Принцесса в центре внимания - Мэг Кэбот

– Слышишь?

Я обернулась.

– Что я хотел сказать тогда тебе… Миа, ты выглядишь… ты выглядишь по-настоящему…

На нас падали красно-синие неоновые отсветы рекламы кафе «Под часами». Удивительное дело: даже в этом диком освещении, даже в своем чудовищном костюме Майкл был… ах, какой он был!

– Ты в этом платье выглядишь просто потрясающе, – выпалил он.

Я почувствовала себя Золушкой на балу. Я улыбнулась ему и забыла обо всем на свете… На одно короткое мгновение. Как вдруг…

– Эй, ребята, идете вы или как? – крикнул кто-то.

Этот голос вернул меня с небес на землю. Мы обернулись и увидели, что Кенни высунул голову в люк на крыше и машет нам свободной рукой.

– Э-э-э, – потянула я в полном замешательстве, – да, да, конечно.

И села в машину, будто ничего не случилось.

И если хорошенько подумать, то, несомненно, так оно и есть. Ничего не случилось. Но в моем мозгу слышался какой-то тоненький голосок, который тихо-тихо, но настойчиво повторял: «Майкл сказал, что я выгляжу потрясающе. Майкл сказал, что я выгляжу потрясающе. Майкл сказал, что я выгляжу потрясающе».

И вот что я подумала. Может, Майкл, конечно, и не писал тех писем. И скорее всего, он не догадывается, что я самая классная девчонка в школе.

Но он считает, что я в своем розовом платье выгляжу потрясающе. И это все, что для меня сейчас имеет значение.

Я сижу в бабушкином номере, вся обложенная подушками, и подарками к свадьбе, и мягкими игрушками для ребенка. Роммель дрожит на противоположном конце дивана. На нем сегодня розовый кашемировый свитер.

Считается, что я сейчас пишу благодарственные письма, но на самом деле, естественно, веду дневник. Никто этого не замечает. Наверное, потому, что в гостях сейчас бабуля с дедулей. Они возвращаются в Индиану и заехали попрощаться по пути в аэропорт. В данный момент обе мои бабушки составляют список имен для ребенка. И естественно, обсуждают, кого приглашать на крещение.

(АААААААААН!!! Только не это!!!!!)

А папа с дедулей толкуют о перегное. Видимо, важная тема для фермеров из Индианы и владельцев оливковых полей в Дженовии. Если забыть о том, что дедуля держит магазин, а папа – принц. Ну и ладно. Разговаривают, и прекрасно. А могли бы и… ладно, не буду.

И Хэнк здесь. Тоже пришел попрощаться с дедулей и бабулей. Он всеми силами старается убедить их в том, что они не допускают ужасной ошибки, оставляя его одного в Нью-Йорке. Но у него это плохо получается. Хэнка постоянно отрывают звонки по мобильному, он все время с кем-то говорит. Судя по интонациям, это вчерашние подружки невесты.

И вот что мне теперь думается. Все на самом деле не так плохо в этой жизни. У меня будет братик или сестренка, и отчим у меня соображает не только в математике, но и в пинболе.

И папа показал мне, что на этой планете есть по крайней мере один человек, который не боится моей бабушки… Да и бабушка сама стала как-то добрее, хоть так и не собралась съездить в Баден-Баден. И с папой до сих пор не разговаривает, исключая крайнюю необходимость.

А, да, и сегодня, между прочим, мы встречаемся с Кенни в «Виллидж Синема», будем смотреть японский мульт-марафон. Раз уж обещала, надо…

Но перед этим заеду к Лилли, и мы сделаем заготовки для ее следующего шоу, которое будет посвящено вытесненным воспоминаниям. Мы попытаемся загипнотизировать друг друга, чтобы проверить, помним ли мы что-нибудь из своих прежних жизней.

Лилли убеждена, что в одной из своих прошлых жизней она была Елизаветой I.

А что? Я, кстати, верю.

Ну и переночую я тоже у Лилли, мы собираемся взять в прокате «Грязные танцы» и «Леденящий ужас». Усмотримся!

Да, и вот было бы здорово, если бы Майкл вышел к завтраку в одних пижамных штанах! Ну, или просто в джинсах. Но чтобы без футболки!

Вот и будет еще один впечатляющий момент.

Очень впечатляющий.