Двор Ледяных Сердец - Элис Нокс

Я лежала на кровати и смотрела в расписной потолок, где переплетались золотые листья и птицы. Тело было ватным, слабым.

Поднос всё ещё стоял на столе у окна. Еда давно остыла – видела, как от неё больше не поднимается пар. Но запах остался. Сладкий, тёплый аромат свежего хлеба. Пряный дух жареного мяса. Фруктовая свежесть. Каждый вдох был пыткой, заставлял желудок сжиматься болезненной судорогой.

Я закрыла глаза, пытаясь заснуть. Может, во сне станет легче. Может, не буду чувствовать голод. Тело требовало отдыха – проваливалось в забытьё само, против воли.

Тьма сгущалась медленно, обволакивала тёплой тяжестью. Я тонула в ней, как в густом сиропе.

И вдруг почувствовала холод.

Знакомый. Пронзительный. Зимний холод, который не имел ничего общего с температурой воздуха – он шёл изнутри, от меток на коже, от связи, которую невозможно разорвать.

Глаза распахнулись.

Комната исчезла.

Я стояла в тронном зале. В том самом – с колоннами из чёрного льда, уходящими в звёздный купол, с синими свечами, горящими холодным пламенем без воска. Но зал был пуст. Никаких гостей в сверкающих нарядах. Никакой музыки. Никакого запаха вина и еды. Только эхо, которое подхватывало каждое дыхание и уносило в пустоту.

И трон в дальнем конце – массивный, из чёрного льда, обсидиана и костей.

И он.

Кейлан Морфрост сидел на троне, небрежно закинув ногу на подлокотник, подперев подбородок рукой. В простой чёрной тунике без доспехов, волосы распущены серебряным водопадом. Смотрел на меня не мигая. В зимних глазах плескалось что-то тёмное, холодное, опасное.

Сердце бешено заколотилось, кровь ударила в виски.

Он нашёл меня. Даже здесь, в Летнем Дворце, за стенами чужой магии. Он нашёл способ проскользнуть.

Медленно, очень медленно он поднялся с трона – движение плавное, кошачье. Начал спускаться по ступенькам. Каждый шаг эхом отдавался в пустом зале, множился, окружал со всех сторон.

Я попыталась отступить, ноги дёрнулись – но не двигались. Примёрзли к полу. Магия удерживала, как невидимые оковы.

Он подошёл ближе. Ближе. Остановился в паре шагов, и холод усилился, обжёг кожу через тонкое платье.

Мы смотрели друг на друга. Долго. Я видела, как его грудь поднимается и опускается в медленном, контролируемом ритме. Видела, как сжались пальцы в кулаки, потом разжались.

Затем он заговорил – тихо, холодно, каждое слово чёткое, как удар:

– Летний Двор. – Пауза. – Оберон забрал тебя.

Не вопрос. Констатация факта.

Я молчала, горло сжалось так, что не могла выдавить ни слова.

Его глаза сузились – едва заметно, но температура вокруг будто упала ещё на несколько градусов.

– Интересно. – Он начал обходить меня кругом, медленно, изучая. – Я искал тебя. Весь день. Не мог найти.

Остановился за спиной. Я чувствовала его взгляд между лопаток – тяжёлый, пронзающий.

– Его магия заблокировала меня. – Голос стал жёстче. – Он посмел заблокировать мою связь с моей добычей.

Обошёл, встал передо мной. В зимних глазах плескалась ярость – холодная, сдержанная, но от этого ещё опаснее.

– Но ты ослабла. – Рука поднялась, палец провёл по моей щеке, обвёл тёмный круг под глазом. – Голодная. Жаждущая. Измученная.

Усмешка тронула губы.

– И его блокировка дала трещину. Достаточно большую, чтобы я проскользнул.

Ладонь легла на мою щеку – ледяная, обжигающая. Я дёрнулась, но магия не давала отступить.

– Что он тебе предложил? – Тихо, опасно тихо. – Какую сделку?

Я поджала губы, стиснула зубы. Молчание.

Его рука скользнула вниз, пальцы сжали мой подбородок – не больно, но крепко, заставляя поднять голову, смотреть в глаза.

– Говори. – Приказ, не терпящий возражений.

– Он… – Голос сорвался, прозвучал хрипло. – Он хочет, чтобы я осталась. Стала его.

Молчание. Долгое. Тяжёлое, как могильная плита.

– Его. – Он повторил медленно, и слово прозвучало как проклятие, как плевок.

Его рука опустилась на мою шею, пальцы провели по меткам – по его меткам, по узорам инея. Прикосновение было холодным, собственническим.

– Ты моя. – Просто. Холодно. Абсолютно. – Моя добыча. Моя охота. Моя.

Он наклонился ближе, губы почти коснулись моего уха. Дыхание обожгло кожу – ледяное, но обжигающее.

– И Оберон не заберёт то, что принадлежит мне.

Обнял за талию, притянул к себе – крепко, властно. Я уперлась руками в его грудь, но это было как толкать каменную стену.

– Слушай меня внимательно, Элиза. – Голос стал тише, вкрадчивее. – Ты знаешь, что я могу видеть твои мысли. Твои воспоминания. Через нашу связь. Через метки.

Пальцы скользнули по узорам на моей шее – медленно, обводя каждую линию.

– Я знаю о твоей семье. – Пауза. – Мать, которая печёт пироги по воскресеньям. Отец, который читает газету в старом кресле. Маленький тихий домик на окраине города, где ты выросла.

Голос стал холоднее, как первый лёд на озере.

Ужас сдавил горло ледяной хваткой.

– И твоя лучшая подруга. Хлоя. – Он произнёс имя медленно, смакуя каждый звук. – Милая, наивная Хлоя, которая верит в сказки и мечтает о приключениях. Которая покупает билеты на концерты и смеётся над глупыми шутками.

Пауза. Его рука сжалась на моей талии.

– Я вижу её лицо в твоих воспоминаниях. Ясно. Чётко.

Слёзы выступили на глазах, затуманили зрение. Он знает. Конечно, знает. Благодаря связи он видит всё – каждую мысль, каждое воспоминание, каждого человека, которого я люблю.

– И если ты согласишься на предложение Оберона… – Голос стал жёстче, рука сжалась на моей талии так сильно, что кости заныли. – Если ты станешь его…

Он отстранился, посмотрел мне прямо в глаза.

– Я приду за ними. – Просто. Без эмоций. Как сообщают прогноз погоды. – Мать. Отец. Хлоя. Все, кого ты любишь.

– Нет… – Голос вырвался шёпотом. – Пожалуйста, нет…

– Я заберу их. – Продолжал он методично, не отрывая взгляда. – Приведу сюда. В свой Двор. И сделаю с ними всё, что захочу.

В его зимних глазах не было жалости. Ничего, кроме холодной решимости.

Губы коснулись моего виска – ледяной поцелуй, обжигающий.

– Твою мать я сделаю служанкой. – Шёпот у виска. – Будет стирать, мыть полы, прислуживать высшим фейри. Пока пальцы не сотрутся до костей. Пока спина не согнётся. Пока не превратится в горстку праха.

Поцелуй переместился на щёку – медленно, методично.

– Отца отправлю в конюшни. – Голос оставался ровным, как будто обсуждал меню ужина. – Убирать за животными. Таскать тяжести. До конца его коротких человеческих дней. Пока сердце не остановится от усталости.

Всхлип вырвался из горла. Слёзы потекли по щекам, горячие, предательские.

– А Хлоя… – Голос