Подарок - Джоанна Линдсей

— Ну что, последняя страница перевернута? — поинтересовалась Молли, когда Джейсон этой ночью пришел к ней в постель.

— Прости, если разбудил, дорогая, — извинился он.

Молли зевнула и прижалась теплым телом к любовнику.

— Нет, просто мне ужасно не хватало тебя в последние ночи, так что сегодня я постаралась глаз не смыкать. Но кажется, все-таки не выдержала и задремала. Как хорошо, что ты рядом!

Джейсон улыбнулся и притянул ее к себе. У них даже не было времени пообщаться с той минуты, как Подарок развернули, не говоря уже о том, чтобы предаться более приятным занятиям. Вчера и позавчера, открывая дверь ее спальни, он неизменно обнаруживал, что она мирно посапывает, а когда открывал глаза по утрам, она уже исчезала: нелегкие обязанности экономки не давали ей залеживаться. Днем же в полном гостей доме и всеобщей праздничной суматохе не было никакой возможности застать Молли одну и хотя бы перекинуться словечком.

Кроме того, по молчаливому согласию, дневник не обсуждался в присутствии посторонних и слуг, к которым, как считали члены семьи, относилась Молли. Только сын и невестка Джейсона, а теперь и Джейми знали правду о том, кто мать Дерека и единственная любовь третьего маркиза Хаверстон. Больше тридцати лет они скрывались от людей, и теперь пора было, по мнению Джейсона, узаконить их отношения. На этот раз он не отступит. Пока не уломает Молли!

Но она еще не ведала, что содержит старый дневник, хотя, как и все в доме, знала, что семейство вот уже три дня не выходит из гостиной, слушая чтение Эми. Несколько раз за это время она появлялась на пороге, сокрушенно качала головой и вновь исчезала.

— Я хочу, чтобы завтра ты взяла выходной и прочла его с начала до конца, — велел он.

— Выходной? Какие глупости! Разве я могу? В такое время?!

— В доме прекрасно обойдутся без тебя денек-другой, милая.

— Не обойдутся!

— Молли, — предостерегающе прошипел он.

— О, ладно, ладно, так и быть! Это могло бы и подождать, пока не пройдут праздники и гости не разъедутся, но, признаюсь, любопытство меня так и гложет, особенно еще и потому, что сверток почти всю мою жизнь хранился у меня и я даже ни разу не попыталась узнать, что в нем.

Джейсон от неожиданности подскочил.

— Почти всю твою жизнь? Где и когда ты его нашла? И столько времени молчала?!

— Я его не находила. То есть, если хочешь знать, мне его дали едва ли не в младенчестве… в четыре-пять лет… теперь уже и не припомнишь. И мне строго наказали, что с ним делать и когда отдать, но словом не обмолвились, что это такое. Должна признаться, Джейсон, с тех пор столько всего случилось, что я когда-то положила его в сундук вместе со своими старыми вещами и совершенно позабыла. Все эти годы он пролежал на чердаке с моими детскими обносками, которые я, не знаю почему, так и не выбросила.

— И теперь ты про него вспомнила?

— В том-то и дело, что нет. Случилась престранная история, и только благодаря ей я снова обнаружила дневник, — призналась Молли.

— Какая история?

— Просто поверить невозможно. Ты не смейся, я сама никак не пойму, в чем тут дело. Это случилось, когда я поднялась на чердак, чтобы достать рождественские украшения. День выдался солнечный, на чердаке было жарко и ужасно душно, вот я и открыла одно из верхних окон, но ничего хорошего из этого не вышло, потому что погода стояла на редкость тихая, разве что на чердаке стало чуть прохладнее. Я было хотела открыть остальные окна, но передумала. И представляешь, когда я направлялась к двери с последней охапкой всякой мелочи, в комнате словно ураган пронесся и наделал ужасный беспорядок.