Вы всё жжёте! Том 3 - Бронислава Антоновна Вонсович

— Кому она интересна? — фыркнул немного успокоившийся призрак. — Я уже и думать о ней забыл. А тебя, видно, огонёк, всё же задели её слова, если до сих пор помнишь?

Он мне хитро подмигнул, прекрасно понимая, что ставит в неловкое положение.

— Давайте, Ваше Величество, вы расскажете о своих стратегических планах, — прервал его дедушка. — Хотелось бы знать, какие у них принципиальные отличия от наших.

— Время, — неожиданно коротко ответил Франциск. — Всё отличие во времени. Я уверен, что бить надо сразу по получении известия. На нашей стороне будет внезапность. Нам надо успеть всё до обеда. Я считаю, что обедать надо с чистой совестью от прекрасно проделанной работы.

Он завис перед нами, скромно сложив руки на животе.

— Мы не готовы, — ответил дедушка.

— Ой, Робер, ты перестраховываешься. У тебя есть всё для завтрашнего успеха: куча зелий, куча артефактов, аж три помощника, включая мою скромную персону, а главное — ты сам.

— Меня беспокоит тот маг, который тебя увидел.

— Меня тоже. Но я уверен, что по утрам он, как положено любому приличному магу, спит, а значит, не будет путаться у нас под ногами. Кроме того, я запомнил его ауру и постараюсь, чтобы мы с ним не встретились.

— А ведь Его Величество прав, — заметил Шарль. — Чем раньше после выхода указа мы устроим бабах, тем вероятнее, что, во-первых, он удастся, а во-вторых, нас не смогут обвинить.

— Молодости свойственен оптимизм, — скептически проворчал дедушка.

— А старикам — чрезмерная осторожность, — фыркнул призрак. — Робер, ты ведёшь себя так, словно ты не Лиденинг по крови. Мне становится за тебя стыдно. У нас, Лиденингов, азарт в крови бурлит, как пузырьки в бокале хорошего шампанского.

— Поэтому нас, Лиденингов, так мало и осталось.

— Ничего, Николь в ближайшее время займётся этим вопросом, — оптимистично ответил Франциск. — Поставь им условием брака минимум трёх правнуков и увидишь, что они озаботятся этим вопросом прямо сегодня.

На Шарля я боялась смотреть, хотя он вряд ли отказался бы от реализации идеи Франциска.

— Кхм, — сказал дедушка. — Ваше Величество, вы не увлеклись?

— С чего бы? — высокомерно ответил Франциск. — С моей точки зрения, три правнука — маловато, но это уж им решать, сколько они захотят сверх минимального.

— Прежде чем мы будем говорить о браке Николь, — чрезвычайно неприятным тоном сказал дедушка, — нам нужно решить парочку неотложных вопросов. Малюсеньких таких.

Он даже пальцы сложил, показывая, насколько незначительны вопросы.

— Вот завтра и решим, Робер. — Франциск подплыл к дедушке и покровительственно похлопал его по плечу. Точнее, попытался, потому что призрачная рука проходила тело насквозь, наверняка доставляя живому собеседнику множество неприятных ощущений. — Робер, ты не понимаешь, у нас просто не будет другого шанса. Фаро не даст. Он очень быстро поймёт, зачем этот указ, и перекроет для тебя возможность появления в Ланже.

Сейчас он говорил совершенно серьёзно, без привычного ёрничества.

— Всего предусмотреть невозможно, — поддержал его Шарль, — а так у нас будет преимущество.

— Это если мне вообще удастся переместиться поближе к Совету, — возразил дедушка.

— А не удастся — придётся нам троим идти, — картинно вздохнул Франциск, поправляя манжет. — Нельзя тянуть, Робер. Время играет против нас, настолько сильно играет, что ещё самая малость — и мы проиграем не только свободу, но и жизнь. Робер, пойми, сколько бы мы ни готовились, мы не будем готовы лучше, чем сейчас.

Неожиданно Шарль насторожился, словно к чему-то прислушиваясь, и сказал:

— Пришёл вестник от Пьера-Луи. Указ вышел, столица переименована с сегодняшнего дня.

— Робер, это знак, — уверенно сказал Франциск. — Знак, что всё должно решиться до ужина.

— Ужинать тоже нужно с чистой совестью от прекрасно проделанной работы? — съязвил дедушка.

— Разумеется, — невозмутимо ответил призрак. — Робер, выгребай свои кладовые: мы идём громить Совет.

Глава 20

Дедушка развил столь бурную деятельность, словно мы собирались переселяться на другую сторону Рикайна, а не совершить короткую часовую вылазку до Совета. Он даже сейф опустошил с артефактами, которые отправил в пространственный карман, и собрался провернуть то же самое с фамильными драгоценностями. Но ладно артефакты! А вот зачем он с собой взял две огромных бутыли с зелёной опалесцирующей субстанцией, которая гулко ухала при сотрясениях? Спросить, что это и зачем, я не успела.

— Робер, у тебя там в голове ничего не подвинулось? — язвительно поинтересовался Франциск. — Вроде не стукался, а явно что-то там не в порядке. Зачем тебе драгоценности в Совете? Ты Фаро собрался ими осыпать? Авторитетно говорю: не оценит.

— Затем, что, если наш план провалится, не будет времени возвращаться и забирать, — отрезал дедушка, пересматривая ещё и ингредиенты. — Николь, положишь в свой пространственный карман. Жаль, что банковские счета туда не перенесёшь, но и драгоценностей достаточно, чтобы начать жизнь в новом месте.

— Что за пораженческие мысли? — возмутился Франциск. — Мы непременно победим.

— Ваше Величество, вы не забыли, что мы выступаем против целой организации? А нас всего лишь четверо, из них полноценный маг один — я.

— Мажонок тоже кое на что способен. Да и я.

Призрак подбавил протоплазмы в грудь, из-за чего она раздулась и стала почти как у силачей, выступающих в цирке. Но выглядел от этого Франциск почему-то смешно, а не важно.

— Вы, Ваше Величество, сейчас способны только на консультацию, а я хочу, чтобы у моей внучки было будущее, — отрезал дедушка. — Николь, в случае чего кость с привязкой бросаешь в Совете.

Первый раз я увидела, как призрак потерял дар речи. Он открывал-закрывал рот, но не издавал ни единого звука. Правда, продолжалось это недолго.

— Робер! — наконец вскричал он фальцетом. — Как ты можешь?

— Что могу, Ваше Величество? Вы — наша последняя надежда на спасение. Кому, как не вам, задерживать противника: второй раз вас уже не убьют.

— А, так ты с этой точки зрения? — успокоился призрак. — Убить не убьют, но за Грань отправят. А я, знаешь ли, уже привык к такому существованию. Что такое несколько сотен лет для призрака? Мелочь. И вообще, Робер, прикрывать должен ты, потому что без моих советов и помощи Николь будет