Жених из Вегаса - Алина Савельева

Мне так хотелось рассказать ему, какой он был классный, когда он вдруг решил, что мы женимся по-настоящему. Но у Ромки, а скорее у питона, терпение закончилось. Поставив меня у стены, Ромео скинул свой халат, бесстыже покачивая своим членом, полез целоваться.

— Как я целовал тебя, так? — Ромка нежно, едва касаясь лица ладонями, так же осторожно коснулся губ, ласково целуя, очерчивая их, втягивал то нижнюю, то верхнюю поочередно, медленно, будто таким он и представляет себе первый поцелуй. Неторопливый, изучающий. Даже какой-то неуверенный.

— Нет, — успеваю выдохнуть ему в губы и, открыв глаза, встречаюсь с насмешливым взглядом.

Да он опять мучить меня вздумал? У меня и так уже пол из-под ног уплывает от него. От жара его тела, от поцелуев и взгляда. Да просто потому что он рядом. Тяну руки к его шее, но, передумав, опускаю их на громадную грудину, подглядывая за его реакцией, вывожу слова, что не скажу ему, спускаюсь ниже и впиваю ногти в жесткие мышцы живота.

Ромка смотрит мне прямо в глаза, и в его потемневшем взгляде есть какая-то злость, и мне на ум приходит только одна причина.

— Ром… у меня… я… в общем, кроме тебя у меня не было никого уже… давно.

Кажется, я угадала, недоверие в глазах сменилось короткой улыбкой и вернулся Ромео, которого я знаю. Тот, чей напор сдержать я теперь не в силах, потому что не хочу. Мне так легко довериться ему, и наплевать, что я любовница не самая опытная, он все умеет сам и не ждет от меня профессионализма в этом плане. С его гиперозабоченным питоном и быть по-другому не может, наверняка уже все, что хотел, пробовал.

Колючая щетина колет подбородок, а жадность наглых губ заставляет подчиниться бескомпромиссно. Мы так мало были вместе на его базе, но никогда прежде я так не мечтала о поцелуях, как эти три недели в разлуке. И, кажется, ни я, ни он не можем ими насытиться, не можем оторваться. Мои тихие стоны, его хриплые тоже, остаются внутри нас, вместе с разрядами тока по небу уносятся, заставляя все тело дрожать, потому что долго, так долго мы ждали этого оба.

Его руки успевают за это время все. И стащить с меня халат, и огладить всю, то прижимая меня к своему раскаленному торсу, то выпуская из кольца сильных рук, сжимая грудь в ладонях. Я уже поняла, что он к ней неравнодушен, так много внимания, не просто пожамкать, а будто сиськи отдельно от меня получают свою порцию удовольствия от его умелых ласк.

Можно сказать, что мое тело меня не слушается, сдается и тает в его руках, но я знаю точно, что сейчас я выгибаюсь, тянусь к нему и торопливо глажу и царапаю спину, потому что скучала. Тосковала как одинокий лебедь по своей паре. И Рома, как мне казалось, тоже пытается насытиться всем и сразу, наверное, со стороны похож на морского конька, ему приходиться сгибаться, чтобы целовать меня, но при этом он вжимает меня в стену, упираясь горячим твердым членом в живот.

И я не уверена, что если бы он меня так не пришпилил и не держал, я бы не рухнула на трясущихся от перевозбуждения коленках. Хотя… Ромка бы и в такой позе нашел чем заняться.

— Ножку на подлокотник, — командует Ромка и сам поднимает ее, ставя как ему хочется, то есть и меня сбоку от дивана, и ногу согнув в колене, даже интересно, как он умудрится в этой позе…

Он отстраняется, как будто хочет заценить, и медленно проводит рукой по своему питону, темно-розовая головка блестит и у меня моментально пересыхает во рту, желание опять заставить эту махину подчиняться мне, быть в моей власти накрывает, я торопливо облизываю губы, но Ромка не даёт мне времени для самодеятельности, хотя безошибочно угадал мои мысли:

— Потом, Стефи-и-и, хочу в тебя.