Любовник леди Софии - Лиза Клейпас

— Обещаю вам, что я не передумаю, — тихо произнесла она.

— Это мы еще увидим, — ответил он и вышел из комнаты.

Залы обширного загородного особняка Кэннонов и не менее обширный парк и сад наводнили толпы аристократов и лондонских знаменитостей. Дамы развлекались тем, что играли в карты, предавались досужим разговорам за рукоделием, листали модные журналы или же прогуливались по усыпанным гравием дорожками сада. Джентльмены предпочитали проводить время в бильярдной, за чтением газет, в библиотеке или же в павильоне у озера. Стоял теплый июньский день, и даже свежий ветерок был бессилен смягчить лучи не по сезону яркого солнца.

А в задней части дома, невидимые глазам бесчисленных гостей, не покладая рук трудились слуги — убирали комнаты, стояли у раскаленной плиты, проветривали наряды своих хозяев. Кухня источала соблазнительные ароматы — здесь круглосуточно выпекался хлеб, на вертелах жарилась птица, запекались сочные куски говядины и огромные окорока. Под руководством повара кухонная прислуга заворачивала в виноградные листья куропаток и бекон, после чего ловко насаживала их на вертела. Куропатки предназначались в качестве основного послеобеденного блюда, чтобы гости не слишком проголодались до ужина, который подавался в десять вечера.

Довольная тем, что все пока идет гладко, София подошла к огромному окну на лестничной площадке, наблюдая за тем, как внизу по газонам прогуливаются гости. Ее взгляд тотчас выхватил из толпы Росса. Его фигура выделялась на фоне остальных. И хотя он не тяготился доверенной ему властью и не кичился ею, все равно в глазах окружающих он был едва ли не легендарной личностью, и все гости смотрели на него с благоговением.

София увидела, что вокруг Росса собралась стайка женщин, и тотчас ощутила легкий укол ревности. Они что-то возбужденно говорили и все как одна строили ему глазки, Очевидно, репутация Росса как закоренелого холостяка, который ведет едва ли не монашеский образ жизни, ничуть их не обескуражила, а скорее наоборот, даже подогрела их интерес к нему. София ничуть не сомневалась, что здесь нашлось бы немало представительниц прекрасного пола, кто независимо от возраста и положения в обществе был бы рад заманить столь достойного жениха в свои сети, чтобы потом громко возвестить о своей победе остальному миру.

Ее размышления прервал звук шагов на мраморной лестнице. Она тотчас обернулась от окна и увидела, что пара лакеев, чьи лица раскраснелись от натуги, несут огромных размеров дорожный сундук. За лакеями же следовал не кто иной, как Мэтью Кэннон, а рядом с ним шла изящная молоденькая блондинка. Казалось, никто из них не заметил Софии, пока они не оказались на лестничной площадке.

— Добрый день, мистер Кэннон, — поздоровалась София, сделав низкий книксен.

Мэтью посмотрел на нее, не скрывая своего удивления, и София поняла, что ему никто не сказал, что она находится здесь, чтобы помочь в подготовке праздника. Ничего удивительного, какое ему дело до прислуги?!

— Что вы здесь делаете? — грубо поинтересовался он.

София почтительно опустила глаза:

— Меня пригласила сюда ваша мать, чтобы я помогла ей подготовиться к семейному празднику, поскольку ваша домоправительница неожиданно и, главное, в весьма неудачный момент оставила свое место.

— Кто эта женщина? — поинтересовалась у мужа изящная блондинка.

— Всего лишь служанка моего брата, — равнодушно пожал плечами Мэтью. — Пойдем, Айона, нам не пристало попусту задерживаться на лестнице.

И они зашагали дальше. София задумчиво посмотрела им вслед. Жена Мэтью была типичной английской красавицей — голубоглазая, с золотистыми волосами и маленьким алым ртом, напоминающим бутон розы. Айона была на вид такой равнодушной и холодной, что, казалось, ее ничем невозможно вывести из себя. Но Софии почему-то стало жаль эту красивую юную женщину. Быть женой такого распутника, как Мэтью, — что ж, бедняжке можно только посочувствовать.

Чуть позже гости прошествовали в столовую, главным Украшением которой был огромный мраморный камин. С обеих сторон обеденного зала высились высокие каменные арки, между которыми в свете многочисленных свечей разными оттенками отливали витражи в стиле прерафаэлитов.

София предпочитала держаться в тени, не выставляя себя напоказ публике. Лишь иногда, пока подавали обед из восьми блюд, ей пришлось перемолвиться по тому или иному поводу с лакеями. Гостей угощали тушеной говядиной, рыбой под соусом, жареной зайчатиной и колбасками из мяса фазана. На десерт подали разнообразные желе, пирожное и мороженое.

После того как обед подошел к концу, лакеи убрали тарелки и чистыми серебряными ножами соскребли со скатерти крошки. Дамы удалились в гостиную, в то время как большинство джентльменов остались за столом — выпить рюмку портвейна и вести мужские разговоры. Кое-кто подался в бильярдную, чтобы выкурить сигару. Спустя примерно полчаса дамы и джентльмены воссоединились в гостиной, где их ждал чай и увеселения.

Стараясь не привлекать к себе внимания, София вошла в комнату и отыскала глазами Кэтрин Кэннон. Ей хотелось удостовериться, что хозяйка дома осталась довольна. Заметив Софию, миссис Кэннон улыбнулась и жестом подозвала ее к себе. Та подошла ближе:

— Слушаю вас, миссис Кэннон.

— София, гости хотели бы поиграть в «убийство».

— Простите, во что? — спросила София, не зная, что и думать.

Увидев ее растерянность, Кэтрин Кэннон рассмеялась:

— В эту игру сейчас играют во всех модных салонах. Неужели вы о ней не слышали? Игроки тянут записки, в которых указаны роли каждого из них. Например, на одном листке написано «убийца», на другом «сыщик», остальные же участники — потенциальные жертвы. Затем гасят свет и игроки прячутся. Убийца ищет свои жертвы, сыщик же пытается его поймать и разоблачить.

— То есть это что-то вроде пряток?

— Именно! А теперь, София, возьмите с собой еще пару горничных и погасите в комнатах свет. И скажите остальным слугам, чтобы те продолжали заниматься своими делами и не мешали игрокам.

— Слушаюсь, миссис Кэннон. Могу ли я спросить у вас, в какой части дома гасить свет?

— Разумеется, во всем доме! — воскликнула одна из стоявших рядом с Кэтрин Кэннон женщин — рыжеволосая, немолодая, но с элегантной прической. — О какой игре может идти речь, если где-то оставят освещение!

Однако София оставила эти слова без внимания и прошептала на ухо хозяйке дома:

— Миссис Кэннон, могу я просить вас о том, чтобы на кухне все-таки не гасили свет? Иначе там не управиться с мытьем посуды.

Кэтрин Кэннон в легком замешательстве посмотрела на Софию, но потом улыбнулась:

— Мудрое предложение. Хорошо, на кухне можете оставить свет. А теперь поторопитесь, я вижу, что гостям не терпится начать игру!

— Хорошо, мэм.

Не успела София отойти, как у нее за спиной раздался комментарий рыжеволосой дамы: