрозой.

— Боишься за меня?

— Яра, эта семейка опасна, пойми? Случай на яхте вспомни.

— Нас вместе столкнули. Ты не видел, кто?

— Нет. Хотя и так понятно, чьих рук дело. А ведь они не знали, что я Берсенев, а не Сафронов. Значит, их мишенью была ты, — сжал он мое запястье. — И Влада чуть не убили в то же время.

— Карина твоя бывшая?

— Много чести, давать ей статус бывшей, — нахмурился снова Егор. — Да, спал с ней когда-то. Но отношений у нас не было, чтобы она там себе не думала.

— А в тот вечер, в клубе? — осторожно спросила его.

— Бес попутал, вернее одна плутовка, — хмыкнул. — Пригласила на свидание, а потом назвала чужим именем.

— Какие мы нежные, — поддела его. — Поэтому побежал сразу за утешением к своей не бывшей, а меня в игнор, значит? Ты хоть понял, что я тогда почувствовала?

— Яр? Ну дурак, согласен…но я с ней не спал тогда.