Проклятая Черной Луной - Саша Урбан

началось и уже давно. В самом низу Яра нашла подробную карту острова, на которой кружками и пятнами были отмечены лагеря повстанцев, а также примерные даты, когда они всколыхнут народ и направят разгневанную толпу к столице. Стрелками были отмечены направления, по которым двигались группы, чтобы слиться в большой неостановимый поток на подступах к столице. И, судя по отметинам, повстанцы были уже недалеко.

Яра похолодела и воровато заозиралась. Пропажу такой карты Гекко заметит сразу. Бумага и пергамент слишком дороги, их исчезновение тоже быстро заметят. Яра напряженно нахмурилась, придумывая решение. Она должна была доставить эту карту императору. Но так, чтобы никто не заподозрил.

Немного подумав, девушка стянула с себя нижнюю рубашку, расстелила ее на полу. Взяла из очага уголек и, склонившись над полотном, как в молитве, принялась вырисовывать линии по ткани. И за этим занятием страх и сомнения отступили.

***

Ики проснулась поздно, и тут же разозлилась, что ее никто не разбудил. Но ее гнев испарился, как только она услышала громкие крики из соседней комнаты. Сперва Ики даже не поверила своим ушам: ее тихая, милая, добрая Шани ругалась. и с кем?!

— Я никуда не поеду, госпожа Мин! Даже если мне прикажет сам император!

— Шани Чен, не в твоем положении спорить со мной! Это ради твоего же блага. Подумай о ребенке! Подумай о своей семье!

— Ики тоже моя семья, и я ее не брошу.

— Ики — невеста. Почти жена. Ее место рядом с генералом-губернатором Джао. Также, как твое место — рядом с твоим мужем. Не упрямься. Собирай вещи. Бери только самое необходимое.

Наспех завязывая пояс халата, Ики выскочила из спальни. В гостиной первыми, кого она увидела, были солдаты. Несколько слуг испуганно замерли, склонившись над сундуком для вещей. И только Шани искрила и кипела от ярости напротив раздраженной и нетерпеливой Харуки Мин. На секунду все взгляды метнулись к растрепанной, полураздетой Ики.

«Плевать», — подумала девушка и грозно спросила:

— Куда вы ее забираете?

— Генерал-губернатор Джао отдал приказ эвакуировать всех, кто не может держать в руках меч. В первую очередь эвакуируются женщины и дети. В колонии беспорядки, разъяренная толпа движется к столице. Твоей сестре нужно быть в безопасном месте, пока сюда не нагрянули вооруженные ублюдки.

— Я никуда не поеду без Ики, — стояла на своем Шани.

— Я тут не останусь, — одновременно с ней выпалила Ики. Харука Мин раздраженно поджала губы, испепеляя взглядом упрямых сестер.

— Ты останешься, Ики Чен, потому что таков твой долг. Долг каждой женщины — поддерживать мужа, давать ему силы, напоминать, что они защищают.

— Ей всего пятнадцать! — беспомощно вскрикнула Шани. — Она может погибнуть здесь!

— Таков долг, — неумолимо твердила сваха. Она отошла в сторону и жестом подозвала Ики. Когда девушка оказалась рядом, Харука потянула ее за рукав, вынуждая наклониться, и в самое ухо прошипела. — Убеди свою сестру уехать, иначе ночные визиты молодого Кенджи Сао станут достоянием каждой пары ушей при дворе, уж я об этом позабочусь.

— Но…

— Ты считаешь себя самой умной, Ики? — вскинула бровь Харука. Девушка помотала головой, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Если Харука захочет, она испортит жизнь не только Ики и Кенджи, но и Шани, и Гэну. Позор ляжет на всю их семью.

Ики не сразу поняла, что Харука отбуксировала ее обратно в гостиную.

— У вас два часа на сборы, а у меня есть еще дела, — раздраженно проговорила она и покинула дом, оставив после себя только солдат и пару служанок.

Когда дверь за ней закрылась, Шани обхватила Ики за плечи и прижала к себе.

— Я никуда не поеду, слышишь? Я не брошу тебя здесь.

— Шани, — всхлипнула Ики. — Поезжай, прошу. Все будет хорошо.

— Не будет, Ики. Если с тобой что-нибудь случится, я убью себя!

— Значит, со мной ничего не случится, — вымученно улыбнулась девушка, отстраняясь, чтобы заглянуть в глаза сестре. — Шани, ты все время говорила, что я эгоистка и забочусь только о себе. Сейчас дай мне позаботиться и о тебе тоже.

— Я разорву помолвку, — заявила Шани.

Ики тут же снова обхватила ее за плечи и притянула ближе, чтобы прошептать:

— Доверься мне, я уеду следом за тобой, обещаю.

Шани выпрямилась, недоверчиво глядя в покрасневшие глаза сестры. Ики еще раз повторила:

— Все будет хорошо. Но ты должна уехать. Прошу.

Шани кивнула.

— Отнесите это в карету к господину и госпоже Кин.

***

— Тебя словно вообще не беспокоит, что творится, — фыркнула Мотоко, из окна налюдая, как слуги грузят на повозки сундуки и ящики. — Ты даже Джао ни слова не сказал. Рен, я не понимаю, что происходит в твоей голове. Это какая-то проверка или что?

— Нет, — император оторвался от чтения книги. — Даже если бы мы заранее начали эвакуацию, они бы закончили сборы только сейчас.

— Это жестоко!

— Пожалуй, ты права.

— Я не понимаю, на что ты рассчитываешь, — проговорила Мотоко еще раз, словно пытаясь достучаться до императора. Реншу смерил ее скучающим взглядом. — Почему нельзя просто уехать? Это какой-то план? Точно! У тебя есть план!

— Вроде того, — кивнул император. — Но тебе он не понравится, так что я бы посоветовал тебе собрать вещи и уехать вместе со всеми.

— Так кортеж был бы слишком заметен, его бы отследили и взяли в заложники, а теперь они смогут уехать… — бормотала женщина, то и дело покусывая свои бледные пальцы. Императору пришлось подняться с места и подойти вплотную, отвлекая Мотоко от этого занятия.

— Ты слишком сильно беспокоишься, Мо. У тебя еще есть время, чтобы уехать.

— Я должна знать, что ты придумал, — попросила она. — Пожалуйста. Иначе у меня сердце разорвется.

— Исключено. Во-первых, это тайна. Во-вторых, тебе понравится.

— А раньше у тебя от меня секретов не было, — улыбнулась она, наклоняя голову, словно на ее белой шее были выгравированы эпизоды прошлого. Реншу только усмехнулся и отстранился.

— Мо, тебе не стоит так сильно беспокоиться. Я уверен, что