Подстава. Книга третья - Елена Звездная

Блондя появилась в тот момент, когда я лежала на полу в позе кобры. Хорошая поза, успокоительная, чтоб ее.

- Все плохо? - сходу врубилась агент.

Все было хуже некуда. И Гаэра мне в этом деле не поможет, и на Танарг лучше не рассчитывать. Если я хочу добиться приемлемого результата, мне нужно чтобы Тайрем и вся его аристократия с их вековыми устоями приняла меня как супругу Эриха. Только в этом случае я могла начинать бороться за власть, послав к нестабильному атому Танарг с его оригинальным подходом к союзникам.

- Какие новости? - переходя на планку, спросила я.

Не став допытываться о причинах моего херового настроения, Блондя кратко отчиталась:

- Завтра у вас три свидания с архонтами.

- Шикаррррррррррррно, - ответила я, продолжая упражнение.

- Кэп, вы как-нибудь определитесь уже – или шипите, или рычите, но лучше что-то одно, - поддела Блондя.

Вот прибила бы, но ей и так по жизни досталось.

И тут мне лично досталось озарение!

- Фло, а есть запись занятий Алкесты с наставниками?

Блондя молча кивнула, подтверждая, что есть. Я запросила записи, с ними рванула к книгам и…. в общем я поняла, почему наставники в день эпического возвращения к фертильных функций Алкесты так удивились моим ответам – они готовили ее как вторую жену! Не как первую! А именно как вторую, что фактически приравнивалась к наложницам.

- Уррррроды! – нервы мои сдавать начали. Момент истины, в который остается сидеть и думать на тему – и что мне с этой истиной теперь делать? С одной стороны хотелось урыть этих «наставничков», а с другой – победа чаще всего достается тому, кто вытаскивает козыри последним. Мои знания – мой козырь. Проблема лишь в том, что сокрытие данного козыря будет стоить мне дорого – придется учить и то, чему обучают Алкесту, чтобы скрыть свое преимущество до нужного времени.

- И вдовствующая чтоб ее сто раз приложило чем-нибудь или кем-нибудь повелительница, желает чтобы вы отужинали с ней в Вонючем саду, - добавила Блондя.

- Ты хотела сказать «Цветущем»? – уточнила я.

- Да без разницы, - агент явно тоже была не в настроении.

- Согласна, разницы особо нет – где бы ни появилась вдовствующая, там все равно воняет всей той толпой благовоний, которые она с собой таскает и…

И тут я рухнула на пол из поднадоевшей планки, а Блондя улыбнулась, наверное, впервые за все прошедшие четыре дня.

- Благовония, - улыбка Блонди становилась все шире.

- Люблю благовония, - мой оскал по широте не уступал оскалу спецагента.

***

Алкеста обрадовалась нам как родным, и без слов и вопросов юркнула в тайную комнату, предоставляя мне возможность самостоятельно представлять себя же. Довольный храп раздался сразу же, как только морф рухнула на кровать. Что ж, давно пора была задуматься о звукоизоляции моего убежища.

Наложница моего «старшего братика» несколько удивилась четырем капсулам, которые ей незаметно подсунула в декольте Блондя, но пары слов на танаргском хватило, чтобы она поняла суть замысла. Так что вдовствующую гадину ждала подстава.

Меня тоже.

Это стало ясно, едва мне принесли «наряд». Вообще-то в таких спят обычно, а не разгуливают по дворцу, но наложница Миртен смущаясь объяснила, что ужин неофициальный, только для девочек, в неформальной обстановке и робко добавила, что будет еще и халатик сверху. Угу, плавали – знаем.

В итоге я, послушно напялив прозрачно-кружевные одеяния накинула халат, и ушла в туалет, скромно собираясь пообщаться с природой. Хорошо хоть туалетная комната была просторной, так что переоделась я в нормальное заготовленное Блондей платье уже там, а вот потом скромно на все это накинула халатик, так уж и быть. Макияж мне сделала Эстер, скромно и без изысков, правда не совсем понимая, какого бракованного навигатора я втихаря смешала сурьму для подведения глаз с фосфорицирующим составом. Но вопросов девушка не задавала – натаскал ее Роен знатно. Прямо появилось желание пойти дать «братику» в морду, и желательно с ноги.

Особое мое почтение вызвала обувь – хрень на двадцати пяти сантиметровой платформе, удерживаемая двумя тоненькими кожаными ремешками. Это не обувь была, это были ноголомы, ходить на них без посторонней помощи вообще не представлялось возможным, и короче я сразу поняла, что в итоге придется смываться с места событий босиком.

Цветочная беседка располагалась в Цветочном саду, но Блондя была полностью права дав ей иное название – воняло за километр.

Так что этот километр дался мне не просто не только по причине необходимости идти, опираясь на служанок, но и из-за вони… Кто вообще придумал обозвать это благовонием?

Но основная подстава заключалась даже не в запахе, требующей от любого здравомыслящего человека как минимум нос зажать, в том, что едва мне помогли подняться в беседку, где еще издали виднелся накрытый к ужину стол, свечи, бумажные фонарики и прочая дребедень, как из кустов повалил народ, подхвативший мою свиту под белы рученьки, и молча уволокший их всех в сторону дворца.

Эстер только что и успела, так это сунуть мне палочки с благовониями, после чего ее уволокли вообще перекинув через плечо.

Осталась я, беседка, накрытый к ужину стол, свечи, фонарики… между прочим красные, что уже несколько напрягало, и обувь, от которой не так-то просто было избавиться – кожаные шнурки оказались прочными, так что мне как минимум требовался нож.

И тут позади раздалось:

- Мелани, какая приятная встреча.

А чтоб тебя!

«Эрих, а ты сейчас где?» - напряженно воззвала я к любимому.

«В нирване, - пришел несколько размытый ответ».

«Везет, - раздраженно высказалась я. - Судя по всему, я тут скоро тоже буду… в нирване!»

И любимый сходу понял, что мне определенно весело.

«Час продержишься?» - напряженно спросил.

«Да не вопрос, - беспечно ответила я. - Если надо, я и два продержусь. И даже три. Ты же меня знаешь. Кстати, как тебе нос Нгоэна?»

«Никогда не нравился, - осторожно высказался Эрих».

«На том и порешили», - заключила я.

И грациозно обернулась к принцу.

Грациозность сильно подвели ноголомы, потому как вот я поворачиваюсь, а вот я уже падаю и меня картинно подхватывают на сильные принцевые конечности. А сам «спаситель прекрасной дамы в ноголомах» склоняется к спасенной деве, черные волосы красиво обрамляют его точеное лицо, темный взгляд