50 оттенков рассвета - Аля Драгам

— Давно знаешь?

— Думаю, с самого начала, когда ты подцепил её в клубе. Права?

— Допустим. Почему молчала?

— Наблюдение, друг мой, сбор информации… Всё то, чему учил Лихацкий. А ты знаешь, я была прилежной ученицей.

— Знаю, — киваю. В своё время из команды отца Дейва Юлия была лучшей. — Чего хочешь?

— Ты знаешь. Деньги меня не интересуют. Ты получишь девчонку, я получу своё.

— Есть что-то, что я должен знать?

— Он догадывается. Пока на уровне интуиции, но скоро начнет задаватьправильныевопросы. Увози девочку, Артур. Хаузов не просто долг и фирму хочет, он хочет Евусебе.

Подбрасываю ключи от машины, раздумывая, насколько могу доверять словам Бо́лотовой. Мы пересекались в прошлом, но время меняет и ломает людей. А Юля давно работает на Тиграна…

Прокручиваю еще раз весь разговор, сидя в машине. Включаю телефон, который отключил, заходя в подъезд. Слышал звонки, но мне необходимо было сосредоточиться, чтобы уловить любые изменения в мимике или жестах. Юля профессионал, но в первую очередь, она женщина.

Ева: «Я проснулась. Освободишься, позвони сам».

Ева: «Любовь — восхитительный цветок, но требуется отвага, чтобы подойти и сорвать его на краю пропасти».

Задумываюсь и, прежде чем тронуться с места, отстукиваю ответ.

Арт: «Вместо того, чтобы сетовать, что роза имеет шипы, я радуюсь тому, что среди шипов растет роза».

Арт: «Какой из цветов ты считаешь необычным?»

Ответ прилетает сразу, и я удивленно приподнимаю брови.

Ева: «Лаванда. Мне кажется, она растёт там, где хочет. А не там, где заставят».

Умение читать между строк — не магия. Всего лишь дополнительная опция влюбленного человека. И да. Я влюблён.

44.

Артур.

Скажи мне, где любви начало?

Ум, сердце ль жизнь ей даровало?

И чем питаться ей пристало?

(У. Шекспир)

***

— Скажите: где любви начало?

— Вопрос коварный!

Сколько раз, едва ты чей-то взор встречала.

В нем пламень вспыхивал тотчас.

— А где конец любви?

— Не скрою: всем сердцем знаю наперед —

пока я жив, она со мною.

Когда умру – она умрет.

(Дж. Байрон)

Две недели. Сегодня ровно две недели, как Ева живёт у меня дома. Когда-то я слышал от Сашки или Ксюхи, что дом так, где нас ждут. Тогда я понял их слова по-своему: девчонки с печальным прошлым, которые искали тепло. Но сейчас у фразы появился другой смысл.

Каждый вечер я спешу домой. Спешу. Лечу. Ищу любые возможности свернуть дела и поехать туда, где находится Ева…

… Первые дни было мучительно тяжело. Я испытывал волнение и страх оставлять её одну. Брал по сто обещаний, что она постоянно будет с телефоном, постоянно на связи и при малейшем недомогании наберёт меня или любой из номеров моих друзей. Она звонко смеялась и прижимала руку к сердцу: обещала. И все равно я изводил себя, покидая дом. Как параноик просматривал камеры, страшась увидеть обморок и не успеть. Миллион раз осекался и думал, что, может, не надо срываться и выдергивать Еву так спешно. Но увидел на парковке отцовской клиники две машины Хаузова и решение пришло само. Колоть необходимые препараты я умею, с этим сложностей не возникло. Протокол лечения я заранее скинул себе «чтобы был». Вот и пригодился…

— Что ты делаешь?

Наблюдаю за хрупкой фигуркой, склонившейся над миской и что-то в ней рассматривающей.

— Тут… я ищу красные точки.

— Точки? В яйцах?

Склоняю голову набок и с интересом готовлюсь слушать.

— Ага. Ты купил коричневые яички, а надо белые. В белых редко эти точки. Я читала, что их проще проверить. А с коричневой скорлупкой не просветить качественно, и в них попадаются. Вот, — радостно тянет мне что-то на чайной ложке.

— Эээ… это?

— Ну точка. Я не знаю, что это точно, но мне напоминает кровь, и я вытаскиваю. Понимаешь?

Не особо, но нахожу забавным. Надо же, точки в яйцах. В прошлый раз она что-то искала в муке. Я так и не понял, но по просьбе Евы купил какой-то набор сит. Ситечек. Чёрт, набор штуковин, через которые она сейчас собирается трясти ту самую муку.

— И что это будет? Омлет?

Открытие номер раз: Ева готовит. Девчонка, всю жизнь окруженная гувернантками, няньками, помощницами и… готовит. Не просто яичница и макароны, а первое, второе и даже компот. И каждый вечер сладкая выпечка. Удивился, помню, когда она отставила все контейнеры из рестика Давида и попросила «в следующий раз» привезти продукты. Удивительная девочка.

— Это будет бисквитный рулет с джемом, если получится. Я ещё такое не делала.

— Обязательно получится. — Я в ней и не сомневаюсь.

Открытие номер два: Ева идеально подходит мне во всём. Любой пункт, какой бы я сейчас не назвал, у нас совпадёт на сто процентов. Взять банальные фильмы, которые мы смотрим после ужина — выбираю я или она — мы угадываем настроение друг друга. Книги… да, я предпочитаю более серьёзную литературу, но в евином возрасте наши вкусы совпадали. Музыка? Помнится, первый шок был услышать трек Арии вместо стандартной мелодии смартфона. И, чёрт побери, у нас даже композиция совпала! А она не из популярных.

Вкусы, цвета… мы однозначно на одной волне. И вот тут меня ждало открытие номер три. Вопреки сомнениям — не подстраивается ли девчонка под меня — я быстро понял: Ева абсолютно не умеет лицемерить. Наш мир полон лжи и масок, которые мы вынуждены носить и являть окружающим. Так вот у Евы этих масок просто… нет. Она такая, какая есть: добрая, открытая, искренняя. И это… напрягает… Понимать, что влип — одно, но ощущать физически, что без неё край, совсем другое. А я ощущаю. С каждым днём отчётливее понимаю: не отпущу. Даже если уйти захочет, не смогу. И это, на самом деле, хреново. Нельзятакпривязываться к человеку, отдавая душу в безраздельное пользование. Ах да, четвёртое открытие касается меня — у меня есть душа.

— Малыш, ты пока занимайся, я поработаю, — чмокаю девочку в макушку и направляюсь в импровизированную гостиную, поправляя дискомфорт в штанах.

Сегодня первый выходной и мы проводим его… вместе… Этовместене даёт мне покоя все десять дней.

В клинике тормозило состояние и слабость девчонки. Первые пару дней здесь тоже мог обуздать фантазию. Но…

Твою мать. Десять дней я живу с любимой девушкой, но всё, что могу себе позволить, это невинные поцелую. Нервы натянуты,