Предварительно обречен - Тьяна Левич

— Наличные? — насмешливо говорю я, принимая правила пока непонятной мне игры. — Не умеешь переводить на карты?

— Хочу закончить прямо сейчас. Спасибо за работу, Лиза. Ты свободна.

От его слов с гнилостным пушком презрения неприятно саднит самолюбие.

— Я не повезу с собой вот это, — я поддеваю пальцем ближайшую пачку. — Они даже в сумку ко мне не влезут.

— Дам тебе пакет и вызову такси. Или, если хочешь, тебя довезет Роман.

В ответ на его предложение я усаживаюсь на стол, уложив колено прямо на бумаги, и одобрительно говорю:

— Щедро. Все для меня. Но все же любопытно, что произошло. Ночь не задалась?

Он поджимает губы, колеблется, но потом, будто решив что-то для себя, произносит:

— Нет, мне понравилось, как я тебя трахнул. Навеяло приятные воспоминания.

Хлесть. Снова уничижительный удар. Каждая его фраза намеренно бьет пощечиной. Я хватаюсь за эту мысль — намеренно… Он хочет причинить мне боль.

— Хм, тогда вино оказалось недостаточно хорошо? — продолжаю допытываться я, внимательно наблюдая за лицом, но оно не дает подсказок.

Артем подчеркнуто вежливо отвечает:

— Вино хорошее, в отличие от тебя. Ты сама оказалась недостаточно хороша.

Снова обидные слова, и снова я чувствую, что они выбраны не просто так. Артем сморит прямо, немного сощурив глаза, будто пытаясь прикрыться, но за прищуром только тусклая темнота.

— И это ты понял после того, как мы навеяли приятные воспоминания, или до?

Уголок его рта едва заметно дергается.

— К сожалению, после.

Значит, никакой пощады.

«Ладно, у меня тоже крепкая ладонь, и я хорошо знаю, куда могу тебя ударить».

Копируя его подчеркнутую отстраненность, я говорю:

— Жаль, что не оправдала твоих ожиданий. А я ведь предупреждала, что рискованно иметь со мной дело. Отговаривала. Но ты уперся, и даже не ради дела, а, как оказалось, ради удовольствия другого человека, — я усмехаюсь и берусь укладывать пачки в стопку. — Ты вот недавно сказал, что не хочешь, чтобы я тебя разочаровала второй раз. Не знаю, получилось ли у меня, возможно, и нет, но тогда мы квиты. Потому что ты, Артем, в моих глазах рухнул ниже некуда. И, знаешь, это было… неожиданно. Неожиданно приятно, ведь ты почти убедил меня, что мне до тебя такого крутого, умного, напористого очень далеко. А теперь я даже рада. Мне хватило ума понять, где я ошиблась, чтобы не повторять этого снова. А твой хваленый интеллект подкачал. Очень уж хотелось реванша. Но вот ты его получил и одновременно продул во всем. И теперь сидишь в этом бесполезном мусоре и выстраиваешь цели, которые никто тебе не позволит реализовать.

Сложив низкую башенку, я заканчиваю:

— Красота какая. Ладно, я передумала и согласна на предложение. Предоставь мне пакет и Романа. Умницам вроде меня больше не интересно иметь с тобой дел.

— Я тоже передумал, — цедит Артем, и сквозь его толстенную защиту подтекает злость. — Ты наговорила очень много увлекательных и непонятных слов. Хотелось бы объяснений, прежде чем получишь напоследок милостыню.

— Сто тысяч, — нагло заявляю я, игнорируя издевку и глядя ему в глаза. — Консультирую дорого.

— Запредельно дорого, — скалится Артем. — Но допустим, я согласен заплатить сто тысяч, чтобы послушать излияния «униженных и оскорбленных». И да, во второй раз ты меня разочаровала. И тоже неожиданно.

— Деньги вперед, — пожимаю я плечами. — Они того стоят, поверь.

Хмыкнув, Артем достает пачку денег и, отсчитав нужную сумму, кидает на стол. Вокруг башенки возникает красное озеро.

— Я слушаю. Почему ты думаешь, что я продул?

— Очень просто. На самом деле тебе не нужен был До Шэнли, чтобы заключить контракт с заводом и получить технологии. Не такая уж большая проблема выйти на «Соён» и заключить с ними контракт. Может, изначально ты бы не добился таких условий, которые тебе пробил директор До, но лиха беда начало. Однако ты не поверил в себя, а решил, что именно он залог успеха. И что мы видим? Не столь важен оказался проект, сколько участие в нем директора До. Ты получил его, потому что он быстро смекнул, что ты по уши сидишь в прошлом. Да и как не согласиться, ведь он и сам из него не вылез. Ну а для полного успеха ему в проекте понадобилась я. Но не потому, что он хочет загладить вину. Наивно так думать, Артем, он же китаец. Что ему до сожалений. Он извинится тысячу раз, если ему будет выгодно. А выгодно ему было, но не потому, что он жаждал реванша или денег. Ему просто позарез была нужна я, слишком сильно западшая в душу своим неповиновением, и твое падение.

— Мое падение… — прохладно повторяет Артем. — И что это должно значить?

— До Шэнли тебя кинул! Вот что это значит. Компания, с которой ты заключил договор, фикция. Это подставная фирма, Артем. Слышишь? Подставная. На том месте, что они указывают в документах, торговая компания, которая занимается чаем. Их сайт муляж. Да, они существуют как юридическое лицо. И скорей всего ведут какую-то деятельность. Но я сомневаюсь, что они дадут тебе патенты и разработки, на которые ты рассчитываешь. Ты не получишь более того, что имеешь, а с этими данными не наладить полное производство. И по договору ты завязан с ними как минимум на год, если, конечно, не придумаешь форс-мажорные обстоятельства, которые удовлетворят китайский суд. Но ты и сам знаешь, что это заведомый проигрыш. Поэтому они просто будут тянуть время, пока не выдоят тебя насухо, и не дадут заработать столько, чтобы ты покрыл кредиты. Вот и вся схема.

— Очень интересная схема. Фантастически интересная. И я даже знаю, зачем я ее услышал. Тебе забавно выбить меня из колеи, поэтому ты пытаешься доказать, что меня развели. Но ты перегибаешь палку. Твоя консультация дерьмо и бред. И она не стоит ста тысяч. Тебе ясно?

Мне ясно, конечно. Артем не тот человек, который верит словам без твердых доказательств. После того, сколько он вложил в проект времени, ума и денег, к подобной «правде» он бесчувственен. Я перевожу дух. У меня ведь есть возможность добавить сказанному весу. Я кошусь на сумку, в которой лежит телефон. Это тоже его не убедит, но он обязательно задумается. Однако точно ли я этого хочу?

— Что молчишь? В этот раз все не так гладко, как в прошлый? — язвительно спрашивает Артем.

Я