Раздевайся, красавец! Будешь моим трофеем - Анюта Тимофеева

Дорога тоже терялась в тумане тупой ноющей боли и тошноты, словно голова раскалывалась на части. Спасибо, что перед дорогой меня все же напоили и накормили. Впрочем, это было не от доброты душевной, просто иначе я бы не доехал живым.

И тут через тупую безнадежность ко мне пробились странные ощущения: словно рвутся нити клятвы, которая связывала меня с эльфийской королевой.

«Как? Как такое может быть? Словно она меня отпускает, не считает больше своим подданным? Нет, не так… я чувствую, что ее больше нет! Но такого не может случиться! Она почти бессмертна! Болезням мы не подвластны, а покушений тетя не допустит».

И тут карету ощутимо тряхнуло, а потом она остановилась. Послышался лязг оружия, затем команды, возгласы, рычание… Явно кто-то напал на охрану. Кто это? Да в любом случае, враг моего врага – мой друг! Только я даже выглянуть не могу, не то, чтобы помочь нападавшим.

Шум борьбы постепенно затих, слышны были приглушенные голоса и стоны. А потом дверь открылась:

- Принц? Принц Маритэль? Мы ищем вас по поручению королевы Альмиры, - сказал заглянувший в карету устрашающего вида оборотень, весь в разводах засыхающей крови.

- Это я, - подтвердил я, хотя волк и так это знал. Это правда «наш», то есть, альмирин? Может, я понадобился еще каким-то силам?

Но, кажется, я уже научился определять «своих» волков по запаху, или ауре… сейчас чувствовал, что это свой, и он не лжет.

- Сможете выйти? – спросил он между тем.

- Смог бы, если бы цепи перегрыз, - сумел рассмеяться я.

- Это мигом! – И мой освободитель влез в карету с каким-то инструментом, которым просто перекусил толстые тяжелые звенья цепи. «Хорошо, что это не мои пальцы», - подумал я, бросив взгляд на приспособление, и еще толком не отойдя от издевательств в логове других волков.

После этого я смог выбраться наружу, стараясь не выдать, насколько мне больно от того, что кровь начала приливать к конечностям.

- Как королева? Был бой? Или еще ждет?

- Нас отправили до боя, - ответил волк. – Но наступление уже идет. Вернемся – узнаем, но я верю в победу!

Чудо, случилось то чудо, на которое я надеялся, не торопясь умирать. Стыдно, что я сам за время дороги ничего не придумал, но меня снова спасла Альмира! Не той королеве я присягал… зато теперь мое тело и душа принадлежат королеве волков полностью.

- Что произошло с эльфами? – спросил я. – С их королевой?

Волки, окружившие меня, переглянулись с недоумением. Понятно, у них-то нет этой связи, а новостей в дороге они не получали. Скорее бы добраться до места!

Альмира

Бой закончился неожиданно быстро, при этом эльфы не оказали сильного сопротивления. В какой-то момент они заколебались, а потом начали беспорядочно отступать. Я отдала приказ не увлекаться преследованием отступающих, чтобы не попасть в ловушку. Почему-то не верилось, что все так просто.

- Что случилось? – снова задала я вопрос вернувшемуся с поля боя Одину.

- Не понимаю, - честно ответил он. – Их что-то испугало. Надеюсь, что мы, - усмехнулся он. – Надеюсь, что битва с волками без своих ожидаемых союзников напомнила эльфам, что не зря они сдались в прошлый раз.

Я краем глаза заметила, с каким удовольствием смотрела Хелена на отступающего противника. Да, зрелище впечатляющее, ласкающее взгляд. Только нужно убедиться, что это не уловка.

*** Тем не менее, мы планировали скорое наступление, чтобы развить свой успех, не дать эльфам встретиться с волками Волара. Дать противнику возможность оправиться, объединиться с союзниками, и встретить нас во всеоружии было бы очень глупо с моей стороны.

Впрочем, насколько я его знаю, подкрепление к эльфам теперь может и не прийти, потому что он побоится связываться с проигравшей стороной. Зато наше подкрепление было на подходе – вождь аламатов ответил согласием, и отправил своих бойцов. Вспоминая, как они выглядят, я подумала, что даже своим присутствием эти громадины могут раздавить моральный дух эльфов.

В любом случае, нужно было отправлять разведчиков проследить за отступлением, и послать людей на поиски моего нага. Боюсь, Кас поплатился за свою смелость, и попал в руки противника. Нельзя было разрешать ему действовать самостоятельно, парень обрадовался первому успеху, и потерял осторожность. Страшно подумать, что с ним могут сделать в плену, и я не успокоюсь, пока не верну его! И еще одна пропажа, от которой сердце кровью обливается – Мар. Здесь я ничего не могу сделать, только ждать – лучшие волки отправлены на его поиски. И я даже сказала, в каком направлении нужно двигаться – магия истинной пары работала все сильнее, я словно чувствовала, где он.

Время проходило в заботах, и это хорошо – не было возможности сосредоточиться на моих потерях. Но, неожиданно…

- Ваше величество, эльфа нашли! – вполголоса сообщил мне один из доверенных волков. – Сейчас они проезжают мимо наших дозорных.

*** - Ваше величество, спасибо! Я обязан вам жизнью! Снова. - Мар, похудевший, с синяками всех видов – под глазами, на лице, и, явно, на всем теле – смотрел на меня счастливыми сияющими глазами.

И только сейчас я позволила себе чувствовать. До этого беспокойство о нем, усиленное этой благословенной (или проклятой?) магией истинной пары, не давало мне думать. Было невозможно сосредоточиться ни на чем, я чувствовала его боль, его отчаяние, агонию, хотя потом Мар, словно опомнившись, скрывал свои эмоции, как будто все понимал. Но я уверена, что эльфы не могут испытывать эти ощущения, у эльфов нет истинных пар.

Однако, я отвечала не только за себя, поэтому тогда не могла поддаться горю, закрыться от всех, переживая боль. Будет ли лучше, если я потеряю свою свободу и свободу подданных из-за переживаний? Огромным усилием воли я загнала все ненужные мысли в самую глубину души. А сейчас…

- Давай уединимся! – сказала я, еле удерживая себя от того, чтобы просто не обнять его на виду у всего войска и не отпускать вечность. Но нельзя. Даже не потому, что кто-то осудит, а потому, что будут стараться отнять его у меня снова и снова, почувствовав самое больное место.

***

- Живой! Я разослала отряды везде, куда только смогла…

И я замолчала, снова переживая нахлынувшие воспоминания. Сейчас