Столичная красота против сибирского Валенка - Аселина Арсеньева

— Я неспокоен. — Прибил меня Макс признанием.

— Ну вот… — сказала я, отпуская его руку, — а я хотела от тебя спокойствием подзарядиться.

— От меня можешь! — Заявил мой бывший, предлагая руку. — Я само спокойствие!

— Ну вот, и от бывших прок бывает! — Приняла я его предложение, ухватившись за огромную ладонь, так как от парня и впрямь, так и лучился позитив, а мне его сейчас ой как недоставало.

— Бывших? — Кажется, удивился Макс.

— Ну да… — Тут же растерялась я. Надо же было в такой момент об этом сказануть.

— Если ты не в курсе, мы уже давно официально расторгли отношения, тут же подкрепив их печатью на Валином лбу. — Припомнил Сережа тот день, торжественно объявив об этом Максу, а я ненароком потерла до сих пор помнящее острые ощущения место.

— Вы были больше похожи на тех, кто их узаконил. — Ответил ему Макс.

— Меня отлупили кухонным полотенцем! О продолжении каких отношений может идти речь? — Возмущенно пожаловался Сережа. — А вчера эта бывшая и вовсе грозились мне уши надрать! — Рассмеялся Сережа, припомнив вчерашнее, тут же меня приобняв и шепнув на ушко.

— Смотри, как обрадовался. О, нет! Уже сердится! — С деланным ужасом на лице Сережа отстранился в сторону от меня, вызвав улыбку.

Тем временем мы подошли к домофону, и Макс без всякой моральной подготовки сходу набрал на домофоне номер квартиры. Буквально через несколько секунд я услышала женский голос по тембру чем-то похожий на мамин.

8.3 Бабушка

Не знаю, что на меня нашло, но я не стала говорить заготовленные варианты фраз.

— Бабушка, это Валя. — Сказала я немного дрожащим голосом.

В ответ домофон пиликнул и дверь открылась.

— Ты с дуба рухнула, с ходу так старушку шокировать? — Возмутился Сережа.

— Быстро открыли. Бабушка, стандартное обращение. Мало ли сколько у нее Валь знакомых. — Пришел к выводу Макс.

Мы поднялись на пятый этаж. В дверях нас ожидала взволнованная женщина, которая при виде меня, как и я не смогла сдержать эмоций.

— Внученька. — Бросилась она мне на шею, даже не дождавшись пока я сама подойду к двери.

— Но, как? — Спросила я у бабушки, после того как уже изрядно промочила ей халат, но ответить она не успела, так как из квартиры высунулась седая голова.

— Маша, кто там в такую рань? Чего вдруг сырость развела?

— Никита, к нам внучка приехала!

— Какая еще внучка? — Не понял мужчина.

— Ой, что же я! Да вы проходите давайте! — Отстраняя ничего не понимающего мужа вглубь квартиры, пригласила бабушка.

— Ты хоть документы какие у нее спросила, прежде чем в квартиру звать? Дочь уже не вернуть, а ты все в мечтах живешь. Жизнь прожила, а все свою наивность не растеряла — Буркнул дед, даже не став ко мне присматриваться.

— Никит, какие документы? Ты ее голос послушай, на лицо глянь! Одни глаза отцовские, зеленые, а все остальное наше, — Буровское. Волосы, как у меня в молодости. — Бабушка неловко провела рукой по своей короткой стрижке. В документах, что принес Макс было написано, что бабушке уже семьдесят, но с ее выразительным взглядом голубых глаз и окрашенными в каштановый цвет волосами она выглядела гораздо моложе бабушек из нашей деревни.

— Женщины… — Высказался негромко Макс, но его фраза не осталась без внимания.

Дедушка посмотрел сначала на него, потом крякнул, и все же перевел взгляд на меня.

8.4 Похожа.

— Похожа. — Сказал он, больше ничем себя не проявив.

— Никит, ты чего? — Не поняла бабушка, да и я была сбита с толку этим кряканьем. — Пойдемте хоть на кухню, чайку заварим? Попьем и побеседуем. — Захлопотала бабушка. — А на него внимания не обращай. — Кивнула на деда. — Отойдет от шока, разговориться. Он у меня всегда такой, заторможенный. Мужчины, сама понимаешь. — Улыбнулась она мне доброй улыбкой. Как же я ее понимаю! Я кивнула в ответ улыбнувшись и чуть покосившись на Макса.

Просидели мы так часа четыре, плавно переместившись в зал. В зале мы все сели, а Макс предпочел остаться стоять. Он так и остановился напротив меня за креслом дедушки, которое стояло спинкой к двери. Я рассказала то немногое, что знала про мамину историю, перед тем как она уехала в нашу деревню. Потом показала фото нашего дома и хозяйства, которые мне прислала мама, после того как я сказала, что соскучилась по родным стенам.

Меня слушали не перебивая, даже Макс с Сережей были все во внимании.

Я рассказала бабушке и дедушке, как мы жили, чем сейчас занимается мама и даже показала видео, которое она мне прислала в день, когда наша корова отелилась. Там она много и сбивчиво рассказывала, как волновалась и ее в кадре было очень много, гораздо больше, чем коровы с долгожданным теленком. Он у нас не первый, но мама же такая впечатлительная и каждый раз переживает будто ей самой рожать, а потом охает вокруг коровы сочувствуя ей, что та намучилась. Даже мой дедушка, смотря видео, прослезился, а позже был очень тронут, что мама мне отчество по его имени дала, хоть тут же ее и поругал.

— Вот растили, растили, а она такой непутевой оказалась. Ну поссорилась со своим, так нет, чтобы к родителям: помогли бы, решили все, а она — вон куда! В колхоз! На самый север забилась. — Недовольно пробурчал он, хлопнув по колену.

— Не слушай его. Он, вообще-то, мужик добрый. Просто опять же, на эмоциях заторможенный. Дай ему осознать, что Иринка наша жива — Всю страну праздновать поднимет!

— Давно ты в Москве? — Спросил дед.

— С середины осени.

— Как? — Удивилась бабушка. — А почему же к нам только сейчас?

— Так, я о вас ничего и не знала. Мама только недавно в разговоре проговорилась, я и поняла, что должна вас увидеть, а Макс вас найти помог. — Я с благодарностью посмотрела на Макса и тут же заметила печаль на бабушкином лице и поторопилась немного ее успокоить. — Она и отца от меня скрывала, пока я там, в деревне, без работы не осталась.

— Стало быть, все же к отцу отправила? — Спросил дед.

— Отправила, только я сразу не пошла. Думала уж если и показаться ему на глаза, то достойной и с работой за спиной. Только зря я это все… мечтала. И хорошо, что сразу не поехала. Наверное, увидев его тогда и руки бы сразу опустила. — Заключила я, вспомнив болезненную встречу.

8.5 Тот самый изверг

— Да как же ты его увидела, если он заграницей живет? — Удивилась бабушка.

— Как за границей? — Спросили мы хором с Сережей.

— Лет десять он вас вместе с нами искал. Сначала, конечно, ходил прощения вымаливал и искали по отдельности, а потом стали вместе искать и уж мы у него прощенья попросили. Хороший он парень оказался, верный. Всем сердцем по Иришке нашей тосковал.