Жестокий наследник - Ана Уэст

Священник не сбивается с ритма, но я по-прежнему не слышу его слов. Я сосредоточена на руке Киллиана, обжигающей мою талию, и прекрасно понимаю, что все это видят. Скорее всего, они видят, как Киллиан любезно поддерживает свою измученную невесту в день её свадьбы, но я знаю правду. Его прикосновения одновременно собственнические и поддерживающие.

И мне это нравится.

Затем Киллиан отпускает меня, поворачивается ко мне лицом и поднимает руки, чтобы схватить вуаль. Он медленно поднимает её, накидывая мне на голову, и моё сердце подпрыгивает прямо к горлу, словно пытаясь заползти в его руки, открытое и уязвимое. Я делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться, когда прохладный воздух касается моих щёк и горла, и замечаю, что Киллиан смотрит на меня.

В церкви воцаряется тишина, и я бросаю взгляд на священника, но он молчит.

О нет, я не понимаю, что происходит.

Думай, Кара! Что он сказал?

Затем Киллиан начинает говорить.

— Я, Киллиан Скарано, беру тебя, Кара Райан, в жёны, в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит нас. — Лёгкая улыбка появляется на его губах, он сжимает мою руку и наклоняет голову.

Чёрт. Теперь моя очередь.

Я повторяю за ним, меняя наши имена местами, и он повторяет за мной, не выпуская моей руки.

— То, что соединил Бог, человек не должен разъединять. Пусть Господь утвердит данное вами согласие и одарит вас своими благословениями. — От слов священника у меня сжимается сердце, и я облизываю губы, пока Киллиан принимает золотое кольцо от Данте и легко надевает его мне на палец. Кимми появляется у меня под боком, и я с радостью чувствую её тепло, когда она вкладывает холодное кольцо в мою раскрытую ладонь, но я не могу отвести взгляд от Киллиана.

Он удерживает меня на месте своим грозным взглядом, пока я надеваю кольцо на его ожидающий палец, затем он сплетает наши руки и крепко прижимает меня к себе. Его лицо оживляется так ярко, что в уголках его глаз появляются морщинки, а глаза искрятся. Моё сердце трепещет, и я не могу удержаться, чтобы не улыбнуться ему.

— Господи, благослови Киллиана и Кару и освяти их супружескую жизнь, — продолжает священник. — Пусть эти кольца станут символом их веры друг в друга и напоминанием об их любви. Во имя Господа нашего Иисуса Христа, аминь.

— Аминь, — повторяем мы с Киллианом в унисон.

— Теперь вы можете поцеловать невесту, — заканчивает священник.

Пылающие руки Киллиана возвращаются на мою талию и притягивают меня к себе. Он прижимает ладонь к моей пояснице, усиливая напряжение, которое возникло между нами. Моя кожа наполняется энергией, по рукам бегут мурашки, и я поднимаю руки, чтобы нежно обхватить его лицо, когда он наклоняется ко мне.

В тот момент, когда его губы касаются моих, церковь взрывается вокруг нас, но для меня это лишь фоновый шум. Его губы мягкие и тёплые, его подбородок гладкий под моими пальцами, и когда я вдыхаю, меня окутывает его мускусный аромат сандалового дерева и пряного лосьона после бритья. Он слегка наклоняет меня назад силой своего поцелуя, и его тело становится сплошной горячей линией, прижатой ко мне.

Он прижимает меня к себе, и я снова повисаю в его руках, как послушная марионетка, ожидая следующей команды, а моё сердце так сильно бьётся в груди, что я уверена, он это чувствует.

— Да, чёрт возьми! — шепчет Киллиан мне в губы, скрепляя обещание ещё одним поцелуем, и я полностью растворяюсь в нём.

ГЛАВА 19

КИЛЛИАН

— Теперь ты женатый человек, Кил! — Восклицает Данте мне на ухо, кладя тяжёлую руку мне на плечо. — Я горжусь тобой. Серьёзно, полгода назад я бы ни за что не увидел нас здесь. — Данте снова хлопает меня по плечу, в прошлом я бы отпрянул от такого прикосновения. Но сейчас мне не хочется его отталкивать. Ничто не могло бы сейчас меня расстроить, особенно после того, как я увидел, как Кара идёт к алтарю, выглядящая как настоящая богиня, и произнесла «да» так, словно это самое ценное обещание, которое она когда-либо давала.

— Что я могу сказать, — спокойно отвечаю я, — времена меняются. Данте смеётся и подзывает проходящую мимо официантку, шепчет ей на ухо, что ему нужно, и она тут же исчезает в толпе, которая окружает нас. Сиена проделала фантастическую работу по планированию, организовав прекрасную свадьбу, а теперь и пышный приём всего за четыре дня.

— Это потрясающе, Сиена. Большое тебе спасибо. — Я наклоняюсь и нежно целую её в щёку в знак благодарности. Она проводит руками по моему пиджаку и качает головой, отмахиваясь от моих слов.

— Не стоит благодарности, — улыбается она, прижимаясь к Данте. — Я просто рада, что мы пережили этот день без сучка без задоринки. Было непросто держать в секрете такую важную информацию.

— Ты невероятно талантлива, — делает ей комплимент Данте. Я отвожу взгляд, давая им возможность побыть наедине, пока вокруг нас веселится компания.

Свет приглушен, играет энергичная музыка, ирландцы и итальянцы смешиваются и танцуют так, будто завтра не наступит. Здесь нет границ, только интеграция и завязывание новых дружеских отношений, которым больше не мешает союз. Я осматриваю комнату в поисках своей теперь уже жены. На её нежном лице было написано, что свадьба была для неё напряженной.

Она выглядела сногсшибательно. Единственное, что раздражало, – это то, что на её бледной коже не было никаких признаков собственничества, которыми я её украсил. Хотя и по веской причине, это не уняло моего нарастающего желания показать её всему миру как свою законную собственность. После сегодняшнего вечера нам не нужно будет прятаться.

Официантка возвращается с несколькими хрустальными бокалами и бутылкой виски. Она ставит их на стол и отходит, пока Данте разливает напитки. Я облизываю губы. Я могу выпить, верно? Это особый случай, и мы празднуем. Я не пил уже несколько дней, один бокал не навредит,