Хозяйка таверны «Драконий клык» - Александра Мауль

Едва не валюсь, когда мы поднимаемся и его ведёт в сторону.

Щёки вспыхивают, меня бросает в жар, сердце колотится в районе горла, причиняя боль, когда шагаю вместе с Арнаром в портал, оставив Ирму в этом пугающем месте.

— Больно, Инес, очень больно, — хрипит сквозь стиснутые зубы Арнар, когда мы падаем вперёд, к счастью, прямо у порога нашей таверны.

Карина с огромными глазами появляется передо мной и тут же бросается на помощь, помогая поднять Арнара.

— Напали? Всё отняли? А где же госпожа Ирма? — тараторит она — Куда вы его собираетесь определить?

— Давай в дом — без колебаний отвечаю я, и мы вместе тащим генерала в комнату, которая уже стала моей.

Он со стоном заваливается на кровать и перекатывается набок, бегло осматриваю его, и меня накрывает паника. Если у него приступ и Ирма велела посадить его в подвал, может, мне следует его привязать или запереть здесь? А что делать с окнами?

— У него кровь — вытаскивает меня из потока мыслей Карина и дёргает за руку. И я в самом деле замечаю, как его рубашка на боку окрашивается красным.

— Принеси тёплой воды и .. и что-нибудь, чтобы промыть и перевязать —сбивчиво произношу и поворачиваюсь к Карине. Кивает мне, а затем срывается с места и убегает.

Прикусываю нижнюю губу, и какое-то время смотрю на лежащего перед собой генерала. В этот самый момент я испытываю смешанные чувства. Словно передо мной самый близкий человек, но в то же время я совершенно его не знаю.

Всё же подхожу к нему и с трудом избавляю от плаща, а затем тянусь и к рубашке.

Рана на боку не выглядит свежей, выглядит так, словно старую рану расковыряли ножом или чем-то ещё, но при этом были совсем не аккуратны, и ещё она выглядит бордовой.

Издаю стон и не контролируя себя, прикладываю к его ране ладонь, так словно мне бы хотелось остановить кровь. Слёзы туманят взор, и на мгновение, мне кажется, будто я чувствую его боль.

— Просто мне нужно время —хрипло произносит Арнар, и я поднимаю глаза к его лицу. Сейчас на меня смотрит человек, глаза снова нормальные, а лицо белое как полотно — это пройдёт через несколько часов.

— Но у тебя кровь, скажи, что я могу сделать. Есть для этого какое-то лекарство? Я могу тебе перевязать рану или..

— Ничего мне сейчас не поможет — мне кажется, будто слышу в его голосе усмешку — Рядом с тобой Инес, мой зверь всё чаще прорывается и с каждым разом всё агрессивнее. Если так пойдёт и дальше, то я не выдержу отведённые мне два месяца.

Резко соскакиваю и отхожу назад, а он издаёт стон разочарования.

— Если тебе так плохо из-за меня, может, мне стоит уйти? Карина обработает твою рану и…

— Моя рана в этом не нуждается, — говорит он и прикладывает ладонь к плечу, там я тоже замечаю кровь. — Ни обезболивающие, ни перевязки мне сейчас не помогут. Дракон хочет свободы и рвёт свою клетку, прорываясь сквозь слабые места в моём теле. Это старые ранения, Инес, сейчас мне нужно только переждать.

— Я отдам распоряжения Карине —произношу я, а заодно поищу Ноэль и попрошу её облегчить ему боль. Меня же она попыталась излечить

— Пожалуйста, не уходи. Просто посиди со мной рядом — едва слышно произносит он и перекатывается на живот — Мой дракон в прошлом был от тебя без ума, поверь, он не причинит тебе вреда, а вот твоя помощница может его рассердить — добавляет он и замолкает. Больше вообще ничего не произносит, однако по тому, как быстро комнату заполняет запах дыма от костра и кедра, я делаю вывод, что его дракон снова рядом.

Карина появляется в комнате сразу после того, как я присаживаюсь рядом с генералом. Я прошу поставить всё на комод, а затем рассказываю о том, Ирма вернётся чуть позже с продуктами, а мы с генералом вынуждены были прервать путешествие из-за его приступа.

Карина кивает и сообщает, что если будет что-то нужно, я могу смело её звать. Хорошо, что мы вчера ещё предупредили наших гостей, что сегодня не будет завтрака и обеда, а откроемся мы только ближе к вечеру, поэтому я смело могу остаться здесь с генералом, и с тяжёлым сердцем снова смотрю на него, когда Карина оставляет нас.

Вижу, как Арнара бьёт крупная дрожь, он снова и снова вздрагивает, стонет и шумно втягивает воздух, а иногда я слышу утробный рык.

На спине у него тоже появляются несколько красных пятен, и я тщетно пытаюсь снять с него рубашку.

Он горячий как печка и неподвижный.

Ничего не придумав, я просто протягиваю руку и провожу её по светлым, мягким волосам, касаюсь его шеи, а затем опускаюсь к спине, делаю снова и погружаясь в собственные мысли, не позволяю страхам и сомнениям за Ирму довести меня до состояния паники.

Когда обращаю внимание на Арнара, то понимаю, что его больше не трясёт, да и рычания я не слышу.

Может быть, так на его зверя влияет моя татуировка на запястье?

Если она способна облегчить его страдания, то мне ничего не остаётся, как лечь рядом с ним и взять его за руку, что я и делаю.

Удобно устроившись на боку рядом с Арнаром, я нахожу его руку и переплетаю наши пальцы. Кровь стучит в ушах, странное чувство разрывает грудь так, что даже вдох сделать больно, но несмотря на это, мне всё же удаётся провалиться в сон, и открываю я глаза уже в другом месте.

Запах лилий неприятно щекочет нос, а глаза горят от непролитых слёз.

Каждое сказанное в мой адрес неприятное слово всё ещё висит в воздухе и ощущается словно пощёчина.

Сквозь открытое окно ветер задувает запах мокрой травы и дыма от сигарет, а корсет на платье затянут так, что я с трудом могу слелать вдох и каждый шов платья, словно острый нож врезается в тел.о

— Потаскуха! Позор моей семьи! Маленькая дрянь, ты недостойна фамилии Бритт!— жёсткий голос женщины напротив снова наполняет комнату и слова бьют по щекам.

— Перестань так обращаться с ней! — голос мужчины звучит откуда-то со стороны