Ложь и прощение - Анна Кир

— Я верно пойду, — пробасил вилей, ощутив неловкую атмосферу. — Утренние дела не будут ждать. — Я закивала, благодарная ему за понимание, хотя и ясно осознавала, что никаких дел у старика нет. Кто даст работу старцу, который только приехал в страну?

— Конечно, вилей. Конечно. Вам положить печенье? — спросила, скосив глаза на поднос, еще не успевший остыть.

Мужчина коротко усмехнулся и сощурился.

— Положи, будь добра. Пахнет восхитительно, прямо как у твоей матушки. Фрейя всегда была мастерицей в поварском деле. Замечательная женщина! Мало того, что лекарь талантливый, так еще и готовит изумительно! Надеюсь, доведется её увидеть.

Я бы и рада ему ответить положительно, да вот только сама не знаю, на сколько затянется её поездка. Хорошо хоть отвар при ней, от хвори обезопасит. С матушкой мы почти не общались с её отъезда. Удалось лишь единожды связаться по зеркалу. Благодаря этому я знала, что с ней все в порядке.

Мы прошли к выходу, вилей принял из моих рук сверток с ароматным хрустящим печеньем. Старалась ведь, по матушкиному рецепту пекла.

Мужчина протянул ладонь, толкнул дверь и куль с выпечкой выпал из его руки.

— Джо! — вскрикнула я, отшатываясь. Парень стоял в проеме, его едва держали ноги. Он выглядел еще хуже, чем этим утром — разбитая губа кровоточила, на щеке виднелась свежая ссадина, штаны были местами порваны, а плащ испачкан. — Что произошло? — прошептала, подставляя свое плечо. Он облокотился, перенеся на меня часть своего веса.

Вилей Кроу недолго пребывал в шоке, перехватил пострадавшего, бросив мне краткое:

— Неси лекарства, я помогу. — Хотела было возразить, сославшись на его достопочтенный возраст, однако мужчина как прочел мои мысли. — Я не настолько стар. Справлюсь. Поторопись.

И я торопилась, как могла. Сновала по дому, наскоро вспоминая, где нужные травы. К сожалению, в отличие от лавки, готовых настоев здесь почти не имелось. Пришлось смешивать ингредиенты впопыхах, попутно поглядывая за спину, туда, где на софе расположились Джо и вилей.

Травы выпадали из трясущихся пальцев, а память подводила. Но я справилась и спустя десять минут отпаивала парня из пузатой кружки. Он сделал последний глоток, выдохнул и закашлялся.

— Кто это? — спросил он, с подозрением глянув на мужчину.

— Друг отца, — без промедления ответила я. — Ты его не помнишь?

Враждебность поубавилась, но не исчезла с его лица полностью. Джо не спешил доверять первому встречному.

— Не помню. Никогда его не встречал.

— Неважно! — в сердцах бросила я. — Что случилось? Почему ты… почему в таком состоянии? — Будто бы мало было вчерашней беды. Не успели пережить произошедшее, как новые неприятности пожаловали.

Джо вновь покосился на вилея, прищурился, видно что-то обдумывая и заговорил:

— Охотник, — выдавил он. — Мне нужно убираться из города. Из страны. Кажется, Ниволе принял меня за того, кто убил Дженни.

Я не знала Ниволе лично, но видела раз. Строгий образ четко отложился в воспоминаниях. Он произвел впечатление человека военного с четкими взглядами. Такого не переубедишь и не разжалобишь. У нас не получится заверить его в ошибочности суждения, раз уж пришел к тому, что преступником является никто иной как Джо.

— Но как же… Почему?

— Неважно почему.

— Позвольте вмешаться, — прервал нас вилей. Мы синхронно обернулись к нему. Мужчина кашлянул в бороду, осмотрел нас внимательными ясными глазами и кивнул сам себе. — Вы ведь сотворенный, верно? — Парень подобрался, сжал кулаки. Я же переводила взгляд с одного на другого. — Не нужно так яростно смотреть! Я не желаю зла ни вам, ни юной вилее. Напротив, как старый друг её батюшки, хочу, чтобы вы избежали проблем.

— Но откуда вам известно? — ахнула я.

— Я долго живу на свете, София. И многое повидал. Во мне чрезвычайно мало магии, почти как в тебе.

— Вы тоже пробужденный? — еще больше поразилась, вцепившись пальцами в края домашней юбки. Старик согласно кивнул.

— Не всем дано сотворить жизнь, но я вполне преуспел в том, что касается предметов. — Тут уже я раскрыла рот, а Джо подозрительно сощурился. — Мои силы давно иссякли, но я все еще могу разглядеть недоступное обычным людям. И могу направить магию, повернуть её вспять.

— Вы умеете рассеивать заклинания? — с сомнением протянул парень.

Старик печально улыбнулся и неопределенно махнул рукой.

— Куда мне. Но я знаю то, что вам поможет. У вас ведь мало времени, верно? Орден не станет медлить, вскоре охотник найдет вас. И к тому моменту ты, друг Софии, уже не будешь нечистью. Разгадка всегда была так близка. — Глаза его смотрели не на нас в данный миг, а куда-то вдаль, точно старик находился где-то далеко, не в этой комнате.

Я впала в ступор. Разве такое возможно? Обратить саму суть? Нечисть не может стать человеком, как и человек нечистью. Кроме разве что…

— Падшие! — выдохнула, перебирая в голове факты. — Падшие когда-то были людьми, обычными магами. По сути они и оставались таковыми, но меняли источник силы с внутреннего природного на тот, что за Гранью. Если возможно такое обращение, значит, возможно и обратное. Но никто никогда этого не делал!

— Бредни, — прошипел Джо, мотнув головой.

Старик обтер ладони о пиджак, нырнул рукой внутрь подкладки плаща и извлек маленькую, но увесистую записную книгу. Переплет её был из кожи, а страницы по цвету казались такими древними, словно они видали и моих бабку, и прабабку и еще много пра-пра-пра.

— Есть путь. София, ты знаешь, как возникают пожиратели? — я кивнула. — Очень хорошо. Они происходят из твоих желаний, но суть… суть тянется к душе. Не спроста же вас зовут Пожирателями душ, — неуместно весело хохотнул старик, глянув на Джо. Тот уж было насупился и собрался возразить, но вилей продолжил: — Все дело в душе. Я нашел ритуал, способный разделить душу создателя на него самого и его творение поровну. Тогда изменится сама суть и творение обретет свободу. Не будет более необходимости забирать чужую жизненную силу, она обретет равновесие, ведь появится собственная душа. Изначально у создания лишь малая частица души творца, но… мы это изменим.

— Это все хорошо в теории, — дерзко отозвался Джо. — Но неужели вы думаете, что никто не пытался? Если бы мне хватило половины души, я бы уже давно… — начал и остановился. Зыркнул на меня