Семья госпожи Аннари - Юлия Шахрай

— Эжения приняла моё предложение, так что мы вчера поженились. Хотели рассказать вам раньше, но всё случая никак не представлялось.

Улыбаюсь:

— Искренне вас поздравляю! И очень за вас рада. Теперь мне понятно, почему ты не хотел покидать Гатр.

Он разводит руками:

— Так уж получилось.

Эжения тоже выглядит смущённой, ей явно неловко находиться рядом с людьми настолько высокого статуса, но при этом по взглядам, которые она бросает на мужа, заметно, как сильно она его любит. Да и он её опекает и окружает заботой. Теперь, когда вижу их рядом, понимаю, что они смотрятся очень гармонично. Думаю, если бы раньше увидела их вместе, сама бы обо всём догадалась.

Мастер Биззаброз приходит с рыжеволосой низенькой женщиной, которую представляет как свою супругу. За ними подходят четыре их старших сына. Все они очень важные и степенные, как будто стараются всем видом показать, что им комфортно во дворце в окружении аристократов. Но мне почему-то кажется, что они всё-таки очень волнуются.

Олирия сегодня выглядит помолодевшей и непривычно нарядной. Впервые вижу её мужа (серьёзного блондина с аккуратной бородкой), а также старших детей, которые похожи больше на мать, чем на отца.

После того как они нас поздравляют, Татина подходит к Шардену, тянет его за руку и выразительно смотрит. Тот улыбается и произносит:

— Моей жене будет неудобно всё время ездить в Гатр. Скажите, как вы смотрите на то, чтобы перебраться в столицу?

— Мы и сами об этом подумывали, — с волнением в голосе отвечает Олирия.

— Поскольку вы очень помогаете моей жене, я бы хотел сделать вам подарок.

Он дожидается, пока к нам подойдёт слуга с подносом, и вручает конверт, который на нём лежит, Олирии:

— Примите, пожалуйста, этот подарок, который компенсирует неудобства из-за предстоящего переезда. Также это моя признательность за вашу помощь моей жене.

— Спасибо, — Олирия берёт конверт и освобождает место для приятелей Шардена.

— Мамочка, я пойду, — Татина отпускает руку принца и убегает следом за Чари.

Наклоняюсь к мужу и шёпотом спрашиваю:

— Что в конверте?

Он отвечает также шёпотом:

— Купчая на дом слева от нашего. Слева — это если стоять лицом к входной двери.

— Ого!

Пока принимаем поздравления от приятелей Шардена, вспоминаю, что слева был дом лишь немногим меньше нашего, с красной черепичной крышей и небольшим садиком. Испытываю к мужу сильную благодарность — если рядом будет подруга, переезд Татине дастся гораздо легче. А мне, чтобы обсудить рабочие вопросы, достаточно будет пройти всего несколько метров. О лучшем подарке на свадьбу я и мечтать не могла!

После того как поток поздравлений иссякает, мы спускаемся в зал, а наше место на помосте занимают музыканты и начинают играть лёгкую весёлую мелодию.

Гости рассаживаются за небольшие столики. Нам с Шарденом достаётся отдельный и немного в стороне. Происходящее не особенно похоже на привычную мне свадьбу: никаких тостов или криков «горько»; гости перемещаются по залу, общаются; кто-то танцует на свободном от столов пространстве. Ощущение, как будто я попала на вечеринку.

Шарден кивает на стол возле помоста, на котором высится гора свёртков и коробочек:

— У нас в семье не принято вручать подарки прямо в руки. Сначала служба безопасности проверит всё, что нам подарили, а завтра утром подарки доставят в наш дом. Не то чтобы мы боимся покушений, поскольку подданные нас очень любят, да и тайная служба не зря ест свой хлеб, но всё равно лучше привыкать к осторожности.

Еда скорее похожа на фуршетную: маленькие тарталетки, бутербродики и канапе, которые можно съесть за один укус. Через полчаса к нашему столику подходит Мадж:

— Татину я заберу домой и присмотрю за ней, так что не переживайте.

— Огромное спасибо, — благодарно улыбается Шарден.

Обмениваемся любезностями, свекровь расхваливает великолепный белый с зелёными прожилками камень стен, восхищается большими хрустальными люстрами и угощением, а затем желает нам приятного вечера и уходит.

— Аннари, любимая, ты уже поела? — прищуривается муж.

— Да, — киваю я.

— Вот и славно. Идём, — он встаёт и предлагает мне свою руку.

— Идём… А куда мы идём? — уточняю я, после того как Шарден, не замедляясь, подводит меня к дверям зала.

— Нас уже все поздравили, мы сыты, так что вполне можем перестать стеснять своим присутствием наших гостей.

— Мы их смущаем?

— Пока нет. Но ты сегодня настолько красива, что с каждой минутой становится всё тяжелее сдерживаться… Заодно покажу тебе нашу спальню.

— О!

Щёки вспыхивают, поскольку муж сопровождает свои слова таким многообещающим взглядом, что становится жарко.

Стоит дверям за нашими спинами закрыться, Шарден подхватывает меня на руки и очень быстро несёт по коридорам дворца. Когда нам попадаются люди, смущённо прижимаюсь лбом к плечу мужа и опускаю взгляд. Неловко из-за того, что он несёт меня на руках, но при этом понимаю, что идёт Шарден так быстро, как я сама не смогла бы. Да и очень сложно, когда всё внутри слабеет от предвкушения. Понимаю, что все догадываются о причине спешки мужа, и это смущает, но и льстит тоже. Откликается внутри тёплой волной.

У дверей замка нас ждёт маленький открытый экипаж. Шарден опускает меня на сиденье, касается моих губ мимолётным поцелуем, а затем занимает место кучера.

Лошади срываются с места. Едем довольно быстро. Сперва немного страшновато с кем-то столкнуться, но улицы, которые мы минуем, пустынны. За нами подглядывают из окон и из-за заборов, но чувствую это скорее интуитивно, чем вижу.

Ворота нашего дома предусмотрительно распахнуты. Экипаж останавливается во дворе, Шарден бросает вожжи подбежавшему слуге, после чего снова подхватывает меня на руки.

Чувствую нетерпение и предвкушение. Мир сужается до этого мужчины и торопливого стука его сердца.

Когда он поднимается по преобразившейся после ремонта лестнице, слышу вопрос.

— Что? — приходится переспросить, потому что смысл слов от меня ускользает.

— Что ты думаешь о детях?

— О детях?

— Ты не будешь возражать, если они появятся у нас в ближайшее время?

— Что? — не понимаю, к чему он это спрашивает.

— Ты хочешь, чтобы мы предохранялись, или уже готова к тому, чтобы у нас появились дети? Понимаю, что это внезапно, что момент не совсем…

Обрываю его:

— Не нужно предохраняться.

То, что его интересует моё мнение, что он хочет предоставить мне выбор, кажется очень романтичным. Обвиваю его шею руками. Рада, что не ошиблась в нём.

Муж заносит меня в спальню и ставит на пол.

— Аккуратнее с платьем, — прошу я.

— Повернись спиной.

Он ловко расстёгивает пуговки, ласкает пальцами обнажающуюся кожу, а когда платье белоснежным облаком оседает на пол, целует в шею, подхватывает