Райшаария - Татьяна Фомина

Значит, все-таки это правда. Нет. Я не знала. Но предполагала. Особенно после того, как Алианна не нашла Полину. Вот ведь.

— Оля, не молчи, пожалуйста, — умоляюще попросил Павел.

— Точно не была уверена, — ответила я.

Получается, что если бы меня не скрутило на дороге, Павел просто бы нас отвез, и все? Разошлись пути-дорожки? Я бы точно ему не стала сообщать о беременности. Это Полина. Это она позаботилась о том, чтобы он все узнал.

— Я не знаю, что мне нужно сделать, чтобы ты меня простила и поверила. Я виноват, что сразу не сказал тебе про Алианну. Но клянусь, когда я... когда мы занимались любовью, я сразу сказал ей, что разрываю наш контракт. Оля, я знаю, что это огромная ответственность согласиться на рождение ребенка. Но я прошу тебя, не избавляйся от него! Вы так нужны мне! И ты, и он!

Он взял меня за руку и с мольбой смотрел, словно ожидал приговора.

Вот что мне ему сказать? Что я уже пообещала, что буду любить ее? Что я после того, что увидела и услышала, не смогу нарушить свое слово? Нет. Этого я ему не скажу. Он будет корить себя за то, что виноват. Я смотрела на Громова и понимала, что когда судьба дает тебе такой шанс, то не стоит воротить свой нос и вспоминать обиды. Что не стоит самой разрушать то, что с таким трудом было построено. И не стоит отталкивать от себя человека, который столько раз доказал, какой он на самом деле. Мы все ошибаемся. Но не все можем признавать свои ошибки. Это не слабость. Это проявление силы.

— С чего ты решил, что я избавлюсь от ребенка?

Павел несколько секунд смотрел, не мигая, потом словно ожил и засветился.

— Спасибо!

Он встал на колени перед кроватью и припал к моей руке, к которой тянулась капельница.

«Ну. Вот что ты за человек?! Ни на минуту тебя нельзя оставить! Он тебя любит! А ты!»

«РАЯ?! Ты здесь?! Райшаария!»

«Здесь».

Я закрыла глаза. Кажется, я сейчас тоже начну плакать от счастья!

«Ну, началось! Нечего сырость разводить!» — фыркнула Райшаария.

«Я так рада. Что снова слышу тебя!»

" Редшиарис мудрый и честный правитель! Он всегда держит свое слово!« — пронеслось у меня в голове.

«Ты — дочь правителя?!»

Я просто почувствовала, как Райшаария закатила глаза!

Павел встал и внимательно посмотрел на меня.

— Паша, позови кого-нибудь. Я хочу домой, — сказала я.

— Может, все-таки нужно остаться под наблюдением?

— Не нужно. — В этом я была уверена. — Все хорошо. Я чувствую себя прекрасно.

И это было правдой. Я, действительно, чувствовала себя хорошо.

В больнице меня все-таки оставили еще на сутки. Пашу я отправила домой, выглядел он не самым лучшим образом. Все-таки ему нужно отдохнуть. За то я смогла увидеть Райшаарию. Она снова была мелкой. Я так рада была ее видеть! Но она меня сразу огорчила, заявив, что у нас с ней всего времени до завтрашнего утра. Вот так вот. Вроде бы и обещание выполнено, и ведь не подкопаешься. Ведь речь шла только об " увидеться«, а не быть вместе постоянно! Но, что есть, то есть.

У меня накопилось столько вопросов, что я не знала с чего начать. Поэтому я попросила ее просто рассказать, что с ней случилось, когда мы расстались в пещере.

— Я слышала весь ваш разговор с Алианной. И, когда ты отдала яйцо Рудику, я дождалась ее. Она была уверена, что и ты, и яйцо погибли, поэтому выполнила то, что обещала. Она сняла цепи. Лететь я не могла. Меня забрал Редшиарис. Прости. Он не дал мне времени все тебе сообщить.

Я знала, что он вытащит тебя. Это его ауру я видела в твоей. Ну, вот и все. Потом родились Тиимониарис и Дааринария.

— Подожди. Но как получилось, что у меня оказался Тим? Ведь ты говорила, что это девочка?

— А вот тут я сама не могу найти истину. Не секрет, что у нас, драконов, очень редко рождаются особи женского вида. И поэтому яйца с девочками, оберегаются очень, очень трепетно! Потому что рождение драконицы это большая редкость! И Алианна точно знала, что изумрудное яйцо — это драконица! Я не знаю, как, но если бы там была Даара, она бы не выжила. Тиим просто взял лик дельфина. Поэтому, когда я увидела яйцо, и что он жив, мне было даже плевать на все запреты Редшиариаса.

— И что теперь с тобой будет? — спросила я.

— Ну, как видишь, с тобой увидеться он мне дал.

— Это потому, что он дал обещание?

— И не только. Мне кажется, что у него на твою семью есть какие-то планы.

— Что? Скажи, что ты пошутила!

— Я не могу тебе лгать.

— Рая, что ты скрываешь?

Мне было совсем не до шуток. Все эти перипетии между реальностями меня не то что пугали, они мне были не нужны!

Райшаария молчала.

— Рая, пойми меня. Я беременна. И у меня будет ребенок. И я хочу, чтобы у нее была спокойная счастливая жизнь!

— Вот из-за твоего ребенка, точнее вашего, и стоит сейчас главный вопрос: кто будет охранять ее?

— Что? Что все это значит?

— Твой мужчина... — начала Райшаария и замолчала.

— Рая, его зовут Павел.

— Оля, у него есть и другое имя....

У меня внутри все похолодело. Неужели я снова оказалась слепа и напрасно поверила....

— Нет, на этот раз ты не слепа и поверила ему не напрасно. Просто он не все тебе рассказал. Впрочем, как и ты.

Да. Я умолчала о Райшаарии.

— Рая, я хочу знать, что не так с моей еще не родившейся дочерью? И с Пашей? — потребовала я.

— Мне кажется, что вам самим нужно об этом поговорить.

— Ей кажется! Да, я с ума сойду! — в сердцах воскликнула я. И, чтобы предотвратить ее следующую реплику по поводу моих умственных способностей, добавила:

— Я имею право знать!

Райшаария молчала. Может, она и права? И мне стоит поговорить с Пашей? И что значит, что у него есть другое имя?

— Его настоящее имя Пааулиниарис, — тихо произнесла Райшаария.

— Что?! Громов — дракон?!

Валидолу мне! Литр!

— Да. У Ирины, его матери, родился мертвый мальчик. И пока врачи пытались вернуть его к жизни, Пааулини занял его тело. Врачи вздохнули свободно, мать была счастлива, а Пааулиниарис получил возможность остаться в вашем мире.

— Зачем?

— Это его миссия. Его работа, как вы это называете. А нам нужно знать, что происходит тут вовремя.

— И получается, что .... — дальше моя фантазия иссякла, точнее мне было даже страшно предположить, что же из всего этого получается.

— И получается, что впервые за всю историю, должна родиться девочка-человек с кровью дракона, — закончила за меня Райшаария.

Это пипец. Все. Я так не играю. Можно мне снова в обморок?

— Рая, стой. Это не так. Все дело в том, что я ношу совсем другое дитя! Ее зовут Полина! Она просто хотела вернуться домой!

— И что это меняет? — спросила Райшаария.

— Она не может быть дочерью дракона!

— Ты хочешь сказать, что у тебя кроме Пааулиниариса был другой мужчина?

— Нет! С чего ты взяла?!

— Тогда это его дитя! — подытожила Райшаария. — Разве ты не знаешь, как происходит зачатие у людей?

— Все я знаю! Но Полина....

— Это будет ее душа, но не сама Полина. До трех лет, как и все дети, она будет помнить свою прошлую жизнь, а потом все забудет. Возможно, что именно ее страстное желание вернуться в этот мир, позволило тебе забеременеть. Или же это ваше слияние энергетических тел. Мы этого пока не знаем. Но я точно знаю, что теперь ты и твоя малышка будет под постоянной охраной.

Господи, ну, где я так нагрешила?

— Ты не нагрешила! Ты избранная! Никто, никто до тебя не мог завоевать сердце дракона! Оля, он любит тебя! Он еще не знает, какая ответственность ляжет на его плечи. Но он справится! Я в него верю! И в тебя!

Я вздохнула. Мне бы ее уверенность. Я-то думала, что с арестом Алианны в моей жизни наступит спокойная, нормальная жизнь: пеленки, распашонки, и какая-нибудь мыльная опера по вечерам....

— Значит, Громов еще всего этого не знает? — спросила я Райшаарию.

— Нет. Но это вопрос времени.

— Ладно. — Ох, что-то быстро я совсем этим согласилась. — И как это отразится на моем ребенке?

— Этого никто не знает. Но поверь, если будет какая-то угроза тебе и ей, вас защитят.

Что-то слабо я верила в эту защиту.