Дерзкие сердца - Шэрил Биггз

Приподнявшись на локте, Трэйнор смотрел на спящую Марси. В душе его радость боролась с чувством вины. Он снова желал ее с жаром, которого он еще не знал до этого.

В пещере было тихо. Джон Хэбнер и его жена мирно спали за занавеской – всего в нескольких шагах от Марси и Трэйнора. Янки на время прекратили канонаду, очевидно, отдыхали и снайперы. Единственным звуком было едва слышное дыхание Марси.

Ему так хотелось дотронуться до нее, прижать губы к ее губам и снова почувствовать сладость ее тела, но он сдержался. Он думал, как несправедлива жизнь. Никто из братьев и сестер Брэгет не был счастлив в детстве. Но детство показалось бы им сносным, если бы они знали, в какие переделки может попасть взрослый человек.

Томас Брэгет перед смертью сделал все от него зависящее, чтобы испортить жизнь своим сыновьям. Надо признаться, о смерти его никто не жалел, даже мать и сестра Трэйнора. Оставшись после кончины отца с пятном на репутации и неразгаданными тайнами, осложнениями, возникшими с Рыцарями Золотого кольца[11], Брэгеты все же надеялись на будущее, свободное от жестокости и оскорблений. Но тут началась война.

Рыцари. Забытый гнев опять вспыхнул в крови Трэйнора. Он не подчинился отцовской воле и не присоединился к ним, хотя потом и заплатил за это неповиновение дорогой ценой. Правда, при трезвом размышлении он понял, что получил полезный урок.

Он отвернулся от Марси со злым блеском в глазах и застывшим лицом. Когда-то, несколько лет тому назад, он искренне полюбил женщину, а она швырнула эту любовь ему в лицо, когда его отец сделал ее богатой в обмен на разрыв с Трэйнором. Родитель преподал урок: не перечь отцу и не бросай вызов. А он перестал доверять женщинам. По крайней мере, не открывать им свое сердце.

Осторожно, стараясь не разбудить Марси, Трэйнор поднялся с дивана. Накрыл ее, обнаженную, покрывалом, которое взял со стула, быстро оделся и вышел из пещеры. Уже на улице застегнул ремень с кобурой и надвинул плотнее черную широкополую шляпу.

Он вел себя как дурак. Марси Колдрэйн – сестра офицера-юниониста. Она северянка и по рождению, и по воспитанию. А он, Трэйнор, по-идиотски похитил ее и совсем уже по-идиотски соблазнил. Будет удивительно, если она не позаботится о том, чтобы его повесили. Он заслужил это, хотя бы своей глупостью.

Трэйнор заметил Брета возле пещеры лейтенанта Карстеда. Надо увести его отсюда и поговорить без риска наткнуться на лейтенанта, встреча с которым нежелательна. В теперешнем настроении Трэйнор боялся совершить какой-нибудь безрассудный поступок – например, заехать лейтенанту кулаком в физиономию.

Брет увидел Трэйнора и пошел навстречу ему.

– Сборы заканчиваем, – сообщил он шепотом.

– Есть новости? – спросил Трэйнор.

– Да. Один не пришел – Лифлин. – Брет пожал плечами. – Если он не появится перед нашим уходом, то, полагаю, совсем не придет.

– Думаешь, он попался?

– Попался, убит, заблудился, утонул. Все что угодно.

Трэйнор мельком взглянул на пещеру лейтенанта Карстеда: в ней было темно – свет не горел – и вздохнул с облегчением.

– Успел немного поспать? – спросил он Брета.

– Подремал. Ждал Джонса, того солдата, который взялся проводить нас в Бриджпорт. Он сказал, что встретит меня здесь.

Трэйнор достал карманные часы, открыл золотую гравированную крышку. Часы эти принадлежали его деду, человеку, совершенно непохожему по складу характера на сына Томаса. Трудно было поверить, что в их жилах одна кровь. Трэйнор повернул циферблат так, чтобы на него падал свет луны.

– Я зайду в госпиталь к Белле. Дай знать мне, когда все соберутся.

Он пошел вверх по тропинке, больше всего желая избежать встречи с Карстедом или Марси.

Проходя мимо убежища Хэбнеров, он думал о Марси, о том, как она спит сейчас, свернувшись калачиком, и не мог отделаться от чувства вины. Он все готов отдать – лишь бы снова быть с ней. Но разлука лучше для них обоих. Ей вовсе не нужен мятежник. Зная Марси, он не удивится, если она объявит себя соблазненной и обманутой. И в этом легко будет убедить – ведь она проснется совершенно обнаженной в пещере Джона Хэбнера.

Господи, да он законченный идиот! Идиот, потому что воздвиг между ней и собой высокую стену.

Трэйнор вошел в госпиталь. Белла спала, но он не мог уйти, не поговорив с ней. Ведь все обернулось совсем не так, как они задумали. Раздались пушечные залпы, но они не разбудили раненых – люди были так истощены и измучены, что ничего не услышали. А иные просто лежали без сознания.

Он встал на колени возле кровати свояченицы. Когда он видел Беллу в последний раз, она вся сияла, ее золотые волосы волнами ложились на плечи, в голубых глазах светилось счастье. Трэйнор печально улыбнулся. Ведь этот последний раз был три года назад, в день свадьбы Трэкстона и Беллы. Это воспоминание повлекло за собой новое, о Лин – сестре-двойняшке Беллы – и его другом брате Трэйсе. Сыграли двойную свадьбу: два брата женились на девушках-сестрах – какой прекрасный повод для торжества! И все-таки, несмотря на счастье, все присутствующие ощущали какую-то тень. Ведь нельзя было забыть, что Томас Брэгет убит и обвиняют в этом отца Беллы и Лин – Генри Сорбента – офицера и члена общества Рыцарей Золотого кольца.

Скорее всего, его повесили, если, конечно, ему не удалось бежать во время беспорядков, которые охватили Новый Орлеан при пожаре в форт Самтер… Начало войны… начало той бури, которая захватила всех и так повлияла на судьбы.

Его мать ни разу не упомянула об этом в своих письмах, но иногда Трэйнор спрашивал себя, имеют ли Белла и Лин какие-то известия от отца и нет ли данных, снимающих с него вину.