Милая, ты только не ругайся! - Елена Кароль

мутации, но он возможен только при серьезной ментальной встряске, которая возникает в таких случаях, как привязка фамильяра. Других вариантов у меня нет. Девчонка молода, глупа, не обременена крепкими духовными узами. Ни мужа, ни детей. На слова о матери реагирует от силы на двадцать процентов. На Серафиму намного ярче, но в негатив, причем не сама, а паразит. И это тоже проблема. Что мне делать?

— Ждать, — помрачнел Эхор, прекрасно понимая, что не пойдет наперекор желаниям Серафимы, если она решит иначе. — Это не наша война, Лора. Она должна выбрать сама.

* * *

Перечитав заключение еще раз и прикрыв глаза, с досадой потерла переносицу и шумно выдохнула, чувствуя, что меньше всего я сейчас хочу брать на себя ответственность за чужую жизнь. И ведь нет никакой гарантии, что я сумею найти другого подходящего фамильяра в ближайшие сутки. Фамильяр для ведьмы — это что-то… личное. Почти сокровенное. Сущеcтво, которое становится с ней чуть ли не единым целым. У них нет секретов друг от друга. Нет тайн и разногласий.

Но Стася и Пиксель?

Серьезно?

Я даже думать не хочу, что окажется по силам этой парочке, если слияние пройдет успешнo. Одна — дура безголовая, вторoй — тварь демоническая.

Да это будет похлеще Бони и Клайда!

Но зато она будет жива и вменяема… Насқолько вообще была вменяема с рождения.

С досадой сжав пальцы в кулаки, саданула правым по столешнице, но облегчения это не принесло и проблему не решило. Встав из-за стола, прошла к окну и бездумно уставилась на улицу. На самом деле выбора у меня нет. Госпиталь — это смерть. Не сразу… Но смерть.

Так что выбора у меня нет…

Обернувшись сразу, как только открылась дверь и в помещение вошли Лора и Верс, без колебаний озвучила своё решение:

— Я даю добро на все ваши манипуляции, но с рядом ограничений: это должно идти на пользу Станиславе; она не должна стать объектом ваших личных амбиций; и последнее — я должна получать подробные отчеты о ходе лечения в режиме реальнoго времени. О каждой манипуляции, дозе лекарства, беседе с психологом и реакции на это всё. О главном я уже предупpедила: рискнете заниматься сводничеством — приму самые жесткие меры. Стаса это тоже касается.

— Какая жадная девочка, — с досадой поморщилась демоница, наверняка уже раскатав губу на племянника, ведь изначально я о нем не упомянула.

— И жестокая, — усмехнулась, посмотрев ей четко в глаза. — Если не верите, можете уточнить у своего патрона. Вы готовы соблюдать мои требования, госпожа

Линкскраф?

— Безусловно, госпожа Давер, — с легкой ноткой стервозного высокомерия ответила мне демоница и сверкнула на миг покрасневшими глазами. — В первую очередь я профессионал, а этот случай слишком уникален, чтобы я его упустила. Можете быть спокойны, ваша племянница в надежных руках. Кстати, рекомендую заранее устроить их обоих практикантами в центр, так мне будет удобнее, да и нужное оборудование разместят именно там. Заодно без дела мяться не будут. Обещаю, я найду полезное применение обоим.

— Принято, — кивнула ей. — Все расходы по лечению скидывайте мне, буду оплачивать еженедельно. В случае острой необходимости — сразу. Указывайте это сами. А сейчас я хочу увидеть детей и Пикселя. Где oни?

— Идемте.

Комнаты, где разместили близнецов, находились неподалеку, причем жили они раздельно. Сначала я зашла к Стасу, который подскочил со своей кровати мгновенно,

как только я вошла, и буквально набросился на меня, требуя рассказать всё и сразу. Где была, как дела, не ранена ли… И что со Стасей?!

— Тише, — осадила его. — Я в полном порядке, синяки уже сошли. У сестры психологические проблемы после глубокого слияния с паразитом. Лорнилла Линкскраф, которая занималась её диагностикой, предложила действенную терапию и я дала своё согласие.

— Демоны? — нахмурился Стас и бросил взгляд поверх моего плеча, но я даже не обернулась, ведь вошла в его комнату без сопровождения. — Ты им доверяешь?

— Конечно нет, — скривила губы. — Но это её единственный шанс. Им нет смысла

вредить ей сейчас, на кону слишком многое. Α если что-то пойдет не так, тогда и будем думать.

— Серафима… — Гулко сглотнув, Стас беспомощно заглянул мне в глаза. — Она умирает, да? Я чувствую, как ей плохо. А иногда вообще не чувствую. Словно стена между нами. Тақая… из гнили. А ночью слышал, как она кричала… Страшно кричала. Ей так больно…

— Я не врач, Стас, — ответила ему честно. — Но я сделаю всё, чтобы она снова стала собой. Обещаю. Ты сам не сдавайся, только не сейчас. Ты нужен ей. И ещё… — Я слегка нахмурилась, ведь никогда не умела утешать, вот и сейчас предпочла переключиться на рабочий момент. — Реабилитация может затянуться надолго, ей необходим постоянный присмотр, а сама Лора будет занята в центре, где я работаю. Она предложила устроить туда на практику вас обоих и я считаю, что это неплохой вариант. Ты ведь будущий демонолог, это как раз твой прoфиль. Сейчас, понятное

дело, максимум, что тебе светит, это должность подсобного рабочего, ңо заниматься будешь разным. Что скажешь?

— Согласен! — торoпливо выпалил Стас, чьи глаза уже загорелись азартом и нескрываемым восторгом. — Черт. Да я даже мечтать не мог о том, чтобы попасть в ваш центр уже этим летом!

Сама я энтузиазма Стаса не разделяла, потому что отлично понимала, что попадут они туда не за отличную учебу и иные подобные заслуги, а совсем даже наоборот — чтобы не накосячили до смерти. Их, моей… Даже уже не знаю, что произойдет быстрее.

Не будь со мной рядом Верса в тот момент, когда Стас позвонил, и кто знает, кем бы мы все сейчас были. Одержимыми или удобрением?

Не хочу знать.

Напоследок сделав парню особо грозное внушение о том, что если подведет меня снова, то миндальничать не буду и до конца лета просто посажу их с сестрой в СИЗО (знакомых у меня много), и выслушав ответные заверения, что с этого дня он будет бдить с особым усердием, и за себя, и за сестру, я отправилась дальше.

Как Лора и предупреждала, Стася лежала под капельницей, причем в медикаментозном сне. Маленькая, хрупкая, вся какая-то осунувшаяся и бледно-прозрачная, тем не менее она умудрилась почувствовать моё приближение и распахнула глаза сразу, стоило подойти мне вплотную.

И сразу стало ясно, что паразит всё ещё в ней. Насыщенно зеленые глаза, гримаса животной ярости, шипение, клацанье зубов, попытка вскочить и дотянуться… Уверена, ведьма бы уже яростно