Двойной латте в дождливый день - Софи Анри

– И что ты предлагаешь? – спросил я.

Отец смерил меня серьезным взглядом:

– Я бизнесмен, и мечты для меня – пустой звук. Мне нужна стратегия. Результаты. Я предлагаю пари. Ты ведь уже написал книгу? – Он впервые произнес это слово без пренебрежения к выбору моей профессии.

– Да.

– Отлично. Даю тебе время до конца учебного года, – сказал он. – Отправляй рукопись в издательства, с которыми хотел бы сотрудничать. Делай все от тебя зависящее, чтобы ее приняли на рассмотрение. Если у тебя получится, я больше ни слова не скажу от твоем выборе и буду всячески поддерживать. Но если ничего не выйдет, ты вернешься в Нью-Йорк и начнешь изучать юриспруденцию, чтобы потом работать в моей фирме. – Отец тяжело выдохнул.

Я пребывал в легком шоке от того, что он готов был дать мне шанс, а еще меня начал одолевать страх. Все это время я писал для себя и получал от этого удовольствие, но никогда не пробовал отправить рукопись в издательство или хотя бы выложить книгу на суд читателей. Я постоянно откладывал этот шаг из-за страха неудачи. Но отец был прав. Пора начинать действовать, чтобы доказать и себе, и другим, что я чего-то стою.

– Ты согласен на эти условия? – спросил папа, протянув руку.

Я тяжело сглотнул и пожал его ладонь:

– Согласен.

Следующим утром я вместе с Мэл отправился в Арден-Сити с твердым намерением сделать все возможное, чтобы отец мной гордился.

* * *

Как только я переступил порог общежития, мои ноги сами собой понесли меня к комнате Айви. В груди все полыхало адским пламенем от желания увидеть мою Кнопку, узнать, что у нее такого стряслось, что она за целую неделю ни разу не вышла на связь, а потом поцеловать так сладко и страстно, чтобы у нее больше в мыслях не возникло пропадать без объяснений.

Секунды ожидания у заветной комнаты длились бесконечно. Я уже потерял надежду, что мне кто-то откроет, когда услышал характерный скрип двери.

На пороге показалась Айви. В своих забавных тапках в виде зайцев, коротких шортах и толстовке с очками и шрамом Гарри Поттера, она выглядела такой красивой. Родной.

– Кнопка, – прошептал я, расплывшись в улыбке и уже позабыв, что хотел сначала выяснить отношения. Я собрался обнять ее, но Айви резко отпрянула от меня, и это быстро вернуло меня с небес на землю. Она смотрела на меня с открытым презрением и разочарованием. – Айви. – Мой голос предательски дрогнул. – Прости, что пропал на целую неделю. Мой отец заболел, и мне срочно пришлось лететь в Нью-Йорк. В аэропорту я потерял телефон, а твой номер, к сожалению, не помнил, да и в соцсетях ты пропала… – С каждым сказанным словом я терял всякую уверенность, потому что Айви молчала и даже не менялась в лице, словно застывшая статуя. – Я просил Зака оставить тебе записку с моим новым номером… – Последние слова я пролепетал чуть ли не шепотом.

– Как здоровье твоего отца? – тихо спросила Айви, и в моей груди загорелся крохотный огонек надежды, что сейчас мы все обсудим. Что все будет хорошо. Нет причины паниковать.

– Гораздо лучше, его выписали из больницы, но назначили постельный режим на неделю, – с воодушевлением произнес я. – Айви, я… Мне правда жаль, что все так вышло. Почему ты не позвонила?

– Не хотела. – Она произнесла это так просто, что я потерял дар речи.

– Ты ушла с матча… – после нескольких секунд неловкого молчания начал я.

– Мне стало скучно, вот и ушла. – Ее слова огрели меня словно пощечиной. Айви стояла, скрестив руки на груди, и говорила таким тоном, словно я не ее парень, а надоедливый ребенок, которому до ужаса захотелось поиграть с красивой взрослой девчонкой.

– Айви, что происходит?

– Уходи.

– Что?

Она схватилась за дверную ручку.

– Я сказала, уходи. Между нами все кончено. – Она уже хотела захлопнуть дверь перед моим носом, но я помешал ей, ухватившись за дверную ручку.

– Айви, какого черта? Что случилось?

– Разве непонятно? – прошипела она, и в ее глазах блеснули слезы. – Я не хочу с тобой встречаться. Ты мне противен! Уходи и больше не смей ко мне приближаться!

Айви со всей силы дернула дверь, а я был так ошарашен, что ослабил хватку. Дверь громко захлопнулась, оставив меня одного в звенящей тишине.

Несколько секунд я переваривал услышанное, а потом снова постучал:

– Айви, нам надо поговорить! Я ничего не понимаю. Объясни, что произошло? Что я, черт возьми, сделал не так?

Но все было тщетно. Айви даже не думала открывать. Тогда я дернул за ручку и понял, что эта маленькая фурия закрылась изнутри. На смену растерянности пришел гнев, и я начал барабанить кулаком по двери с такой силой, что у меня разболелась рука.

Спустя несколько минут моих безостановочных стуков из комнаты вышла Тина с расстроенным видом:

– Привет, Рэйден.

– Привет. Пожалуйста, позови Айви.

Тина устало прислонилась к дверному косяку.

– Она не хочет говорить с тобой. И не слышит твоего стука, потому что надела наушники и врубила музыку на всю громкость. Из-за этого я не могу сосредоточиться, а мне нужно готовиться к контрольной по истории искусства. – Тина посмотрела на меня с неприкрытой мольбой, отчего мне стало немного стыдно.

– Почему она не хочет меня видеть? – опечаленно спросил я.

Она поджала губы:

– А ты подумай хорошенько, Рэйден. – На ее миловидном лице появилась гримаса недовольства: – Я была о тебе лучшего мнения, если честно.

Она тихо и аккуратно закрыла передо мной деверь, а я так и остался стоять с открытым ртом.

И, кажется, разбитым сердцем.

Глава 16. Айви

В мелодрамах и современных любовных романах, когда героиня ловит своего парня-говнюка на измене, обычно следуют выяснения отношений. Героиня разоблачает негодяя, бьет его по лицу и красиво уходит с гордо поднятой головой. Потом он обязательно приползет к ней на коленях, но она уже будет счастлива с новым классным парнем, который влюблен в нее по уши и носит на руках. Такой вот хеппи-энд.

Я же, когда поняла, что очаровательный плейбой-бариста оказался обычным бабником, просто сбежала, поджав хвост, а потом целый вечер лила слезы, объедаясь клубничным мороженым под «Дневник памяти». Утром у меня в голове созрела идиотская мысль поговорить с Рэйденом. Этот кретин даже не позвонил мне,