Любить не модно - Елена Филон

И тишина.

Выпрямляется, не сводя с меня бешеного взгляда, руки в бока упирает, и вижу, – дышать пытается, точнее не задохнуться.

– Это… Это…ШАЛАВА ЭТА! – орёт на весь рынок, так что и продавцы, и покупатели косые взгляды на нас бросают.

– Раиса Павловна, сбавьте громкости. Пожалуйста, – вжимая шею в плечи, мечтаю провалиться сквозь землю.

Но Мымра и не думает прекращать! Всё больше закипает:

– ПРОШМАНДОВКА!

Боже…

«Ну чего все вылупились-то?»

– Не-не, это она не про меня, – невинно улыбаюсь проходящим мимо бабулям и кручу пальцем у виска, кивая на Раису Павловну.

– Охомутала-таки! Мозги моему мальчику промыла! Женить на себе вздумала! ДРЯНЬ!

– Раиса Павловна! Вы мне… вы мне клиентов отпугиваете, – рычу, многозначительно глядя в её перекошенное от гнева лицо. – Вы ведь спешите, да? «Дааа, Маркова»! – помогаю ей с ответом.

– Ох, да Кристиночка, прости.

«Кристиночка»? – озадачено выгибаю бровь.

– А ты… а ты откуда знаешь? – наклоняется ближе и, пытаясь сдерживать ярость, выдавливает из себя льстивую улыбку. – Расскажешь? А когда свадьба?

– Без понятия, – отодвигаюсь подальше на своём раскладном стульчике.

– А когда узнала?

– Недавно.

– И… это точно?

– Нуу… думаю, да.

– Ш-А-Л-А-В-А!!!

– Раиса Павловна!

– Ох, да-да… прости, Кристиночка, я это… пойду я. Что-то голова разболелась. Бедный мой мальчик. Бедный мальчик…

– Точно. Всего двадцать пять годиков мальчику и тут жениться надумал.

– Да ещё на ком! НА ШАЛА…

– До свидания!!! – спешу распрощаться!

– А, да-да… И тебе. Всего… – не договорив удаляется, а я теперь размышляю над двумя вещами: каким боком мне вылезет эта встреча, и… почему нашу добрейшей души Алиночку только что на весь рынок обозвали… да, именно ЕЮ и обозвали.

Но много времени на раздумья у меня не остаётся, потому как появляются первые настоящие покупатели, и уже через минут двадцать торговли у меня от сердца отрывают несколько футболок, два платья, босоножки на толстой танкетке и три пары серёжек.

Хм… и всё же авантюра была не столь плоха.

Наверное.

– О, америкоска! Привет! – затягиваясь сигаретой и гадко ухмыляясь, Жанна смотрит на меня сверху вниз, и моя рука автоматически тянется к карману с выручкой, чтобы проверить застёгнута ли до конца молния.

На мне точно проклятие какое-то. Злой рок.

– А ты тут какими судьбами, америкоска?

«Хочу спросить у тебя то же самое.»

– Что, совсем жизнь хреновой стала? Может тебе пирожок купить, чтобы с голоду не сдохла?

– Да пусть лучше сдохнет, – подаёт голос одна из «куриной свиты». – Чем деньги на такую шваль переводить.

А я молчу. Да, я молчу, как Митя просил. На рожон не лезу, в драку лезть не собираюсь…

– Эй, язык отсох? Чего молчишь? – кроссовок Жанны врезается в мой шаткий недостолик, и добрая часть бижутерии со звоном летит на асфальт. Злорадный женский смех раздаётся следом, а я… а я молчу. «Молчу, Митя, как ты и просил. Я молодец, да? Не то, что твоя шала…»

– Эй, ты чего лыбу давишь?! – рявкает Жанна, и весёлое воспоминание от встречи с Мымрой тут же выпархивает из головы.

– Да так, вспомнила кое-что, – отвечаю излишне дружелюбно, для такой суки, что стоит передо мной и как минимум заслуживает крепкого леща.

И где только Рому с Женей носит? Развлекается сладкая парочка? Всё удалось?

– Ты хоть знаешь, кто половину этого рынка «держит», а, сука? – тоном, что ничем не отличается от говора её бандита-братишки, протягивает Жанна и выпускает мне в лицо сигаретный дым. – Давай «отстёгивай» за пользование прибыльным местом!

– Что?

Смех.

– Нет, она ещё и тупая! – ржёт во всё горло и вновь в меня взглядом впивается. – Деньги гони, говорю! Живей давай!

Странно… когда тут Раиса Павловна во весь голос орала, все смотрели только в нашу сторону, а стоило какой-то малолетке начать строить из себя крутого авторитета, и ни одна, блин, душа, взгляда её не удостаивает! Какого чёрта вообще?!

– Мозги от любви заплыли, или чё? – продолжает надувать плечи Жанна и брюзжать слюной. – На Митьку нашего запала, а?

А на это у меня нет ответа. Только вопросы. Много-много вопросов.

– Бортанул тебя вчера Дмитрий Александрович, а? – смешками давится, а подружки за спиной вовсю поддакивают. – Так ты б ему минет сразу предлагала, может и согласился бы, хоть какая-то от тебя польза была бы.

Вот стерва. Она была там? За дверью подслушивала? Теперь ясно чего вдруг на барахолку притащилась.

И теперь мне интересно послушать, как эта мразь вывернула наш с Митей разговор.

– Трахнуть себя предлагала! Фу! – поддакивает сзади одна из стада. – Дмитрий Александрович не идиот, чтобы школьниц иметь, тем более тупых америкосок! Ещё мягко тебя послал!

Отлично вывернули! Оригинально, нет слов!

– А будешь ещё раз к нему в штаны лезть, – курица слева подходит ближе и с громким «Грххтьфу» сплёвывает в коробку с футболками, – и я лично тебе давалку зашью, усекла?

Перевожу безмятежный взгляд на Жанну и вижу, как та нервничать начинает: губы облизывает, глазёнками хлопает. Ещё бы, такую сказку сочинить, просто верх фантазии! А вот доказать…

– Чего вылупилась, шлюха?! – лучшее, что находит сказать она. – Теперь пока каждый член в городе в руках не подержишь, не успокоишься?

«Прости, Митя. Я, правда, старалась».

– Ты права, – расслабленно улыбаюсь, – я хотя бы в руках его держала. В отличие от вас. Не-е-ет, Жан, член брата не считается.

***

Часом позже

РУВД Заводского района

– Может, в больницу её сразу надо было?

– Успеет. Не умирает вроде. Мозгами сразу надо было думать. Вот же малолетки дурные.

– Ха! Весь рынок на уши подняли! А остальные где?

– У Петровича в кабинете. Себе дороже их рядом держать, разгромят всё к чёртовой матери.

– Эй, Маркова? – патрульный, или кто он там, выходит из-за стола и тычет мне в лицо листом бумаги. – Протокол составлять будем? Несовершеннолетняя, незаконная торговля, драка в общественном месте с порчей чужого имущества…

– Это ты про ящики те, что ли? – хмыкаю, держась за правую руку, которая дико болит и пульсирует, и шморгаю разбитым носом.