Улыбнитесь, вы уволены - Кара Локвуд

— Это наш шанс. — Мисси открывает свою дверь.

Фергюсон несколько минут не может отделить себя от заднего сиденья «импалы». Ему приходится выпутывать фонарик, который зацепился за ремень безопасности.

— Быстро, — шипит Мисси на Фергюсона.

Освободившись, он выбирается к нам. Предстоит преодолеть двадцать шагов до двери. Фергюсон бежит пригнувшись и раздает указания условными жестами морских пехотинцев, но, запыхавшись, останавливается на полпути, наклоняется и упирается руками в колени, чтобы отдышаться.

— Издеваешься? — шепчет Мисси.

У входа Мисси берет карточку Фергюсона и проскальзывает внутрь. Фергюсон изощренно крутится, словно он командир спецназа, старающийся не задеть лазерных лучей. Я спокойно переступаю через порог, убийственно взглянув на него. Он делает мне знаки «о'кей» и «порядок» — большие пальцы вверх.

— Атакующая команда на месте, перехожу на прием, — хрипит Фергюсон в рацию.

— Команда и так одна, — шепчу я. — Других нет.

— Надо говорить «перехожу на прием», перехожу на прием, — тоже шепотом отвечает он.

— Пошли! — Стеф тащит его за собой.

Поднявшись по лестнице на второй этаж, мы почти сразу же видим старую кабинку Стеф. Теперь она вся увешана фотографиями чьего-то скотчтерьера, в рамочках; еще тут есть календарь с терьерами и гигантская открытка с надписью «Собаки тоже люди!».

Я держу Стеф обеими руками, чтобы она не разнесла всю кабинку.

— Дай хоть одну рамочку разбить, всего одну! — умоляет она, но я выталкиваю ее обратно в коридор и пытаюсь утешить:

— Все равно никто бы не догадался, правда?

— Да? Давай зайдем в твою кабинку. Посмотрим, как тебе понравится.

Моя кабинка через две от Стеф, у окна. Не сомневаюсь, в нее кто-то переехал прямо в день моего увольнения.

Однако я не ожидала увидеть на своем старом месте весь отдел информационных технологий. Втайне я мечтала, что после моего ухода останется опустевшая кабинка — как вечное печальное напоминание о невосполнимой потере.

Моего стола не узнать. Он превратился в филиал диснеевской студии: все свободные поверхности покрыты открытками с героями мультиков.

Как будто меня здесь никогда и не было.

Стеф пожимает плечами.

— Ну, по крайней мере, у тебя не сплошные скотчтерьеры.

* * *

Дважды свернув не в ту сторону, Мисси все-таки приводит нас в серверную, которая оказывается просто большой подсобкой — ряд пыльных полок, заваленных грудами электронного оборудования. Словно чулан с реквизитом для «Звездного пути». Отовсюду свисают провода.

Фергюсон с грохотом опрокидывает стоящую в углу урну, мы все смотрим на него.

— Извините, перехожу на прием, — хихикает он в рацию.

— Кто-нибудь заберет у него эту штуку или мне придется делать это самой? — спрашиваю я у остальных.

Мисси садится перед единственным в комнате компьютером.

— Командир, разрешите охранять район кухни, перехожу на прием, — просит Фергюсон Мисси.

— В разрешении отказано, — отвечает та.

— Но я хочу есть, перехожу на прием, — скулит Фергюсон.

— А перед уходом нельзя было поесть? — шипит Мисси.

— Я поел перед уходом! — Фергюсон хватает себя за живот и строит страдальческую гримасу. — Перехожу на прием.

— Потом поедим.

С жутковатым хладнокровием Мисси вынимает из сумки фомку и вскрывает шкафчик с картотекой. Оттуда она достает блокнот, где, по ее словам, записаны все пароли. Без проблем входит в систему электронной почты и проставляет время, в которое завтра будет отправлено письмо, увольняющее всех руководителей. Затем приступает к зарплате.

— На месяц или два? — спрашивает меня Мисси. — Заморозить им выплаты на месяц или на два?

— На два, — решает Стеф.

— А где Фергюсон?

Мы со Стеф находим Фергюсона в углу кухни, он сидит на корточках и уписывает из банки чье-то жаркое.

— Кухня под контролем! — Он вскакивает и вытирает рот. — Перехожу на прием.

— Дай сюда рацию! — шиплю я, набрасываясь на Фергюсона. Мы тянем ее друг у друга, пока нас не растаскивает Стеф.

— Не отвлекаться! — приказывает она.

— Повтори: перехожу на прием, — просит Фергюсон в рацию.

Возвращаясь из кухни, мы проходим мимо отдела кадров. Дверь открыта, горит пара настольных ламп.

— Давай? — Стеф мотает головой в сторону кабинета.

— Что давай?

— Почитаем чужие дела, — предлагает она.

Личную картотеку мы открываем долго, потому что кроме линейки и моих ботинок других инструментов у нас нет. Мы ведь не такие опытные взломщики, как Мисси.

— Посмотри-ка. — Стеф достает дело Майка.

Три иска о сексуальных домогательствах, одно незаконченное судебное дело. Похоже, Майк опробовал старый прием — «давай сходим в дорогой ресторан, а потом — ко мне» — еще на нескольких коллегах. Только не все так легко на него попались. Меня это почему-то злит. Я считала себя единственной.

— Компания уже уладила два иска против него, — отмечает Стеф, пролистывая папку.

— На сколько?

— Не сказано.

— Дай, — говорю я. Хочу сделать копию. Не знаю зачем, но у меня должен быть экземпляр.

Мисси опускает руку мне на плечо:

— Пойдемте, все готово.

— Где Фергюсон?

— Да кому он нужен!

— Мы не можем его бросить.

— Я пошла. Хотите остаться — ваше дело, — заявляет Мисси.

Стеф переводит глаза с меня на Мисси и обратно.

— Давай вместе поищем, — предлагает она.

Стеф идет в одну сторону, я в другую; мы обе шепотом зовем Фергюсона. Не успеваем мы обойти и пол-этажа, как раздается оглушительный вой. Мисси включила пожарную сигнализацию — то ли нарочно, то ли по ошибке. Зная Мисси, подозреваю, что нарочно — чтобы сделать нас козлами отпущения.

Я мчусь на кухню и чуть не врезаюсь в Фергюсона, который уминает чьи-то объедки недельной давности. Хватаю его за руку и бегу, заметив через ряд кабинок, что Стеф пришла в голову та же мысль. Мы обе бросаемся к лестнице. Распахиваем дверь, слетаем по ступенькам — и вот мы уже на улице, на подземной (начальственной) стоянке. Башмаки Фергюсона клацают по бетону.

Вдруг впереди загораются ослепительно-белые фары. Стеф хватает нас и толкает за машину.

Либо охрана, либо полиция. Мы погибли.