Дорога к твоему сердцу - Дина Сдобберг

открытой двери. — Амани, вынеси на улицу все эти горшки с землёй, нечего грязь и пыль по дому разводить. — Узнал я голос Баянат. — Но это не горшки, а рассада… — Делай, что тебе говорят, и не спорь! — в голосе старшей женщины послышалось раздражение. — Младший хозяин, специально их сюда принёс. В этих горшках готовится рассада цветов для подвесных клумб. — Объясняла Амани, одна из девушек, что работали по дому. — Ах, вот оно что. Младший хозяин. — Усмехнулась Баянат. — Хозяин в этом доме один, Амиран. А не его сын. И позволяется ему здесь многое только до тех пор, пока в доме не появится хозяйка. Так что особо-то перед Арланом не выслуживайся, если не хочешь оказаться на улице. Исполняй. — Кажется, Амани только что объяснила, что это рассада, которую сюда принёс Арлан. С чего ты решила, что ты можешь делать что-то во вред моему сыну, Баянат? — решил вмешаться я и зашёл в комнату. — Доброе утро, — обе женщины встали лицом ко мне и склонили голову. — Да баловство это всё, Амиран Аланович. И грязь в доме от этого… — начала говорить Баянат. — Не тебе это решать! — осадил я её. — Если Арлан решит посреди комнаты пару вёдер земли высыпать, значит ему так надо. И если надо будет потом убрать, ты пойдёшь и молча уберëшь. Потому что мой сын в этом доме именно хозяин. И расскажи мне Баянат, что за хозяйка должна появиться в моём доме и лишить моего сына прав? — Да никакая, Амиран Аланович, — каким-то странным, я бы сказал испуганным, голосом начала объясняться Баянат. — Вы молодой, успешный и влиятельный мужчина. Само собой, что и женитесь, невест достойных много. А какая женщина будет терпеть, что ребёнок другой женщины в её доме командует, хозяином ходит? Не бывает такого. А уж как свои детки родятся, так и вовсе может, уедет мальчик куда-нибудь учиться или ещё что. — Что за бред ты несёшь, Баянат? — не поверил я. — Знаешь, что я тут подумал. Ты, кажется какая-то дальняя родственница матери Арлана? И в мой дом пришла, чтобы помочь молодой жене, чтобы ей не так одиноко было в незнакомом доме. Так? — Да, так. Я вам хоть и дальняя, но родственница. Поэтому осталась и после смерти племянницы, чтобы помогать. — Приободрилась женщина. — Вот значит как. Только того, что сына травят не заметила. Сейчас какую-то дуру мне в жëны пророчишь, которой я якобы позволю выжить из моего же дома моего сына. — Перечислял я. — Я думаю, что тебе давно пора отдохнуть. Помогать тебе здесь больше некому. Своего места и положения ты не знаешь. Возвращайся домой. — А как же… Я столько лет… А кто же теперь будет следить за домом и за всеми? — вот теперь Баянат занервничала и запаниковала. — Амани и присмотрит. — Отмахнулся я. — Только с Миланой обговори моменты с завтраками-ужинами и расписанием Арлана. И вообще, со спорными моментами иди к ней. Я попрошу её взять на себя эти обязанности. — Конечно, Амиран Аланович. Я могу идти? — спросила Амани. — Да, иди. И тебе, Баянат, пора. Не заставляй меня тебе повторять. — И если с рассадой или другими поделками моего сына вдруг что-то случится, виноватой я буду считать тебя. Понятен намёк? — Я поняла. Амиран Аланович, Амиран… Я же уже в возрасте, куда я пойду? Я всё учту и подобного больше не повториться! — попыталась изменить моё решение она. — Я слишком часто слышу эту фразу от тебя. Тебе пора, Баянат. Надеюсь, что до завтрака ты успеешь покинуть дом. — Больше слушать уговоры я не стал. Сына я куда-нибудь отошлю! И жениться я должен. Нет, я конечно не Тайгир, которого боятся, с его репутацией бешенного и жестокого палача, и предложения поступали. Но я уже нахлебался всего этого в первом браке. Постоянные проблемы семьи жены, постоянные намёки и просьбы о деньгах, постоянные жалобы на какие-то обиды и ущемления, которые решать почему-то должен был я.

Сделав себе кофе, я вышел в сад, уже успевший обрести свои очертания. Работы предстояло ещё очень и очень много, но здесь уже было красиво.

Видимо слова Баянат наложились на мои мысли, растревоженные беседами с Шадаром и Багратом. И вдруг подумалось, что Баянат совсем не права. И я знаю женщину, которая никогда и ни в чëм не ущемит интересы Арлана. Скорее всего, она наоборот, всегда будет на стороне моего сына.

Милана. Её приняли и считают своей в семье, её обожает Арлан. И да, как сказал Шадар, рядом с ней я действительно оживаю. Люблю ли её я, я не знаю. Но тянет меня к ней с неожиданной силой. Во всех моих планах на будущее Милана рядом со мной. И я уверен, что она меня и Арлана не предаст.

Осталось только понять, что мешает ей принять меня, как своего мужчину. Про Арлана вопрос задавать глупо, там всё давно ясно. Даже за завтраком, наблюдая за Нимфой и сыном, я мысленно взвешивал все за и против. И уже вставая из-за стола, я точно был уверен в принятом решении. А наличие бывшего мужа… Я просто знал, что если я добьюсь от Миланы взаимности, то она останется верной. Это не исключало моей ревности, но я верил, что Милана мне оснований не даст.

Вот только саму Милану, её сопротивление и нежелание подпускать меня к себе ближе, мне было совсем не понять. И поговорить об этом, попросить помощи, чтобы разобраться, я мог только у Киры, но она сейчас была занята детьми, или у Оксаны.

Злюка щадить моё самолюбие не станет из принципа, и выскажет от души всю правду. Но это точно не пойдёт дальше неё, ну если не считать Тайгира. А от брата секретов у меня не было. Поэтому я отправился в больницу, к жене брата. — Какие люди! — удивилась Ксана, когда я зашёл к ней в кабинет. — Решил прочитать мне лекцию на тему как неправильно работать, будучи беременной? — Мне нужна помощь и кроме тебя обратиться не к кому. — Сел я на стул рядом с её столом. — Потратишь на меня своё время, пока я побуду твоим пациентом? — Амиран, ты в роли моего пациента, это просто подарок на Новый год. Вот, только подпиши. — Протянула она мне какую-то бумажку, достав её из ящика стола. — Что это? — спросил её я. — Согласие на хирургическое вмешательство. Извини, но без твоей собственноручной подписи, мне никто не поверит, когда я скажу, что ты сам пришёл и попросил, чтобы я сделала тебе лоботомию. — Покрутила она в руках