Взросление любви и "эликсир счастья" - Нинель Лав

— С Зиминым разберусь… Я там записать на компе пыталась кое-что, только не знаю, получилось или нет.

— Запись получилась, но про нее я тоже ничего не сказал, — осуждающе качнув головой, Олег вздохнул. — Вот как ты на меня плохо влияешь! Может, лучше эту запись, вообще, не показывать ментам или подчистить немного… стереть конец надо обязательно. Надо посмотреть запись еще раз и решить.

— Обязательно посмотрим. Когда меня уже выпишут?

— Сегодня после двенадцати.

Дверь палаты открылась и вошли родители Бэллы.

— Больше никакой живности в нашей квартире! — с порога заявила Людмила Арсеньевна, целуя дочь и посматривая на Протасова.

С одной стороны она его не любила — он был источником страданий дочери, а с другой стороны… дочь его любила, да и он ее похоже тоже — посерел, помрачнел, прямо трясся весь, когда она была в обмороке, а теперь ожил, глаз с дочки не сводит…

— Привет, дочь! Ты нас здорово напугала, — Виталий Андреевич подошел, поцеловал Бэллу, кивнул Олегу.

— Простите, так получилось…

— Нас с Милой твой следователь целый час в больнице допрашивал! Почему ты не сказала, что стала свидетельницей какого-то преступления?

— Зачем вам лишние волнения? — Бэлла посмотрела на пакет и потянула носом воздух. — Мамуль, лучше давай нам сюда свой пирожок! Мы с Олежкой умираем от голода!

Людмила Арсеньевна принялась потрошить пакет, выкладывая лотки на тумбочку.

— Как только Олег нам позвонил и сообщил, что ты пришла в себя, спать наша «малуля» уже не смогла и наготовила вам всего самого вкусненького — даже мне не разрешила пробовать, — просвещал «молодежь» Виталий Андреевич, глядя как она — «молодежь», с аппетитом уплетают домашние котлетки, закусывая их пирогом и запивая компотом. — Хочет сегодня праздничный ужин устроить — тебя же выпишут сегодня…

— Нам не до ужинов сегодня, — возразила Бэлла, — столько всего надо успеть!

— Ну, раз так и с тобой все хорошо, тогда мы поедем к моей сестре на юбилей, — обиделась Людмила Арсеньевна. — Поехали с нами, ты давно не была у своей крестной — и отдохнешь пару дней заодно на свежем воздухе.

— Не, не, — замотала головой Бэлла и вцепилась в руку Олега. — Ты мне еще кино должен! Мы сегодня в кино хотели сходить…

Бэлла посмотрела на Олега и увидела, как он изменился в лице — посерьезнел, поскучнел, напрягся. Встал, сжал руку Бэллы.

— Виталий Андреевич и Людмила Арсеньевна… я люблю вашу дочь и прошу вашего согласия на наш брак…

Родители опешили, да и Бэлла тоже… согласия на брак она пока не дала.

— Нашел время и место… — от растерянности слегка возмутилась Людмила Арсеньевна.

— Это не важно: где и когда — главное, они хотят поженится. Я не против! — сказал свое веское слово глава семейства.

— А я… не знаю! Надо подумать…

Олег ожил — не отказали и вроде бы «не против».

— Подумать можно до завтра… Завтра я веду Бэллу в ЗАГС, и мы распишемся.

Родители замерли.

— Как завтра? Почему?

— А свадьба? А платье, гости?

— Если Бэлла захочет свадьбу, обязательно сыграем! А по мне… распишемся, посидим в ресторане с близкими, а чужих людей собирать на свое торжество незачем — только позавидуют.

— А мне нравится его идея! — снова поддержал «зятя» Виталий Андреевич. — Расписались и в… и можно за детишек приниматься!

— Виталий! Какие детишки — Бэлле надо закончить институт.

— Одно другому не мешает — ты двоих родила во время учебы.

— У меня был ты!

— А у дочки — Олег! Он ей во всем поможет! Да и мы тоже! Выучим и вырастим — не сомневайся!

— Вы меня совсем расстроили… — Людмила Арсеньевна посмотрела на будущего зятя, покачала головой, потом на дочь. — А ты что скажешь?

Бэлла просто пожала плечами… она думала.

Думала о предложенном замужестве, о свадьбе, о белом платье, о лимузине, о гостях и банкете…

Ничего этого она не хотела! Это она знала точно.

Все, что она хотела на данный момент, это остаться с любимым мужчиной наедине, заняться уже, наконец-то, с ним любовью и наслаждаться близостью, сознавая, что принадлежит ему, а он принадлежит ей! Ей хочется, чтобы исполнилась ее девичья мечта, хочется близости с любимым мужчиной, даже не смотря на отсутствие штампа в паспорте! Но она не понимала куда он так торопится с этим замужеством… Не дает ей время подумать, осознать, побыть невестой, поволноваться, поготовиться, решить бытовые проблемы… Ничего не случится, если они распишутся не в этот понедельник, а в следующий или через месяц…

«— А-а, он же собрался на рыбалку! — догадалась Бэлла. — Вот и торопится расписаться. Зачем? Может, передумал ехать?! И повод будет — женился и в медовый месяц бросать жену не хочет. Надо спросить его об этом…»

В дверь постучали и в палату вошел следователь Зимин.

41

— Здравствуйте, всем, — входя в палату, поздоровался Зимин и, выделив Протасова среди всех, поинтересовался у него: — Как дела?

Родители Бэллы не собирались уходить, решив узнать подробности «дела»: Людмила Арсеньевна прочно уселась на стул у кровати дочери, Виталий Андреевич встал рядом, держась за спинку стула. Бэлла сидела на кровати одетая в шорты, майку и клетчатую рубашку, попивая компот и влюбленно поглядывая на Протасова.

— Сейчас все в порядке, — «доложил» Олег, садясь на кровать рядом с Бэллой и беря ее за руку.

От следователя их поведение не укрылось, и он сделал вывод: «наконец-то, признался».

— Хорошо вас приложили, Бэлла Витальевна, — ухмыльнулся Зимин, не собираясь начинать разговор о деле при посторонних. — И кто постарался? Логинов?

— Вы о чем, господин следователь? — вмешался Виталий Андреевич.

Зимин повернулся к родителям.

— Позвольте, граждане родители, поговорить со свидетельницей… вернее, с потерпевшей, наедине.

— Я Бэллу не оставлю, — насупился Протасов, крепче сжимая ее руку.

— Правильно, Олег! Позаботься о Бэллочке! — Виталий Андреевич поднял за плечи жену и посмотрел на дочь. — Нам остаться? Помочь тебе?

— Нет, пап, езжайте к крестной. Я себя хорошо чувствую.

— Я за ней присмотрю, не волнуйтесь.

— Вот то-то и волнительно…

— Мила! Они взрослые люди и собираются пожениться. Выпишешься и приезжай к тете Оле. С Олегом вместе приезжайте на пару дней. Обговорим все, а потом заявление подадите…

— Мы подумаем…

Бэлле очень не хотелось огорчать родителей — она всегда была послушной девочкой, но с другой стороны — у нее начались отношения, и им придется с этим считаться.

Родители вышли