Медиум ведет расследование - Екатерина Н. Севастьянова

Хотя лично я не понимаю, как люди могут навредить сумраку, если о нем никто не знает и попасть туда практически нереально. Только верховные демоны могут провести в сумрак смертного человека.

— И много там живет демонов?

— В сумраке?

— Да.

Немало.

— Миллиарды, наверное, — предположила я. — Точно не знаю. Сумрак — полноценный мир, такой же, как и наш.

— Да уж… — пробормотал Альтер, — хм… Погоди-ка! А если демоны утащили меня в сумрачный мир и там убили, то…

— Это невозможно по ряду причин, — перебила его. — Во-первых, все переходы из реального мира в сумрачный фиксируются, так что о тебе знали бы и Найджел, и Габриель. Во-вторых, люди, которые умирают в сумраке, не становятся призраками, они просто исчезают. И, в-третьих, сумрак для демонов — родной дом, святая святых и прочее. Они предпочитают бесчинствовать в реальном мире и не тащить проблемы в свой дом.

— Понятно. — Альтер хмыкнул. — Это надо хорошенько обдумать… Жаль, выпить не могу.

И он снова замолчал, удивляя меня. Правда, ненадолго.

— А что с твоей кровью? — спросил через несколько минут, когда я уже полностью избавилась от собачьего аромата и принялась вытираться полотенцем.

— А что с ней? — не уловила я суть вопроса.

— Зачем правителю сумрака и этому маньячине Найджелу нужна твою кровь? — допытывал Альтер, видимо пытаясь докопаться до сути. — Я так и не понял. Если демоны — это не то же самое, что вампиры.

Не то же самое.

— В моих венах течет древняя сила связующих мира духов и людей. Каждый глоток моей крови дарует демонам могущество, бессмертие, неуязвимость, прилив магии и много-много чего еще, за что они готовы драться друг с другом и убивать. В свое время каждый демон желал обладать мной. Я единственный медиум двадцать первого века, а значит, единственный источник дополнительной силы, а демонам нужна сила, особенно правителям.

— Но в итоге тобой обладает Габриель и периодически Найджел? — сказал Альтер с презрением… надеюсь, что к ним, а не ко мне, а то по его интонации непонятно.

— Да, — подтвердила я безрадостно.

Альтер подошел к душевой кабинке — я увидела его приближающуюся тень — и тихим голосом спросил:

— Они причиняют тебе боль?

И снова личные вопросы? Прекрасно.

Я нехотя ответила:

— Они демоны… Причинять боль в их природе. Найджел, как правило, делает это не специально. Он самое хитрое и лицемерное существо во вселенной, но при этом он лучше и добрее большинства демонов.

— А Габриель?

Меня всю передернуло.

— Габриель очень жесток.

— К тебе?

— Ко всем без исключения.

— М-м… Почему же ты не сбежишь?

— От кого? — изумилась я. — От Габриеля?

— Конечно! — Альтер на эмоциях всплеснул руками, отбрасывая тень на простыню. — Зачем тебе быть с демонами, если они жестокие насильники?

— Все не так просто, как ты думаешь.

— А по-моему, проще некуда. Если тебе причиняют боль — беги. Купи новые документы и линяй из страны туда, где тебя не найдет ни Найджел, ни Габриель. Меня, конечно же, возьми с собой — этот вопрос даже не обсуждается.

Я засмеялась.

— Чего смешного? — оскорбился Альтер.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь.

Единственное существо, благодаря которому я до сих пор дышу, — это Габриель. Зачем мне от него сбегать? Я не самоубийца.

— Ну так просвети меня, — попросил Альтер.

Ладно! Все равно не отстанет, пока не узнает правду, а возвращаться к этому вопросу я больше не хочу.

— Сперва я выйду из душа.

— Выходи, — благородно позволил он.

Обмотавшись полотенцем, я выбралась из душевой кабинки. Альтер тут же впился заинтересованным взглядом в мои обнаженные ноги, руки, плечи, ключицы… мигом изучил каждую часть тела, не скрытую полотенцем, и остановил свой любопытный взор на груди.

Я нахмурилась.

— На что ты смотришь?

Он сально улыбнулся.

— На тебя.

— А по-моему, на мою грудь…

Озабоченный гад даже не смутился.

— И что? Я провел в одиночестве полгода. Теперь женское тело притягивает мой взгляд намного сильнее, чем прежде. Хотя и прежде притягивало очень сильно.

— Я не в твоем вкусе, — злорадно напомнила ему, — так что отвернись. Мне нужно одеться.

Он покачал головой.

— Я уже начинаю сомневаться…

— В том, что мне нужно одеться?

— В том, что ты не в моем вкусе, — озадаченно проговорил он, будто и правда начал в этом сомневаться.

Но зато я не сомневалась и любезно поделилась с ним своим мнением:

— Я более чем уверена, что в твоем вкусе исключительно длинноногие сисястые барышни с роскошными волосами и непревзойденными познаниями в сексе.

Альтер поморщился, а я продолжила:

— Какая жалость, но я не подхожу ни под один из этих пунктов со своими «короткими ножками» и невинной кровью. Так что отворачивайся!

Альтер сложил руки на груди, явно недовольный моими выводами, но все же отвернулся, встав ко мне спиной. Я быстро начала напяливать чистую одежду.

— Мне нравятся твои волосы… — неожиданно произнес он.

Я непроизвольно взглянула на себя в зеркало. Непослушные русые волосы торчали во все стороны, как копна мокрой соломы на голове.

— Правда, что ли? — съязвила я.

Альтер кивнул.

— И глаза, — добавил он на полном серьезе. — Они у тебя красивые, очень необычные. Ярко-бирюзовые. — В его голосе послышалась улыбка. — Редкие.

Я даже забыла, что мне нужно одеваться, так и замерла в одних трусах, обалдев от его слов.

— Ух ты, — я вернулась к одеванию, опомнившись, — да ты, оказывается, романтик.

Он усмехнулся.

— А ты, видимо, совсем не умеешь принимать комплименты.

— Мне их не часто говорят.

— Да?.. А что тебе говорят часто?

Какой-то странный вопрос.

— Что я чокнутая дура и мне пора лечиться.

Спина Альтера напряглась.

— Люди бывают злыми, — сказал он. — Не слушай их.

Я иронично фыркнула.

— Несколько часов назад ты и сам говорил, что я сумасшедшая. Уже забыл?

— Люди бывают злыми, — повторил он настойчиво. — Никого не слушай.

— Люди обычно злятся, потому что не понимают, откуда я знаю их мертвых родственников и друзей. И начинают злиться еще сильнее, когда я передаю им послания с того света. Но кто-то же должен их передавать, верно? Заблудшим духам это нужно, чтобы обрести покой, и скорбящим людям тоже, хотя они поначалу мне и не верят. Все, можешь поворачиваться обратно, — позволила ему, — я уже оделась.

Альтер медленно развернулся. Выражение его лица было, мягко говоря, необычным — серьезным и задумчивым. Он окинул меня оценивающим взглядом и, вместо того чтобы пошутить в