Сыночек в награду. Подари мне любовь - Вероника Лесневская

А фея может. Гордая и неприступная. Однако прямо сейчас с благодарностью улыбается мне, совсем слегка, но я замечаю. Одними губами произносит слабое «спасибо», а вслух выпаливает совсем другое:

– Да, конечно. Заказ сдан, – отчитывается чересчур звонко. – Можем выезжать.

Скинув фартук, раньше меня вылетает из автосалона. Воробышек хоть и боевой, но напуганный.

Недовольно зыркаю на бабника Леонида, перехватываю его многозначительный взгляд – и ухожу, не прощаясь. Настраиваюсь на час дороги в полной тишине, но Ева сразу разрушает мои планы.

– Я подумала по поводу ваших слов. Этим утром. О Владике и детсаде, – уточняет вовремя, прежде чем я как-то иначе трактую ее фразу. Я много чего ей предлагал, но на главное она пока не согласна. – Наверное, вы правы, Тимур Викторович. Мы отнимаем ваше время, делая крюк через весь город. Я займусь переводом сына в другой сад, поближе.

– Могу вам помочь, – предлагаю свободно. – Поговорю с другом, у него дети ходят в тот сад, о котором я вам говорил. Все трое, – поразмыслив, нахожу способ, как заставить Еву не чувствовать себя в долгу передо мной. – В качестве оплаты – с вас аэрография. Друг как раз хотел жене сюрприз сделать. Машина в автосервисе у Береснева, на днях отвезу вас туда. Оцените объем работы.

– Да, хорошо, – неуверенно, но все же соглашается.

– Спасибо за доверие, – киваю ей.

– Спасибо… за все, – выдыхает с неожиданным теплом. И я неосознанно поворачиваюсь к ней. Хочу видеть милое, смягчившееся лицо напрямую, а не в отражении пыльного зеркала. – И за Леонида… тоже, – Ева смущенно отводит взгляд. – Я ведь не нужна вам на встрече. Это не входит в мои обязанности…

– Нужны, Ева, – обрываю ее строго. Лгу, сохраняя внешний имидж. Хоть что-то, где Ева еще не ковырнула своими острыми коготками. – Я хочу, чтобы вы присутствовали. Это поможет вам быстрее сделать правильный выбор, – и отворачиваюсь, устремив невидящий взор на дорогу.

Глава 27

Тимур

– Кто же изъявил желание в нас инвестировать? – с искренним удивлением произношу я, листая бумаги. – И на каких условиях?

Всматриваюсь в цифры, изучаю отчеты и сокрушенно вздыхаю. В автосалоне тоже все запущено. Продаж практически нет, мы ушли в жесткий минус. Но что страшнее – отстали от рынка, потому что приобретать новые модели элементарно не на что. А старые падают в цене и популярности.

Некогда любимое дело сейчас напоминает меня самого. Погрузилось в глубокий траур. Застыло в прошлом и не двигается. Пора бы встряхнуть его, и если инвестор готов помочь, то…

– Меркуновы, – небрежно бросает Влад, но эта фамилия обухом бьет по моей голове.

– Нет, – отрезаю без объяснений и захлопываю папку.

Совершенно беспринципные барыги. Что покойный отец, что его сын. Впрочем, младший – больше бездарь, чем делец. А бизнес давно находится в руках его матери, не менее неприятной особы.

Меркуновы за время своего роста и развития не брезговали ничем: рейдерство, подставы, черные схемы, обман… Изменился ли их подход к делу за несколько лет? Горбатого могила исправит!

Их инвестиции – грязные деньги, темный шлейф которых мгновенно испачкает мой прозрачный бизнес. Уничтожит и обесценит все труды.

– Встреча отменяется, – подчеркиваю строго и порываюсь встать.

Собираюсь оставить кабинет, забрать Еву и поехать домой. Какой толк ей здесь находиться? Вместо охраны? Так я Ивана пока что не уволил – она же и не позволила. Так слезно молила, будто он ее близкий родственник, и я сдался. В конце концов, я ей совладельцем всего бизнеса стать предлагаю. Значит, должен прислушиваться к ее мнению.

– Постой, Тим, – тесть аккуратно берет меня за рукав. – Ты же утверждал, что тебе плевать на все это? – обводит взглядом помещение, но имеет в виду дело в целом.

Обойдя меня, становится напротив, заслонив выход. И смотрит мне прямо в глаза. Пристально, сосредоточенно, проницательно. Так остро, будто делает надрез и препарирует мою душу.

– Плевать, – мгновенно соглашаюсь. Абсолютно уверенно и четко.

Все, что связано с автомобилями, в моих руках становится проклятием. Былая страсть превратилась в ненависть. И осталось лишь одно желание – избавиться и забыть. В подтверждение этому делаю несколько шагов к двери.

– Настолько плевать, что одну долю ты передал не абы кому, а надежному, проверенному человеку и профессионалу своего дела Бересневу, – произносит Влад нарочито медленно, словно смакуя каждое слово.

Пытаюсь проанализировать, к чему он клонит. И хмурюсь, когда вижу усмешку на хитром лице.

– Продал, – поправляю его.

– А над оставшейся частью чахнешь, как Кощей над своими сокровищами. Практически законсервировал ее, будто бережешь… – продолжает размышлять вслух.

– Для тебя, Влад, – почти касаюсь ручки двери, нажимаю на нее, но тут же отдергиваю ладонь.

– Потому что решил, что мне можно доверить то… что ценно для тебя самого, – делает неожиданный вывод. – Отдать в хорошие руки, как говорится.

– Ты странно трактуешь мое желание помочь вам с Каролинкой, – спорю я, мрачно испепеляя его взглядом.

– Так деньги Меркуновых нам как раз и помогут, – тесть намеренно меня доводит до белого каления, ведь знает о моих деловых принципах. И помнит, что нечистоплотных конкурентов я всегда держал на расстоянии пушечного выстрела. – Бизнес ведь умирает, а финансы его вмиг оживят.

Совершает характерный пас рукой, щелкает пальцами и улыбается.

– Я сказал, нет, – чеканю каждое слово.

– Но ведь скоро я буду решать, как поступить с твоим детищем, – хлопает меня по плечу. – Ты отойдешь от дел, а я один буду творить, что вздумается.

Чувствую, что тесть провоцирует меня. Вытягивать из меня эмоции – в последнее время стало его любимым занятием. Но бесполезным.

– Не только, – парирую спокойно. – Я несколько изменил свои планы, – захожу издалека, как и он поступал со мной только что. – У компании появится еще один владелец…

– Кто же? – нетерпеливо отзывается Влад.

– Ева, – моя очередь его шокировать.

На несколько секунд в кабинете повисает гробовая тишина. Мы оказываемся словно в вакууме, за пределами которого звучат шаги. Шум и перешептывания доносятся из коридора.

– Тебе не плевать, – постановляет тесть