Мой бывший предатель - Ая Кучер

— Ну… Со скрипом. Первый толчок, а теперь — всё зависло. Как обычно. Раз сама работаю — то можно навалить задач больше, оплату попытаться срезать. Такое.

— Демпинг…

— Необходим, я знаю.

Чудо, что мне удалось нескольких клиентов заманить. Крупных и хороших. Просто потому, что я их и привлекала. Работала с ними. У них уже кредит доверия ко мне.

Но в бизнесе за милую улыбку не простят всё. «Сожрут». Вот и сейчас первые обсуждения.

Есть те, кто думает, но там ещё договора со старой фирмой. Время для переговоров.

Есть те, кто остался и у Десницкого, и со мной. Там минимальный объём работы, прописанный в договоре. Мне — всё оставшееся.

А оплата одинаковая получается.

Но я стараюсь. Я хочу знать, что у меня получилось! Что я смогла это.

— Пахнет чудесно, — Юра аж глаза прикрывает. — Умеешь ты жертв заманивать к себе, Дубинина.

— Так, давай без фамилий!

Указываю на него лопаткой! Мне не хочется сейчас никаких напоминаний о прошлом.

А ещё напоминание того, какой у меня гормональный сбой был. Я могла взять фамилию Юры, упростить всё. Но…

Марьям Балабанова — меня не устраивало. Особенно для Кирюши. Как-то… Не знаю.

Я не особо хорошо справляюсь с личными проблемами, знаю. И хотя похоже, но всё равно… Не умею как-то.

Наверное, надо заняться этим вопросом уже.

Сменить фамилию.

— Кир спит? — Юра усаживается за стол.

— Да, набегался за день, — я улыбаюсь. — Дрыхнет. А ты как?

— Пойдёт. Цветы красивые.

— Угу.

Я отворачиваюсь, прикусывая губу. Стыдно за свою слабохарактерность. Цветы, которые должны были отправиться на свалку, теперь красуются посреди стола.

Цветочки ни в чём не виноваты!

А я просто игнорирую факт, что их прислал Дубинин.

Я ставлю перед Юрой тарелку с лазаньей. Пригласить его на ужин я решила внезапно. Хотела как-то отблагодарить за то, что он сделал для меня.

Как много старается.

Переехал в соседнюю квартиру, чтобы меньше вопросов было про наше «не-сожительство». Вряд ли кто-то будет на лестничной площадке поджидать.

И хотя, успокоившись, я начала думать трезвее… Вроде как Савва на самом деле не очень заинтересован, а лишь цепляет…

Всё равно готовлюсь к худшему.

— Значит, — Юра чуть наклоняет голову. — Ты с Дубининым поговорила. Вроде и утрясла, но при этом ничего и не прояснила?

— Я узнала главное. А его мотивы и что там было два года назад… Это меня не так сильно волнует.

— Ты ведь понимаешь, что это немного… Только не обижайся. Но это немного по-детски и глупо. Не лучше всё обсудить и расставить точки, а не ждать, когда рванёт?

— Я знаю. Умом я осуждаю себя. Что так бегаю и ныкаюсь, но…

— Я не понимаю, чего ты так боишься. Донорство отпадает. Кириллу ничего не грозит. А ты… Кажется, ты говорила, что у вас брак хороший был.

— Был. А потом… Юр, он меня на аборт отправил. Он отказался от меня одним днём. А если… А если потом так от сына откажется? Если будет бороться, заберёт, а потом… Выбросит? Как ненужную игрушку! Я всего боюсь, если честно. Это иррациональный страх, я знаю. Но успокоиться не могу.

— Маш. Ни ты, ни твой сын — не игрушки, — Юра мягко сжимает мою ладонь. — Ты ею не была, судя с того, что ты рассказывала. Но я в любом случае не позволю, чтобы так обращались с тобой.

— Я знаю, но… Я была женой, а он отмахнулся. И на аборт… Я просто боюсь за Кирилла. Боюсь, что ему сделают больно. Или воспитают таким же чёрствым.

У меня много страхов. И много боли внутри. И это мешает сделать лучший выбор, а не просто убегать.

Но как поговорить с Дубининым, когда меня трясёт от его присутствия?

Рискнуть, когда на кону то, что обидят моего сына!

Я переживу, если Савва вновь меня растопчет. Если сделает больно. Но если это коснётся Кирюши…

Тут я не справлюсь.

— Не воспитают, — решительно возражает Юра. — Сына у тебя никто не заберёт. И ты его воспитаешь чудесным человеком. Это уже видно. Хотя вначале у меня были сомнения…

— Что значит сомнения?!

— Ну, ты иногда… Серьёзно, первые недели знакомства ты меня до жути раздражала. Потом я втянулся. Серьёзная, строгая, мозгоклюйка со всякими правилами. Со своим шармом, я не отрицаю. Но на выходных… Я увидел, что ты совсем другая. И мама замечательная.

— Спасибо.

— Я серьёзно, Маш. В том детском центре… Я впервые увидел тебя с другой стороны.

И посылает мне этот незнакомый взгляд, которым начал смотреть именно на тех выходных. Улыбается по-новому.

Мягко ведёт подушечкой большого пальца по ладони, заставляя всё внутри замереть.

— Так нормально, Маш?

— Что? — сиплю внезапно.

— Ты не любишь лишний контакт. Но так ведь нормально?

— Я… Да, Юр. Так нормально.

Непривычно, что Юра так открыто касается моей руки. И то, что я это позволяю.

Кожа у него очень горячая. Немного прожигает. Я улыбаюсь, получая поддержку, игнорируя другие чувства.

Непривычные. Новые.

— Прости.

Я поспешно освобождаю руку, когда вибрирует телефон. Читаю новые сообщения, отвечаю. Приходится даже в календарь залезть, чтобы перенести встречу.

— Всё в порядке? — уточняет Юра.

— Да, просто тут завал по встречам. А психолог хочет перенести и… Ищу свободную дату.

— Я не знал, что ты к психологу ходишь.

Я и не хожу. Это будет первый сеанс, на который я решилась внезапно. Просто поняла, что больше так продолжаться не может.

Я боюсь всего. Чрезмерно реагирую на Савву. Я не закрыла этот гештальт, а сделала вид, что проблемы просто не существует.

Если бы Дубинин не вернулся — я бы продолжала жить в уверенности, что всё хорошо.

Оглядываясь на прошлое… Да, я многое себе надумала и интерпретировала. Но кто меня может винить?

Кто не подумал бы о подобном, узнав, что Дубинин донора ищет?

Но я остро реагирую на бывшего мужа. Не могу избавиться от злости и боли. И с этим нужно что-то делать. Я хочу вернуть себе самообладание, а не всю жизнь дёргаться.

Возможно, встреча с психологом будет именно тем, что мне нужно. Выговориться без страха осуждения или того, что это до Саввы дойдёт. Просто выплеснуть всё.

Я знаю, что многие не доверяют психологам. Я сама отношусь с сомнениями. Но проговорить всю историю может быть полезно.

Вдруг сама решу, что делать дальше?

Я просто хочу перешагнуть этот этап. Жить полной жизнью, а не окончательно превратиться в неврастеничку.

Поэтому