Братья Карилло. Когда мы упали - Тилли Коул

– И когда же он появился, Лекси?

– Пару месяцев назад.

Брови доктора Лунда вновь поползли вверх.

– Пару месяцев назад?

Я кивнула и заметила, как на лице его мелькнуло неодобрение.

– За последние восемь недель мы встречались по меньшей мере шесть раз. И ты упомянула об этом лишь сейчас? Я начинаю волноваться, Лекси. Что ты скрываешь об этом парне?

Я отвернулась и взглянула в окно. А заметив двух детей, играющих на площадке снаружи, ощутила, как сжалось сердце. Крошечная девочка пыталась поймать маленького мальчика, чтобы поцеловать. И действовала при этом вполне решительно.

Я молилась, чтобы эта светловолосая малышка не выросла неуверенной в себе. И не считала дотошно калории перед тем, как положить в рот ложку еды. Не изучала информацию на упаковках продуктов о содержании в них углеводов, сахара, насыщенных жиров. Не скрывала своей истинной красоты, поскольку не могла вынести вида собственного, данного природой лица. Не тряслась от страха, когда тот же самый мальчик, который уже в шестилетнем возрасте проявляет к ней столько любви, вырастет и захочет поцеловать ее немного иначе… И не позволила брошенному вскользь замечанию понравившегося парня украсть у нее детство и лишить самоуважения.

– Лекси, не отвлекайся, – строго сказал доктор Лунд, тоже взглянув в окно, чтобы понять, что же привлекло мое внимание.

Потерев лицо руками, я ответила:

– У нас… сначала не все было гладко. У него… свои проблемы. Но в последнее время наши отношения стали более серьезными. Наверное. Хотя точно не знаю. Мы еще толком не говорили на эту тему. У меня никогда прежде не было парня… ну, или кого-то вроде него. Поэтому я вам ничего не говорила. Просто я сама все еще пытаюсь это осознать.

После возвращения из Теннесси мы виделись с Остином каждый вечер. Без исключения. Его маму только что выписали из больницы. Но пока она лежала здесь, Остин навещал Кьяру, а я приезжала к психотерапевту. А потом мы проводили несколько часов в саду, держась за руки и обмениваясь под звездным небом невинными поцелуями.

Теперь Остин знал, где можно ко мне прикасаться. Мы обнаружили, что ключица тоже являлась спусковым крючком. Но Остин просто ловко огибал мои проблемные зоны. С ним я не испытывала неловкости или стыда из-за своей болезни.

Доктор Лунд подался вперед и, оставив блокнот лежать рядом на столе, сложил руки домиком и оперся локтями в колени.

– Тебе удобно рядом с ним, Лекси?

Неловко поерзав в кресле, я кивнула.

– Да. Конечно, пока мы не заходили слишком далеко. Но немного целовались… и трогали друг друга…

– И? – настаивал доктор Лунд, явно удивленный моей откровенностью.

– Сначала… все было сложно. Из-за моих спусковых крючков. Но я рассказала ему о прошлом, и он уважает установленные границы. С ним мне становится легче. Я чувствую, как с каждым днем все сильнее рушатся стены.

Доктор Лунд вдруг выпрямился в кресле, и я нахмурилась.

– Что? – спросила я, заметив его странную реакцию.

Доктор Лунд окинул меня странным взглядом, а потом поинтересовался:

– Ты рассказала ему о своем прошлом?

– Да, – медленно кивнув, ответила я.

По лицу доктора Лунда расползлась улыбка. Вообще, его лицо принимало разные выражения: строгое, встревоженное, заинтересованное, но я прежде не видела на нем столь явного удивления.

– Лекси, мы проводим эти сеансы уже много лет. И людей, что знают о твоем заболевании, тех, кому за это время ты о нем рассказала, я могу пересчитать по пальцам одной руки: твои папа с мамой, конечно же, Дейзи и я. Даже своим лучшим подругам в университете, Молли, Касс и Элли, ты ничего не сообщила, потому что… – Доктор Лунд замолчал, ожидая моего ответа.

Теребя рукав свитера, я призналась:

– Потому что не хотела, чтобы они видели меня слабой. Некой жертвой, вокруг которой придется ходить на цыпочках. Мне хотелось поступить в университет и перестать быть страдающей анорексией Лексингтон Харт.

Доктор Лунд задумчиво кивнул, как умеют лишь психотерапевты. Поднеся сложенные домиком ладони к губам, он спросил:

– Но ты рассказала этому мальчику, хотя знаешь его всего пару месяцев. Чем он отличается от твоих подруг?

Пожав плечами, я опустила взгляд. Мне не хотелось говорить доктору Лунду, что с Остином я ощущала духовную связь. И не стоило объяснять ему, что порой поезд жизни может без всякого предупреждения врезаться в кого-либо и потерпеть крушение, и тогда этот кто-то начинает вытаскивать тебя из-под давящих на грудь, тяжелых обломков. Я не желала делиться тем, что Остин тоже познал трудности. И, хотя наши проблемы по сути являлись противоположными, в этой борьбе мы оказались родственными душами. Мы сражались, чтоб не позволить уничтожить в нас все человеческое.

Остин вносил краски в мою серую жизнь.

Он был мне дорог.

Я скрывала его, как очередную тайну, которой не хотела делиться.

– Лекси, не нужно рассказывать мне о нем прямо сейчас. Просто в твоем выздоровлении наметился новый этап. И мне хотелось бы, чтобы ты поразмыслила, чем этот парень отличается от всех остальных. Думаю, ты понимаешь, насколько серьезный шаг совершила, когда призналась ему. И меня это радует. – Доктор Лунд откинулся на спинку кресла, и я медленно подняла на него взгляд. Довольное выражение на его лице тут же сменилось озабоченным. – И в то же время беспокоит. Ты доверилась кому-то, открылась после того, как много лет пряталась за темной одеждой и макияжем.

– Тогда почему вы тревожитесь? Вы вроде бы сказали, что это прогресс? – тихо спросила я.

– Потому что последствия могут быть разные.

– Я не понимаю…

– Лекси, возможно, этот мальчик способен вытащить тебя из скорлупы, помочь справиться с неуверенностью, заставить почувствовать себя настолько значимой, что этого не измерить никакой шкалой. Или он может поднять тебя наверх лишь для того, чтобы сбросить вниз. И ты окажешься в такой тьме, какой не видела даже несколько лет назад. Сама решай, стоит ли он того, чтобы рискнуть.

Я раздумывала над словами доктора Лунда. Хотя, честно говоря, за последние несколько недель я без памяти влюбилась в Остина, и сама мысль о том, чтобы не разговаривать с ним, казалась невыносимой. Только с Остином я могла быть самой собой. Никакого притворства и лицемерия; лишь я и он.

«Остин стоит того, чтобы рискнуть».

– Не торопись, Лекси. Просто подумай об этом. А когда будешь готова, мы сможем все обсудить. – Доктор Лунд нацарапал в блокноте еще несколько строк, а потом захлопнул его. – Время вышло.

Я встала и направилась к выходу из комнаты, а доктор Лунд вдруг сказал:

– Лекси, еще кое-что. Если ты по-прежнему продолжишь терять вес, я буду вынужден отправить тебя на обследование. Учитывая, что в последнее время ты выполняешь много физических упражнений, пару фунтов вполне объяснимы. Но чуть больше уже станут тревожным знаком, признаком того, что ты возвращаешься к старым привычкам.