Новое счастье для барышень - Алиса Лунина

Тридцатого ноября Лайза сообщила любовнику о своей возможной беременности. Собственно, беспокойство в ней зародилось еще числа двадцать восьмого. Что за дела? Вроде уже должны были начаться эти муторные физиологические процессы, столь хорошо знакомые любой женщине, однако же – не начались.

Прежде такого за ней не замечалось. По Лайзе всегда можно было календарь проверять, и вдруг – опа… Неприятно, неожиданно…

А на работе, как назло, завал – столько дел, что просто некогда голову поднять, а уж тем паче сгонять в аптеку за тестом.

Сдавали новогодний номер журнала – целое событие!

В общем, только тридцатого Лайза спохватилась и всерьез обеспокоилась тем, что с ней происходит. Вернее сказать, тем, что ничего не происходит – нет месячных, хоть ты тресни!

В чем причина? До климакса вроде далековато, Лайзе всего тридцать одно (свой возраст она произносила на манер цифры в лото, несколько манерно – тридцать одно), стало быть, что? То! Мадам, похоже, вы беременны!

Первой ее реакцией было: о нет, нет, зачем мне это? Ведь на следующий год столько планов, и никак нельзя позволить себе роскошь выпасть из жизни хотя бы даже на несколько месяцев. Нет, и речи быть не может!

Последующая реакция оказалась более осмысленной: надо поговорить со Стасом, все-таки ей тридцать одно, может, уже пора в матери?

Логичнее, конечно, было бы сначала убедиться в факте наличия беременности, чтобы, значит, тест выдал две полоски: «Поздравляем, вы беременны!», для исключения сомнений, но Лайза решила последовательность событий поменять – и для начала поговорить-таки со Стасом.

В конце концов, ей даже просто интересно знать, как он к этому отнесется. Может она после восьми лет отношений устроить ему проверку на вшивость? Имеет законное право!

Но, кстати, почему это с ними случилось? Вроде они со Стасом относились к проблеме безопасного секса очень серьезно! Серьезней разве что было бы заниматься любовью в скафандре! А вот поди ж ты, один пронырливый сперматозоид из миллиона прочих прошмыгнул, и все, и привет! Сиди теперь, думай, как быть и что делать…

…Вечером они встретились в любимом ресторане.

Стас любил выходить с Лайзой в свет, и они часто проводили вечера подобным образом.

Сегодня он явно пребывал в хорошем настроении – при встрече вручил ей букет, а когда устроились за столиком, принялся нежно поглаживать ее руку.

– Лиза, Лиза… – несколько раз повторил он.

Кстати, он всегда называл ее настоящим именем – Лиза.

«Лайза» ему категорически не нравилось, в то время как она сама давно привыкла к тому, что все зовут ее именно так.

Дело в том, что Лиза Бухарина здорово походила на артистку Миннелли. Просто один в один. Тоненькая, темноволосая, и глаза огромные… И… хм… некая неправильность черт… В смысле, носик такой характерный!

Но главное – необычайно развитая мимика и какая-то общая трогательность!

Короче, увидишь ее, сразу скажешь – о, фильм «Кабаре», всенародно любимая Миннелли! Забавная и необычайно трогательная.

Стоит ли удивляться тому, что «Кабаре» у Лизы Бухариной числился в любимых фильмах? И она при случае могла запросто выдать пару песенок из него. Довольно недурно, между прочим…

– Эй! О чем задумалась? – вернул в реальность Лайзу голос Стаса.

О чем задумалась… О том, как лучше тебе, дорогой, преподнести радостную весть. Поздравляю, Стасон, ты станешь папой!

Кстати, какой реакции она от него ждет? Бурной радости как минимум? Или тихой благодарности в сияющих глазах?

– Лиза, до Нового года остается всего месяц, – Стас налил ей вина, – давай уже сейчас подумаем, где проведем праздники? Куда бы тебе хотелось поехать?

– В Рим! – выдохнула Лайза.

– В Рим? – переспросил Стас скучным голосом. – Почему в Рим?

– Всегда хотела, – лаконично ответила Лайза, уже поняв, что дала неправильный ответ.

– Я там уже был, – пожал плечами Стас. – Что, если махнуть в Америку?

Погоди со своей Америкой, хотелось сказать Лайзе, давай сначала со мной разберемся. Может, мне вообще длительные перелеты теперь вредны!

Лайза перевела взгляд и увидела отражение себя и Стаса в огромном зеркале, висевшем напротив.

Интересная пара! Он – мужчина лет тридцати, широкие плечи, ироничные глаза за стеклами очков… Красивый, уверенный в себе.

Одет дорого и со вкусом – положение обязывает следить за собой, все-таки Стас – менеджер высшего звена в крупном холдинге.

И она – дама «тридцать одно». Черная туника, длинные сапоги, короткая стрижка, красная помада. Стильная, яркая…

Но, пожалуй, сегодня она выглядит скверно… Усталая, заморенная, синяки под глазами…

Внешность у Лайзы, честно говоря, странная… В какой-то день она может выглядеть откровенной дурнушкой, а в другой даже за красавицу сойдет… И черт его знает, от чего это зависит!

– О чем ты думаешь? – Стас коснулся ее руки.

– Тебе бы это показалось совершенной чушью! – вздохнула она.

– А все-таки?

– О том, почему я бываю иногда красивой, а иногда уродливой!

– Конечно, чушь! Ты всегда красива!

– Как будто я себя в зеркало не вижу! – фыркнула Лайза и тут же подумала, что ее подруга Нинон сейчас бы ее так отчитала!

Нинон постоянно твердит о том, что женщина не должна говорить мужчине о своих недостатках. Потому что они ведь как дети. Скажешь им, что окружающие считают тебя красивой и все от тебя без ума, – тут же поверят. А поделишься с ним сомнением, что у тебя нос кривой или ноги коротковаты, так он и в самом деле задумается: что-то у моей нос кривой, не повезло девчонке!

В общем, установка нехитрая – главное уметь себя правильно преподнести!

Но Лайза, хотя об этом и знает, тем не менее допускает ошибки – увы, искренность ей вредит, но она не хочет играть и притворяться! И вообще, принимайте ее такой, какая есть!

– Опять о чем-то задумалась?! – недовольно пробурчал Стас.

Задумаешься тут! Как же его подготовить к неординарному сообщению? Черт, она сама не ожидала, что будет так волноваться.

– Над чем ты сейчас работаешь? – спросил он.

Отлично, подумала Лайза, можно как раз попробовать зайти с этой стороны.

– Пишу статью о гуманной бездетности.

– Чего-чего?

– Новая теория, весьма распространенная в Европе.

– Ну и в чем смысл?

– Смысл в том, чтобы докопаться до смысла – надо ли рожать детей! Стоит ли приводить их в этот мир – юдоль скорби и печали. А ты как думаешь?

– Иметь ли детей? Да я вообще не понимаю, в чем смысл этого предприятия! – пожал плечами Стас.