Ромовая бабочка - Риша Вольная

На яхту поднимался с чувством полного удовлетворения. Насладиться победой над самим собой в полной мере мешали боль в руке и желудок в горле.

Алиса нас радостно встречала. Наверное, так людей с войны встречают, но я почти там и был.

– О, Господи! Наконец-то вы вернулись! Что там с рукой? Покажи немедленно!

Её голос почти звенел от напряжения. Девушка усадила меня в плетёное кресло, бегло осмотрела руку и приложила к больному месту холод.

– Я не врач, так что надо в больницу. Сейчас позвоню Селине, и всё решим. Мишка, собирай технику, помчали к городу.

Оперативности Волконской можно было позавидовать, но именно сейчас мне не хотелось этой бурной деятельности.

– Михаил, притормози! На берег ещё рано, а с рукой ничего страшного, – громко крикнул мужчине, видя, что тот и правда собирается отчаливать с нашего места.

Тот что-то бурча себе под нос, явно не очень лестное, махнул нам рукой и спустился на гидроцикл.

– Геркулес, твою дивизию, куда рванул!? – вскочила на ноги Алиса, пытаясь докричаться до уплывающего зама.

Это хорошо, что он решил покататься.

– Вот гад! Можно подумать, я сама не умею управлять этой посудиной! – чуть ли не топая красивой ножкой, возмущалась Волконская.

Она, как и я, не любила, когда что-то шло не по ее плану.

– Лис, угомонись! – прикрикнул я в попытке быть услышанным.

Она резко развернулась ко мне, уже открывая рот, чтобы теперь оторваться на мне. Приготовился получить порцию яда.

Алиса замолчала, и тишина на фоне всплеска волн о борт яхты и крика птиц стала неожиданной. Она несколько секунд, не моргая, смотрела на меня, потом на мою руку и снова в глаза.

Я не мог сдержать улыбку. Стало весело от того, что, оказывается, есть в этом мире нечто, способное заставить замолчать это эмоциональное создание.

– Алис, я в порядке. Не надо реанимации и вертолётов, – обхватывая ее запястье, притянул чуть ближе к себе. – И вообще, я жду обещанного поцелуя. Можно два, раз я всё-таки немного пострадал в этой неравной битве.

Мне беспрепятственно позволили усадить женское тело на свои колени и даже не прокомментировали поглаживания по попе. Алиса, словно зачарованная, провела пальцами по моим мокрым волосам, зачесывая их назад.

– Ты мокрый, – тихо прошептала она, стирая подушечками пальцев капли с моего лица: глаз, щек и губ.

Веселье, охватившее меня минуту назад, ушло. Вместо него пришла острая нужда в конкретном человеке.

– Тебе это мешает?! Мне пойти высушиться?

– Нет, – быстрый и твёрдый ответ. – Мне все равно.

Её ладони с лица скользнули на затылок, плотно его обхватывая, как будто я бы начал сопротивляться. Она медленно приблизилась к моему лицу, опаляя дыханием. Не закрывая глаз, ее губы аккуратно прикоснулись к моим. Я бездействовал, только старался расслабиться, чтобы не сорваться. Алиса усилила нажим и прошлась язычком по нижней губе. Я же всё сильнее терялся в глубине женских глаз. Никогда не целовался с открытыми глазами, вообще не понимал, зачем это. Вот только именно с ней я хотел видеть, как меняется цвет её радужки и дрожат ресницы.

Моего контроля хватило ещё на пару секунд, а потом я уже сам руководил парадом в честь моего награждения. Я с наслаждением наблюдал, как страсть затопляет голубой взгляд, чувствовал напряжение в её теле и лёгкую дрожь в пальцах, что с силой стискивали мои волосы. Видел беззащитность моей Бабочки, чувствовал ту ранимую душу, что она прикрывала от чужих глаз сарказмом и беспечностью.

Я первым прервал наш поцелуй, понимая, что превышаю предел своего терпения. Стопроцентная уверенность в том, что секс в каюте чужой яхты, пусть и потрясающий, никак не укрепит наш зарождающийся мир, прочно осела в мозгу. Ещё раз всё испортить мне совсем не хотелось.

– Знаешь, Алис! Я начинаю понимать, почему рыцари ради поцелуя своей дамы рисковали здоровьем и жизнью, – задумчиво произнес я, поправляя ее почти платиновые пряди.

За время поцелуя мои похотливые ручонки устроили беспорядок в женской причёске. Плотный костюм не давал мне допуска к коже, так что пострадали волосы.

– Правда?!

– Ага. Потрясающее чувство! – восторженно воскликнул я.

Волконкая робко улыбнулась, отворачиваясь, чтобы слезть с моих коленей. Вот только её румянец смущения я успел заметить. Это было ещё одним знаком того, что, по сути, я плохо знаю эту девушку.

– Если ты уверен, что тебе не надо в больницу, то можно продолжить отдых. Чем бы ты хотел заняться?

Волконская отошла к краю судна и повернулась ко мне лицом. Алиса со сложенными на груди руками, опираясь пятой точкой, сигнализировала об отчуждении. Она снова пряталась в свою раковину, точнее, кокон. Теперь меня это не пугало и точно не могло остановить. Я видел ее без маски, и мне она очень понравилась!

– Волконкая, ты прекрасно знаешь, чем бы я хотел с тобой заняться, – опуская взгляд на свою возбуждённую плоть, сознался я как на исповеди.

– Ты иногда такой пошляк, Ромашка, – посетовала девушка, но её губы подрагивали в зарождающейся улыбке, – Бедные уши Виктории Викторовны!

– Лис, я скоро начну тебя ревновать к собственной матери. Ты обо мне так часто не говоришь!

Она в ответ лишь пожала плечами.

– Да, да! Это меня только рядом с тобой так … плющит! – пожаловался на жизнь, поднимаясь с кресла.

– Намекаешь на моё дурное влияние?!

– Намекаю, что ты мне нравишься, а мои мозги рядом с тобой отдают вожжи правления другому органу.

Я стоял напротив неё, вглядываясь в реакцию на моё признание. Это была Алиса, и даже если большинство будут польщены признанием мужчиной в чувствах, то это чудо может зарядить коленом в пах.

Неверие и смущение отразилось на женском личике одновременно.

– А это тот самый орган, который сто пудов знает, чем нам заняться в каюте? – дерзко ответила она, не позволяя снова проникнуть под броню.

– Бери выше, Бабочка! – посоветовал я, но, заметив недоумение во взгляде, свёл расстояние между нами на минимум.

– Вот тут!

Я расцепил ее замок из рук и одну положил открытой ладонью на своё сердце. Я сейчас не играл ради выгоды или красивого жеста. Эта правонарушительница со всего размаха врезалась в мою жизнь и с лёгкостью крушила уже устоявшийся распорядок.

– Хочешь убедить меня, что бизнесмен твоего уровня способен доверить своему сердцу управление?!

– Прежде чем отрицать, ты могла бы дать мне шанс показать свою разносторонность.

Мы, видимо, оба жуткие упрямцы и оттого регулярно сталкиваемся лбами как бараны.

– Я подумаю над твоим предложением, – наконец-то ответила девушка, сдавая свои позиции.

В нашем