Зимняя роза - Дженнифер Доннелли

– Поднапрягись, хозяин. Тебе нужно выкарабкиваться. Постарайся.

Фрэнки говорил Сиду, что все девочки без него скучают и что некто по имени Дези ждет его с бутылкой виски, сочным стейком и кучей денег.

– Когда ты поправишься, мы купим себе самую модную одежду, какая только есть в Лондоне, и кольца с золотыми суверенами размером с обеденные тарелки. Тебе они понравятся, хозяин. Вот увидишь, – подпевал Томми.

Индия слушала, удивляясь, как эти жесткие люди способны на нежные слова. Потом сказала, что теперь они должны уйти и дать их другу отдохнуть. Скоро его переведут отсюда в отдельную палату.

– А кто будет за ним присматривать? – спросил Фрэнки.

– Я, – ответила Индия.

– Миссус, у него должно быть все лучшее, – сказал Томми. – Не скупитесь, мы заплатим.

Индия уже собиралась проводить их до двери, когда в помещение вошли. Один был в костюме, двое – в полицейской форме.

– Где здесь доктор Джонс? – спросил человек в костюме.

Индия едва успела ответить, как Фрэнки заорал на человека в костюме:

– Что вас сюда принесло, Дональдсон? Какие у вас дела в больнице?

– Мистер Беттс, пожалуйста, не… – попыталась вмешаться Индия.

– Так-так. Сид Мэлоун, Фрэнк Беттс по прозвищу Безумный Фрэнки и Томми Смит. И все – в одном месте. Какая удача. Мне явно повезло, – сказал Дональдсон. – Парни, вы арестованы.

Индия видела, как дернулся кадык Сида. Его глаза открылись. Шум его разбудил.

– Прошу прощения, джентльмены, но вы не можете… – снова попыталась вмешаться она.

– Доктор Джонс, мне нужно несколько минут потолковать с вашим пациентом. – Дональдсон обошел Индию. – Ну что разлегся?.. Вставай! – рявкнул он, ткнув Сида в бок.

– Послушайте меня! – крикнула Индия. – Здесь больница, а не отделение полиции. Мистер Мэлоун – мой пациент, и вопросы нужно адресовать мне, а не ему! – (Дональдсон и Беттс удивленно повернулись к ней.) – Мистер Мэлоун сейчас не в том состоянии, чтобы отвечать на какие-либо вопросы. Он опасно болен.

– Мэлоун уже стал мистером. Ему очень идет, – презрительно фыркнул Дональдсон, отошел от койки и вперился взглядом во Фрэнки. – Что ж, если я не могу допросить Сида, придется отвечать тебе.

– Мне не о чем разговаривать с вами, – ответил Фрэнки.

– Да ну? И тебе нечего сказать про дельце, которое вы провернули в «Крепости»?

– Не понимаю, о чем вы, – пожал плечами Фрэнки.

Индия в очередной раз попыталась вмешаться:

– Мистер Беттс и вы, мистер Дональдсон, я должна вас просить…

– Кража и контрабанда оружия – опасное занятие, Беттс. Если бы ты пекся о собственном благе, то держался бы подальше от таких игр.

– Лучше бы своему папаше посоветовали.

– Да как ты…

Глаза Сида вновь открылись, и он увидел, как разъяренный Дональдсон въехал Фрэнки по лицу. Сид попытался сесть, но не смог.

– Мерзавец, – прохрипел Сид.

Через мгновение поднос с медицинскими инструментами взмыл в воздух. За ним взлетел таз с содержимым, исторгнутым Фрэнки и Томом.

– Сукин сын! – заорал Дональдсон, которому блевотина забрызгала ботинки. – Я убью тебя, Мэлоун!

К этому времени Сид уже сидел на койке. Он сорвал с тела мокрые простыни и раскачивался, пытаясь спустить ноги на пол.

Индия не верила своим глазам.

– Прекратите! Немедленно прекратите! – закричала она. – Немедленно покиньте отделение! Все! Эванс, позовите санитаров.

Она подбежала к Сиду. Его глаза остекленели. Он начал бредить. В Королевской бесплатной больнице Индия изучала приемы обращения с психически больными. Она вытолкнула руки Сида наружу и навалилась на него всем телом, придавив к койке.

– Лежите смирно! Вы все швы себе разорвете!

Он был намного крупнее Индии и отчаянно дергался.

– Фрэнки! Томми! – завопила она.

Друзья Сида пришли ей на помощь. Втроем они кое-как смогли его унять. Прибежали три санитара. Они схватили мокрую простыню, сброшенную Сидом, положили на его грудь, а концы связали под койкой. То же санитары проделали и с его ногами. После этого Индия распорядилась принести шприц и успокоительное. Она не хотела применять сильнодействующее средство, но Сид не оставлял ей иного выбора. Появление полицейских сделало его неуправляемым. Недавно наложенный белый бинт быстро становился красным. Индия готовила дозу для инъекции. А Дональдсон продолжал говорить.

– Констебли, арестуйте этих людей! – приказал он.

– Арестовать нас? – взвился Фрэнки. – За что? Мы ничего не сделали!

– Вы не закрылись в установленное время.

– Мы… что?

– Сегодня «Баркентина» работала до четырех часов утра. Я отправил туда полицейских в штатском. Вы нарушили закон о лицензии.

– Шутить изволите!

– Попрошу подать наручники.

– Слушайте, Дональдсон! За такие нарушения берут штраф, а не отправляют в тюрьму! Вам ли не знать? – закричал Фрэнки.

– Это компетенция мирового судьи.

На мгновение стало тихо, затем Индия услышала возбужденный голос Томми:

– Фрэнки, не смей глупить! Ему это только на руку. Он хочет, чтобы ты его ударил. И тогда загребут всех. Потерпи немного. Боуси приедет и мигом нас вытащит. Не падай духом, парень.

Дональдсон подошел к койке Сида. Индия только что закончила вводить успокоительное и вытащила шприц из его руки.

– Доктор Джонс, ему придется отправиться с нами. Он тоже арестован.

– Это исключено, – сказала Индия, прижимая тампон к месту укола. – Если вы стронете его с места, это его убьет. Тогда уже я добьюсь вашего ареста, сэр.

Дональдсон сердито снял с пояса наручники и приковал запястье Сида к раме койки.

– Рид, – обратился он к одному из полицейских, – останетесь здесь и будете стеречь Мэлоуна.

Индия подняла голову. Ее глаза, ставшие ледяными, уперлись в глаза Дональдсона.

– Снимите наручники с моего пациента. Немедленно! – потребовала она.

– Увы, не смогу. Он может сбежать.

– Вы считаете, он может сбежать? В его-то состоянии? – резко спросила она.

– Выбор за вами, доктор. Он или останется здесь, но в наручниках, или отправится в тюремную камеру, где их не будет.

Возмущенная Индия повернулась к полицейскому:

– Советую не путаться у меня под ногами.

Когда успокоительное подействовало, Индия позвала санитаров, и они перенесли Сида в отдельную палату. Констебля она туда не пустила, велев сидеть в коридоре. Присутствие полицейского не лучшим образом подействует на Сида. Он по-прежнему бредил, дергая головой.