С тобой сквозь века - Анастасия Аристова

ее губы, обращаясь к следующей гостье: – Мадам Деларю! - лже-Эршов взял протянутую ему руку и легко коснулся поцелуем ладони женщины. Ее щеки покраснели и стали в цвет ее вишневого бархатного платья. Она сладко улыбнулась лже-Эршову, а затем одарила меня оценивающим взглядом. Ее губы тронула презрительная усмешка, и я инстинктивно почувствовала неприязнь. Это был не первый раз, когда я чувствовала на себе подобное внимание, направленное, по сути, не ко мне, а к Илларии. Сестру здесь не то чтобы недолюбливали – ее ненавидели. Я подумала о том, что бабушка оказалась права: сестра действительно нуждалась в поддержке. Я не понимала, как она одна справляется со всем этим обществом, пропитанным ядом. Полным сожаления взглядом я посмотрела на нее. Видимо, она по-своему восприняла его, наклонившись ко мне тихо произнесла:

– Еще немного и зазвучат первые аккорды танца. Ты готова?

Я кивнула.

– Иди в зал. Я буду ждать тебя там.

Я наблюдала, как сестра скрылась в толпе. Повернувшись, с идеально ровной спиной на негнущихся ногах я шла, понимая, что сейчас попаду в объятия Одриана в образе Эршова. Я почувствовала, как сердце в моей груди забилось сильнее. В этот момент шелковая ткань платья, казалось, горела от моего внутреннего жара, хотя кончики пальцев оставались ледяными.

Раздались первые звуки оркестра. Они звучали для меня как зов сирены, манящий и пугающий одновременно.Каждая нота, каждое движение смычка словно касались обнаженных нервов. “Он ждет,” - крутилось в моей голове. - “Там, в зале, среди блистающих люстр и шелеста платьев, он ждет.”

-“Ну и что,” - вторил мне мой внутренний голос, - “сейчас не место и не время для того, чтобы размышлять об Одриане, утопать в бессмысленных эмоциях. Сегодня я Иллария. Статная, гордая. Я должна помочь сестре. Соберись, темная ведьма!”

Выпрямив и без того прямую спину, твердой походкой я направилась в зал.

В момент, когда я вошла, музыка неожиданно стихла, десятки взглядов устремились на меня. Я посмотрела вглубь зала, стараясь отыскать лже-Эршова.Вот он. Стоит у колонны, одетый в безупречный черный фрак. Высокий, статный, с темными волосами с проседью, тщательно зачесанными назад. Когда сестра представала в облике Эршова, я не обращала на это внимания. Его взгляд, казалось, пронизывал меня насквозь даже сквозь разделяющее нас расстояние. В обличии Эршова Одриан сохранял свою завораживающую, пугающую притягательность.

С каждым шагом, приближающим меня к нему, сердце колотилось все сильнее, выбивая безумный ритм. Я старалась сохранить на лице маску спокойствия, гордости, но внутри бушевал вихрь противоречивых чувств: испуг, волнение, странное, почти болезненное предчувствие. Подойдя, я остановилась напротив него. Он смотрел на меня внимательно, изучающе, словно видел меня насквозь. В его глазах промелькнуло нечто, чего я не могла понять. Удивление? Разочарование? Или… надежда? Он протянул руку:

– Иллария, ты восхитительна. Я рад, что ты моя жена, - голос, глубокий и бархатный, коснулся моего слуха, вызвав мурашки на коже. В тот же миг раздались аплодисменты и восторженные поздравления. Вновь зазвучала музыка. Гости вокруг нас пришли в движение, начали танцевать, наслаждаясь праздником. Я взяла его ладонь, сразу же почувствовав тепло его пальцев.

Глава 43. Танец страсти

Дрейя

В танце я старалась полностью погрузиться в роль Илларии, статной и гордой хозяйки бала. Но в каждом движении, в каждом взгляде Одриана сквозило что-то такое, что заставляло меня забывать о притворстве.

Его движения были уверенными и плавными. Сначала мне казалось что это я следую за ним, но затем я поняла, что это он следует за каждым моим шагом, подчиняясь и доминируя одновременно. Он вел меня безупречно, заставляя забыть о скованности и волнении. Музыка заполняла все вокруг, окутывая нас коконом из звуков и ритма. Я чувствовала его взгляд, пристальный и изучающий, но старалась не смотреть в ответ. Я ощущала, как его рука крепче сжимает мою, как его дыхание касается моего лица. Мне казалось, что мир вокруг перестал существовать, остались только мы вдвоем, затерянные в вихре музыки и чувств. Он касался меня, двигался и казалось становился все ближе.Рука скользнула по моему телу, касаясь поясницы. Дыхание участилось, стало прерывистым, мои губы сами собой приоткрылись. Я подняла взгляд и увидела его глаза томные, призывающие.

– Ты чувствуешь, как бьется мое сердце, Дрейя? – прошептал он, едва касаясь моей щеки губами.

Я не смогла ответить на его вопрос, слова будто бы застряли в горле.

Ты для меня самая желанная, Дрейя, - он прижал мою ладонь к своей груди.

Я ощутила, как мощно и часто бьется его сердце.

Он наклонился ближе, его губы коснулись моего виска. Легкая дрожь пробежала по моему телу. Я закрыла глаза, отдаваясь во власть момента. Хотелось, чтобы этот танец никогда не заканчивался, чтобы мы навсегда остались в этом коконе из музыки и чувств.

– Дрейя, – снова прошептал он, и его голос прозвучал чуть хрипловато. Я открыла глаза и увидела, как в его взгляде разгорается пламя страсти. Он медленно провел пальцем по моей щеке, и от этого прикосновения по всему телу разлилось тепло.

– Я люблю тебя всей душой. Я хочу тебя.

Я почувствовала, как кровь приливает к щекам, но если бы даже и захотела, не смогла оттолкнуть. Я снова прикрыла глаза, полностью отдаваясь движениям. Кружение, падение в его руки, резкий подъем, моя нога, обвивающая его бедро… Наш танец неожиданно превратился во что-то очень интимное и страстное. Наши тела прижимались друг к другу, почти сливаясь в одно целое, бешено бились сердца, тяжелое дыхание звучало как невысказанное обещание.

Как так получилось, что нами так неожиданно овладело желание? А не неожиданно ли? С первого дня, как только появился Одриан, я чувствовала притяжение. Нет, не так. Еще тогда, в той другой жизни, Одри мне нужна была как воздух. И сейчас, когда мои эмоции готовы вырваться из-под контроля из-за заявления Одриана о том, что он уже завтра покинет наш мир, мою душу рвало на куски. Неужели я не могу позволить себе хотя бы побыть несколько часов, с тем кого люблю? Неужели я не могу позволить себе, чтобы меня любили? “Позволить себе, чтобы любили,” - пронеслось в голове.

Музыка стихла, с последним аккордом все замерло. Тишина, казалось, звенела. Послышались громкие аплодисменты, и только в этот момент я вспомнила, где я, с какой целью стою, и кем сейчас представляется Одриан. А ведь во время танца я даже не думала об этом. Лишь чувствовала