Последняя из рода сирен - Мария МакГальма

Это лакомство нам подали на картонных подложках, и мы смогли неспешно продолжить прогулку.

— Где ты их пробовал? — спросила я, набивая рот.

— Их делали на моей родине. А вот, ты только посмотри, какой магазинчик с женскими шмотками!

Гард потащил меня туда, но хозяйка отказалась нас впускать внутрь, пока мы не доедим сладости. Мой провожатый начал было спорить, но быстро умолк, наблюдая как я запихиваюсь вафлями.

— Такая худенькая с виду, а аппетит как у дьявольского осьминога! — это был единственный комментарий, который мужчина позволил себе опустить в мой адрес.

Хозяйка довольно модного магазинчика пустила нас с явно неохотой, но когда Гард, насвистывая озорную мелодию, стал подбрасывать в руке кошелек Асфара, то быстро подобрела, алчно поблескивая глазами.

Я решила во чтобы то ни стало опустошить кошелек Асфара и с особым рвением стала набирать шмотки. Гард, заметя мой воинственный настрой, подбодрил меня на весь магазин. — Киса, выбирай все, на что упадет глаз! Госпожа Мильена, отнесите эти покупки на корабль Разящая Мэри, причал номер шесть. Мы скоро отправляемся, не задерживайтесь с доставкой!

Гард считал имя хозяйки с ее бейджика, и она охотно рванула за мной вместе с продавщицами, показывая симпатичные платья.

Сначала меня переодели в ярко-желтое летнее платье с длинными разрезами по бокам. Отражение в зеркале мне настолько понравилось, что после я ничего не захотела даже примерять.

Когда мне наскучило капризно тыкать пальцев во все подряд, я попросилась в уборную. Гард уселся в кресло, закинув ногу на ногу, блаженно попивая кофе, приготовленное самой госпожой Мильеной.

Закрыв за собой дверь на щеколду, я вдруг уставилась на открытую форточку окна в конце комнаты. Мысли о побеге появились сами по себе. А что, меня сейчас никто не кинется искать… Вдруг Гард наплел мне с три короба о том, что пленники в трюме — убийцы? Может я займу соседнюю койку если зайду на Мэри вновь…

Справив нужду, я рванула к окну, убирая жалюзи в сторону. Форточка довольно большая, точно пролезу! Окно выходило на безлюдный переулок. О том, что буду делать после, я решила не думать…

Я подтянулась на подоконнике и осторожно высунула лицо на улицу. Никого вроде нет… Дальше шло самое трудное. Пока я вылезала на улицу, то чувствовала себя червяком, застрявшем в проходе яблока. С тихим визгом упала на землю и тут же подскочила, отряхиваясь от пыли.

Где же голос, когда он так нужен?

Я углубилась на три переулка от магазина одежды, когда вдруг среди снующих людей увидела странных мужчин в черных одеждах. Один из них ткнул в меня пальцем с возгласом. — Это она!

— Точно? Ты уверен? — переспросил его напарник, пока я пятилась назад.

— Она ругалась с Асфаром! Это точно его баба!

— Лови!

Я рванула по переулку в сторону и стала петлять между улочек, проклиная себя за то, что решилась на такую дурацкую затею. Свернув в очередной раз, я уперлась в тупик и оглянулась на преследователей, дыша как затравленный заяц.

— Я тоже ее запомнил. Платьице сменила, но это она! Такие фиолетовые глазищи ни у кого не видел… — сказал бородатый преследователь.

— Я тут подслушала ненароком ваш разговор и хочу заверить вас — я не женщина Асфара! — мне пришлось прижаться спиной к стене, понимая, что видимых следов к отступлению нет. Пятеро мужчин обступали меня полукругом и в их глазах читалось явное наслаждение от охоты.

— Мы тебя не тронем, цыпа. Просто прогуляешься с нами…

— Да, Асфар подпишет нужные нам документы, и мы вас отпустим…

— Такая кожа белая… Ты видел у кого-нибудь такую белую кожу?

— Красивая…

— Велели не трогать.

— Никто не узнает.

Разговор заходил в то русло, от которого меня начало потряхивать.

— Я же сказала вам, я просто заплатила за проезд!

Мужчины заулыбались.

— Я был на пристани… Только жена может так отчитывать мужа. Я слышал, Асфар по жизни одиночка, а тут такое слабое место показал. Хозяин будет рад…

— Как он мог такую штучку одну отпустить? Вот идиот…

Один из них подошел слишком близко, и я рванула в сторону, в надежде прорваться и угодила прямо в объятия к другому. Я попыталась вырваться, но мужчина крепко держал за плечо, и ткань желтого платья с треском порвалась под восторженные крики мужчин. Сжала кулак и бросила его в лицо того, кто порвал мне платье, но негодяй смог увернуться.

В переулке с грохотом раздался голос того, кого я совсем не ожидала увидеть.

Глава 31

— Она не одна. Не советую к ней прикасаться. — Гард твердым уверенным шагом шел к нам. Его сдвинутые брови показывали, как он рассержен, но я была так рада его видеть, что захотелось кинуться к нему с объятиями.

— Ты кто такой? — возмущенные возгласы налетели на Гарда, но его удар в лицо кричащего, что был к нему ближе всех, быстро заткнул всем рты.

— Лапы свои убрал от нее. — прорычал Гард, и мужчина, что держал меня за плечи, замешкался. Гард не дал и секунды тому на раздумья, он впечатал свой пудовый кулак в нос мужчины и тот, взвизгнув, тут же разжал хватку, отпуская меня на волю. — А от моего кулака уже не увернулся.

Гард сердито уставился на меня и приподнял двумя пальцами кусок порвавшейся ткани на плече. Платье не сваливалось с груди только потому, что другое плечо пока что было целым.

— Как прогулялась? — буднично спросил меня Гард, и я виновато уткнулась в его грудь. Он тяжело вздохнул, явно прощая мой побег, приобнял одной рукой.

Зачинщики опасливо обступили нас кругом, а Гард вскинул голову, лениво скользя взглядом по озлобленной шайке.

— Я могу сейчас переломать вам все кости, если не скажите, какого хрена творите.

Его спокойный, чуть ленивый голос звучал так уверенно, что мужчины разом подобрались, переглядываясь между собой.

— Наш хозяин, Люнь Цзинь, приглашает вас к себе в качестве гостей. — наконец выговорил один из мужчин, оценив шансы на успех в бою.

— Говори, как есть и не мямли, слизняк. Асфар уже у Люнь Цзиня, зачем конкретно нам идти туда? — хмыкнул Гард, угрожающе сжав кулак.

После пары секунд паузы, наемник все выдавил из себя. — Вы залог успешных переговоров. Если через пятнадцать минут мы не приведем вас, Разящую Мэри спалят вместе с оставшейся на борту командой до маленьких черных угольков.

Мое сердце заледенело. Переговоры Асфара идут не