Лёд и карамель - Анфиса Ширшова

– Ага… – пробормотал я, пристально разглядывая брата и мою девушку.

Они почти не разговаривали, лишь переставляли фигурки, тщательно обдумывая тот или иной ход. В какой-то момент Аня тихонько засмеялась, и Итон резко вскинул голову, глядя прямо ей в глаза. Мне до жути не понравилось выражение его лица. Он словно находился в галерее и разглядывал поразившую его картину.

– У меня не было шансов, – развела руками Аня и заправила прядь волос за ухо.

– Мат. Я выиграл, – пробормотал Итон и принялся торопливо складывать фигурки в бархатный мешочек. Аня хотела было помочь ему, но я подошел и потянул ее за руку.

– Идем, – тихо сказал я, глядя в карамельные глаза. – Нам пора спать.

***

АНЯ

– Аня…

Мне нравилось, что во время близости, Остин произносил мое имя. Всегда. Раньше я и представить не могла, насколько это круто…

– Малыш, давай попробуем без резинки? – вдруг выпалил он, продолжая неторопливо двигаться во мне. – Пожалуйста… Я смогу вовремя остановиться. Хочу почувствовать тебя…

Я уже мало что соображала, ощущая волну наслаждения, которая зарождалась внизу живота. Но здравый смысл покинул меня не окончательно. Теперь я понимала, почему Остин всегда пользовался защитой… Не хотел внезапно стать отцом еще одному малышу. И это было здравое решение. Но почему он решился на этот риск сейчас?..

– Ты уверен? – выдохнула я, прекрасно зная, что он делает. Двигается чертовски медленно. Дразнит меня. Держит на грани…

– Пожалуйста, Аня, – уткнувшись лбом в мой, прошептал он. Его дыхание стало прерывистым, и все мое тело будто прошило током от осознания того, как сильно он меня хотел.

– Да… Хорошо.

Когда он снова вошел в меня и сдавленно застонал, вжимаясь всем телом, словно отлитым из стали, я уже едва могла дышать. Слишком много эмоций и ощущений… Мы забыли о той неспешности, с которой только что занимались любовью, срываясь в дикий ритм и жесткие толчки.

Мы будто сошли с ума в ту ночь.

Глава 17

АНЯ

– Я скоро приеду, – шепнул Остин, прижимая меня к себе.

Рано утром он отвез меня на вокзал, потому что вечером мне уже нужно было выходить на смену в бар «Олдер-Бей». Квилл наверняка скучал без меня и разрывался на несколько маленьких Квиллов, чтобы успеть обслужить всех гостей.

– Я очень хочу поехать с тобой.

– Все в порядке, – улыбнулась я. – Мне некогда будет скучать, придется поработать в баре без выходных до конца каникул.

– Я на связи каждый день, – предупредил Остин. – И каждый вечер, когда будешь заканчивать смену, обязательно звони мне. Я должен быть уверен, что ты добираешься до дома в целости и сохранности.

– Скоро увидимся, – шепнула я, целуя его на прощание. – Передай от меня привет Лео, когда он проснется.

– Обязательно. Люблю тебя, Аня.

Серые глаза неотрывно смотрели в мои, словно надеясь, что с моих губ сорвутся такие же или похожие слова. Улыбнулась сквозь слезы и провела ладонью по вихрастым волосам на его затылке.

– Я люблю тебя, Остин.

Новый год я встретила в баре, в компании Квилла, Тома – еще одного бармена – и толпы подвыпивших гостей. Было шумно, весело и очень непросто. К трем часам ночи у меня буквально отваливались руки, ведь за эту смену я смешала неимоверное количество коктейлей и наполнила элем парочку десятков бокалов. Когда уехала домой, то скинула Остину смс-ку о том, что все в порядке. Они отметили Новый год все вместе в своем доме. Об этом я узнала, когда смогла сделать короткий звонок Остину во время небольшого перерыва. Поговорила я и с мамой. Но разговор оставил тяжесть на душе, хотя мы обменялись взаимными пожеланиями счастья. Мамин голос показался мне слишком уж возбужденным, неестественным. Так бывает, если переберешь с алкоголем. Сама я такого не испытывала, но не раз замечала, когда жила вдвоем с мамой в Чикаго. Проблемы с алкоголем начались у нее после того, как отец ушел из семьи. Кстати, меня он так и не поздравил, а я отправила ему смс-ку, уверенная, что он ее не увидит.

На следующий день я встретилась с Эбигейл в кофейне неподалеку от колледжа. Мы не виделись уже больше недели и собирались обсудить все на свете. Однако стоило мне заметить ее затравленный взгляд, как я мгновенно напряглась.

– Что-то случилось?

Эби потеребила волосы и тихо произнесла:

– Я изменила Колтону.

От шока я отшатнулась, впечатываясь лопатками в спинку стула.

– Что? Нет, Эбигейл… Ты не могла!

Подруга уставилась на меня умоляюще, а я схватилась за голову.

– Мне и самой дерьмово, Энн. Я не знаю, как это получилось… Колтон мне очень нравится! Это правда.

– Видимо, не очень, – только и смогла выдавить я.

Эби подалась ближе ко мне и быстро заговорила:

– Мне жаль, Энн! Не знаю, зачем я это сделала. Это случилось еще до Рождества.

– С кем ты изменила ему? Я его знаю?

– В том и дело… Это Джимми.

– Рыжий? – едва не рухнув со стула, ахнула я. – Но они ведь с Колом приятели! Они играют в одной команде… Эби!!

– Знаю, – простонала она. Приглядевшись, я поняла, что подруга и правда не на шутку взволнована. Похоже, она уже и сама пожалела о той глупости, которую совершила. – Боже мой, я каждый день как на иголках… Джимми может в любой момент рассказать об этом Колтону. Я не переживу этого позора.

– Раньше надо было думать, – процедила я.

Глаза Эби увлажнились, и она шмыгнула носом. Я тяжело вздохнула.

– Просто скажи – зачем?

– Ты серьезно спрашиваешь, Энн? Просто так! Потому что мы выпили, а Колтон уехал на помощь к однокурснику, тот сломал ногу. А мы с Джимми остались вдвоем, он поехал меня провожать… И вот.