Олька - Нина Князькова

Ольга

Запах гари до сих пор щекотал ноздри. Фу, гадость какая. Хорошо, что Лика сразу дым заметила. Да и пожарные системы вовремя сработали. И хорошо, что в здании Артем оказался, он быстро сориентировался, схватил огнетушитель и за несколько секунд потушил полыхнувшую дверь. Хотя сама дверь сделана из какого-то металла, советской закалки. У Насти есть подозрение, что из титана. Но это не горючий металл. Поэтому у нас появилось предположение, что дверь перед поджогом чем-то горючим облили.

А потом…. Потом позвонила Марья и рассказала о том, что дом Толика тоже подожгли. Но они его с Колькой, которого она забрала из школы, чтобы отвезти домой, успели потушить. А еще Николай заметил незнакомую машину неподалеку и запомнил ее номера, пока Машка автомобильным огнетушителем угол дома поливала, а потом нашла лопату и еще и землей забросала все. Благо все дома пропитаны огнестойкой пропиткой, которой не страшны такие локальные пожары.

В общем, Машка сейчас изо всех сил пыталась засечь незнакомую машину, Евгений Лаврентьевич, которого вызвала Лика, устроил план-перехват, все мужики (кроме Веньки) в панике собрали нас всех вместе с детьми в доме бабы Нюры, а сами постоянно бегали то в дом, то из дома, пытаясь подавить собственные истеричные настроения. Только сейчас я поняла, насколько у меня Гарин адекватный. Хотя….

Я слышала, как ему позвонил Евгений Лаврентьевич (сама я побоялась), и объяснил ситуацию. Все-таки наш с ним дом тоже поджигали. И именно около нашего дома Ликин отчим разместил с десяток солдат и к именно к нему дядя Гек вызвал знакомого следователя.

- Оль. Ты главное, не переживай. Все хорошо будет. – Рядом сидела Таня, у которого хмурый Артем отобрал дочь и теперь бегал с ней по гостиной.

- Я не переживаю. – Повторила в который раз. – Мне нельзя переживать.

- И правильно. – Встряла баба Нюра, которая заваривала третий чайник травок. – Пусть мужики нервничают, им для сердечной мышцы полезно. А мы сейчас чаек попьем и успокоимся. – Она плеснула мне в кружку чай и подвинула поднос с пирогами. – Ты ешь. Худа до чего…. Прямо как я, когда с Игнашкой ходила. Худым тяжко ребенка таскать. На Татьяну вон глянь, ей даже мужик дитятку не доверяет. – Хихикнула она.

- Зато Денька со мной много времени проводит. – Не согласилась Таня.

- Тоже не доверяет? – Удивилась старушка. Мы все хмыкнули. – Знаете, я чего думаю. Пусть эти вредители-пироманы лучше солдатикам Женькиным попадутся, а то я что-то за них переживать начала. Машка ж без тормозов. Прибьет ненароком, а потом скажет, что они такие и были. Аки Христос на кресте.

- Ба, ну что ты такое говоришь? – Возмутилась Анжелика. – Машка вполне себе вменяемая.

Анна Николаевна окинула внимательным взглядом внучку и покачала головой.

- Ты вообще молчи, Столыпин в юбке. Машка у нее вменяемая. Хуже только, если они Веньке попадутся. Или Польке егошней. У нее-то послужной список похлеще Машкиного будет. – Задумчиво добавила она. – Хотя Марья и людей заживо пекла… в металлической коробочке…. – Баб Нюра покосилась на Киру, которая сейчас кормила одного из двойняшек.

- Бабуш, прекрати девчонок пугать. – Отмахнулась Лика, поглаживая по спинке сидящего на ее коленях Женьку-младшего.

- Я и не пугаю. – Она поставила перед внучкой тарелку с жареной картошкой, которую ее правнук тут же оценил и принялся таскать в рот руками. Анна Николаевна окинула малыша любящим взглядом и снова зашуршала по кухне. – Напугаешь вас, как же. Одна другой хлеще. Тут впору мужиков ваших жалеть да перекрещивать их при встрече, как мучеников. – Проворчала она. – Андрюшенька, внучок. Айда кушать. Умаялся бедненький. Не кормят тебя дома-то, поди. – Принялась она звать из комнаты Анжеликиного мужа.

Мы переглянулись и захихикали, несмотря на то, что общая ситуация совсем к смеху не располагала.

Толик приехал очень быстро. Я даже переживать начала, что он слишком быстро гнал машину. Погода-то весенняя, слякотная.

Он, едва вошел в дом, сразу подлетел ко мне и принялся ощупывать руки, ноги, живот….

- Ты…! Что…? Как…? – Очень содержательно спросил он меня.

- Я в порядке. – Перехватила его руки. – Дочь тоже. Успокойся.

Он кивнул, но лихорадочный блеск в глазах подсказывал, что ни о каком спокойствии не могло быть и речи. Меня жадно поцеловали и, наконец, отпустили. Толик убежал в комнату, чтобы поговорить с Ликиным отчимом и чуть не смел с дороги возвращавшуюся на кухню Вику.

- Ну, елки! Даже пройти негде. – Проворчала та, приземляясь на табурет.

- Ну, что? – Мы все наклонились к ней.

- Артур сказал, что Машка их засекла, скрутила, сделала внушение. Привезет минут через двадцать. – Она покосилась на меня и понизила голос. – Кажется…, я не совсем поняла, конечно…. Артур не особо что-то сказал…. Но, вроде бы, это родители Толика. – Проговорила она как-то виновато.

Из комнаты послышался отборный мат в исполнении отца моего ребенка. Видать, Толик только что тоже узнал об этом. Поднялась и поковыляла в импровизированный штаб. А что делать? Сейчас накрутит себя, потом его не успокоить будет. Потерла спину. Что-то поясницу тянуть начало. Никак седалищный нерв отсидела. Это мне про такое еще полчаса назад Анна Николаевна рассказывала.

- Толь, ты, главное, не нервничай. – Повторила я так задолбавшую меня саму за вечер фразу. – Сейчас разберемся и все хорошо будет.

Он рвано выдохнул.

- Хорошо уже не будет. Они все сделают теперь, чтобы жизнь мне испоганить. Не знаю, что плохого я им сделал, но они именно меня считают виноватым во всем. – Признался он потерянно.

Обхватила его за талию и прижалась, насколько позволял живот. Я не понимала его родителей. Мама меня всегда любила и называла самым большим подарком, хотя сейчас мы с ней ведем себя больше, как подруги. Отчим всегда поддерживал. Дедушка с бабушкой обожали. Дядя Гек всегда оберегал. А тут у меня появился мужчина, лучший на свете для меня, которого не ценили собственные мама и папа. Обидно за него до слез.

- Но я же тебя люблю. – Чуть отстранилась и заглянула в синие глаза. – И дочь тоже уже любит, и….

- Я, наверное, буду плохим отцом. Я же не знаю, как правильно….

- Глупости не мели. – Нахмурилась. – Ты будешь лучшим отцом в мире. – Я вздохнула. – Или мы тебе уже надоели? – Решила взять его на «слабо».

- Дурочка. – Он укоризненно на меня посмотрел и обнял за плечи.

Не знаю, сколько мы так простояли, но мимо нас протиснулся Артур, который бросил короткое.

- Приехали!

Наскоро собравшись, мы почти все высыпали на улицу. Хотя Толик был против того, чтобы я выходила, но я все-таки не удержалась от любопытства посмотреть на его предков.

Машка уже вытащила из машины двух человек: мужчину и женщину. Руки она им чем-то стянула, а вот рот заткнуть не догадалась.