Волшебница по привычке - Валентина Алексеевна Савенко

Сумеречник!

Едва не свалившись с подоконника, я стиснула перо. Старательно начала дополнять картинку деталями. Макс выглядела злой, встрепанной, кажется, ее удерживали какие-то чары.

Прикрыв глаза, я сипло выдохнула. Стихии, как же мне хочется, чтобы это было не предвидением, а простой обидой на ведьмочку! Но на наброске была не игра моего воображения.

Спрыгнув с подоконника, я отправилась «радовать» Дамиана. Чувствовала себя последней вороной, которая каркает только перед бедой.

В кабинете его не оказалось, и я постучала в дверь комнаты. Едва она распахнулась, поторопилась сообщить:

– Надо предупредить Хедвика и Макс, потому что вот!

И подняла перед собой альбом. А потом сдвинула чуть в сторону, чтобы видеть собеседника. Зря это сделала.

Дамиан был в одних брюках. В том самом виде, что вызывал у меня зверское желание его нарисовать. Нахмурившись, он изучил набросок.

– Гм… Значит, защита на ее съемном доме усилена не зря. И гроздь амулетов на нее Хедвик по моей просьбе прицепил тоже не зря.

Предусмотрительно. За Макс можно не бояться. Я хоть на нее и злюсь, но попасть в руки сумеречника… Ни одна ведьма не заслуживает такого. Или бояться стоит?

– Только не говори, что будешь ловить сумеречника на Макс, как на живца! – выпалила я, стараясь не отвлекаться на мечту художника.

Дамиан отрицательно покачал головой:

– Живцом могу быть только я. И никто другой.

Фух!

– Извини. – Я виновато растянула губы в улыбке и не выдержала: – А можно я тебя нарисую?

Дамиан покосился на свою грудь и тихо спросил:

– И давно у тебя проснулась тяга к прекрасному?

Я ощутила, как внутри его ворочается злость.

– Ну, – я пожала плечами, – как увидела тебя первый раз в таком живописном виде, так и проснулась. Только тогда я не могла рисовать, а теперь могу.

Ярость стала стихать. И что это было? Неужели ревнует? А почему?

С прищуром оглядев Дамиана, я удивленно спросила:

– Ты что, решил, что я всех знакомых так рисую?

– Вообще-то, ты художница, а они рисуют и с натуры в том числе. То, что ты не могла рисовать людей, как-то забылось… – усмехнулся Дамиан. И добавил: – Извини.

Я уже извинила. Только вот…

– Дашь себя нарисовать?

Дамиан согласно улыбнулся.

Я обрадованно встрепенулась. Мысленно уже тащила его к себе, усаживала в кресло у окна, чтобы огни ночного города на фоне…

– После того как разберемся с артефактом, – обрубил мои мечтания Дамиан и осторожно вырвал рисунок из альбома. – Отправлю Макс, иначе не поверит.

И не возразишь. Все правильно: вначале артефакты, а рисунки и мечты запечатлеть одного крылатого ловца на холсте – потом.

Вернувшись к себе, я снова взобралась на подоконник. Рисовалось легко и быстро. К счастью, другие картинки были радостными. Макс, гоняющая метлой Изу, мои сестрички вдалеке. Пес, пытающийся лизнуть Лорана в нос, грозное лицо экономки позади в окне. Мирелла, о чем-то спорящая с Еленой, на их фоне – наша маленькая ведьмочка с погремушкой и Эн.

Наброски уверенно утверждали, что однажды наше семейство снова пополнится. Причем, судя по Лорану, радикально!

Следом за колдуном я набросала крохотного человечка с крыльями стрекозы и курносым носом в остром колпаке. Компанию пикси составила троица невысоких карликов с огромными ступнями – барбегазы. Вултанка – птица, сотканная из древесной коры. Троица трехглазых кошек с двумя хвостами. Как в одном месте мог оказаться такой пестрый набор нечисти? Сумеречник, судя по довольным лицам-мордам, тут был совершенно ни при чем.

Без пяти минут полночь, я положила альбом и перо на секретер. В дверь постучали.

– Готова? – спросил Дамиан, открывая дверь.

– Да.

– Нет! – ответили хором два голоса от окна.

Глава 14

– Лезть в дом без прикрытия рискованно. – Винс легко и бесшумно спрыгнул на пол с подоконника.

Одежда на нем была кое-где в порезах от перьев, но вид он имел вполне человеческий. Над его взъерошенной русой макушкой парила Мирелла.

– И без феи тоже! – поддакнула она, поправляя волосы. – Кто вас вытащит?

– Амулеты, – усмехнулся Дамиан, – а прикрытие не нужно. Сегодня лорд Невлин с главным ловцом в мужском клубе. Много лет туда в одно и то же время ходят. – Прищурился и спросил у Винса то, что крутилось у меня в голове: – Как узнали?

Пожав плечами, Винсент напомнил не без ехидства:

– Я все же маг воздуха.

– Необученный, – прищурилась я.

– Как сказать, – подмигнул он. – Эн принесла пару учебников девочек, я кое в чем разобрался.

Не помню, чтобы там были подслушивающие заклинания! Или это какие-то новые учебники?

– Заклинание ветра, – уверенно сказал Дамиан, в его душе шевельнулась ярость.

– Ну да, оно, – кивнул Винс. – Ветер носит звуки, вот мне и принес по отдушине.

– А я засекла его заклинание, – призналась Мирелла.

– Надо усилить защиту в системе вентиляции, – философски заметил Дамиан.

– А если лорд не пойдет в свой клуб? – упрямо предположил Винс, останавливаясь рядом со мной.

– С чего бы им отказываться от традиции? – Я насмешливо покосилась на него и поступила совершенно по-детски: взяла Дамиана за руку.

Винс нахмурился, фея едва слышно хмыкнула.

– Мало ли причин. – Винс, очевидно, их еще не придумал.

– Что предлагаешь? – неожиданно спросил Дамиан. Ярость в его душе угасла.

– Вашего лорда и его друга точно вызовут к страже, если случится что-то из ряда вон выходящее? – хитро прищурился Винсент.

Он старался выглядеть расслабленным, но злость внутри кипела. И я предпочла отгородиться от нее. Потому что самоуверенность друга тоже злила.

– Их же вызовут, правильно? – повторил он.

– Оповестят, – сухо отрезал Дамиан.

– А если неподалеку от их дома появится стригой? – тут же спросил Винс.

Дамиан нехотя кинул.

Винс с довольной улыбкой развел руками:

– Рад представиться – стригой! В темноте да издалека стража будет уверена, что я вот-вот сигану на них и покусаю!

Мирелла согласно кивала:

– А я его оттуда уберу, если станет опасно.

Угу, или когда он там всех положит своими перьями!

– Ты забыл, что, если вокруг нет надежных стен подвала, нужна я? Вне дома нам надо быть рядом, – напомнила я.

– Так я же и говорю, что рядом, в соседнем дворе, пока вы с защитой будете разбираться, – уперся Винс.

– А потом будем разбираться с тобой, – скривил губы Дамиан. – Не пойдет. Ты сидишь дома. Мирелла тоже.

Фея открыла рот.

– Сидишь и слушаешь, – не дал сказать фее Дамиан. – Если Ари позовет, летишь. Ты – дома. – Он показал пальцем на Винса.

Рубашка на Винсе начала шевелиться: пробивались перья.

– Дома,