Хозяйка проклятой таверны - Ольга Кобзева

— Амари, ты уверена? — парень с волнением заглядывал в глаза.

— Все нормально. Сейчас еще чудо-эликсира выпью и вообще, как огурчик буду!

Глава 36

Сказать, что новый совет не обрадовался чудесной вести о том, что я жива, значит значительно преуменьшить эффект от моего появления в зале совета.

Входила в высокие двери уверенно, уже зная, что двенадцать айшалис заседают и наверняка решают, как быть с внезапно объявившейся наследницей. В окружении десяти эйров, принесших мне клятву, дрожать и бояться глупо, — так я себе и твердила, высоко вскидывая голову и распрямляя плечи.

— Здравствуйте, уважаемые эйры! — мой уверенный, громкий голос отразился от свода и стен, заставляя каждого из собравшихся обратить на меня внимание.

— Эйра Айранир, — склонились трое.

Трое из двенадцати!

Остальные выжидали.

— Всё? — выгнула бровь, замирая неподалеку от входа. — Остальные не хотят поприветствовать свою правительницу? Истинную хранительницу искры Богов!

Дала мужчинам около полуминуты на принятие решения. Ничего не изменилось. Настороженные взгляды, перешептывания — вот и вся реакция.

— Простите, эйра, — взял слово один из тех, кто не захотел меня приветствовать. Скользкий даже на вид. — Нам нужны доказательства, — мерзко ухмыльнулся он.

— Их есть у меня, — пробормотала едва слышно. — На колени! — грохнула, ловя обалдевший взгляд слизняка. — Ползи в мою сторону! — добавила, видя, как он опускается на колени, не в силах противиться приказу, отданному персонально ему.

Противно. Мерзко и противно было и отдавать этот приказ, и смотреть, как убеленный сединами мужчина, скрипя зубами, ползет в мою сторону, не в силах побороть силу приказа. На секунду в глазах потемнело. Не так уж и много сил у тебя, Амаргария! — стараясь дышать глубже, подумала я. — Держись! — отвесила себе мысленный подзатыльник.

— Назовись! — снова обратилась к подползшему эйру, устанавливая зрительный контакт.

— Эйр Пафелл Ойрир, — без промедления назвался он.

— Вот как? — удивилась, услышав знакомое имя рода. — А Иолан Ойрир тебе кем приходится?

— Иолан — мой сын.

Напомню, Иолан — тот подонок, который руководил моими поисками зимой, кто запугивал Дараху и отдавал приказ убить меня, если кому-то попадусь.

— Яблочко от яблони, значит, — выдохнула, собирая руки в замок. — Эйр Артонир, — обернулась к Эйтану. — Будьте добры создать необходимые условия для содержания уважаемого совета. Порознь, чтобы ничто не могло нарушить их уединения. Позаботьтесь и об их безопасности и охране, пожалуйста.

— Будет исполнено, — кивнул Эйтан. Уловила волнение у него во взгляде.

Да, Эйтан, да, вот-вот свалюсь. Но последний приказ отдать мне все же необходимо. Буквально соскребла остатки силы, переводя взгляд на всех членов совета, не успевших отойти от шока и решить, как им действовать.

— Не препятствовать аресту! Не применять силу во дворце! Повиноваться эйру Артонир, как мне! — хлестала словами, встречая один взгляд за другим.

Оттарабанила, мельком убедилась, что воздействие нашло свои адресаты и тут же повернулась к выходу.

За дверью заметила знакомое лицо — эйр Лафаер. Мужчина был немного бледен, но в целом вполне бодр. К счастью, Итор догадался, что происходит. Едва я шагнула за дверь, эйр подхватил меня под руку и едва ли не на себе доволок до ближайших жилых покоев.

— Спасибо, эйр, — прошептала, тяжело опускаясь на низкий диванчик.

И снова горечь настоя, хороший кусок мяса с кровью и недовольное бурчание ворвавшегося главного лекаря.

— Да вас же не нужно убивать, эйра Айранир! Вы и сами прекрасно справитесь с этой задачей! Не стоило прогуливать занятия с наставником, уважаемая эйра! Особенно те, на которых вам должны были рассказывать основы связи жизненных сил и силы айшалис!

Несмотря на слабость и дурноту, открыла глаза, встречаясь взглядом с раздраженным взглядом лекаря.

— Вы правы, эйр Даррейн. Вы совершенно правы! Прошу вас, помогите мне исправить это грубейшее нарушение с моей стороны, помогите мне восполнить зияющие пробелы в знаниях!

— От чего, эйра Айранир, мне кажется, что вы потешаетесь надо мной? — прищурился лекарь.

— Уверяю вас, эйр Даррейн, это не так!

— Что ж, думаю, я сумею выделить некоторое время для занятий с вами. Скажем, ранним утром, еще до завтрака.

— Завтрак, эйр Даррейн — основа основ, не стоит им пренебрегать, — изрекла наставительно, уязвленная высокомерным тоном лекаря. — Однако я буду рада вашей помощи, — заверила, снова откидываясь на подушку. — Два часа, Эйтан. Разбуди меня через два часа, — попросила парня, не открывая глаз, тут же проваливаясь в вязкую дрему.

Следующие несколько суток не делились для меня на день и ночь. Пара часов сна, когда это возможно, и снова в бой!

Клятвы тех, кто готов был ее дать, допросы пособников Амадея, уроки, обучение владению силой, восстанавливающий настой, назначение нового совета, короткий сон... И снова по кругу.

Предстать перед горожанами удалось на третьи сутки. Платье для меня приготовили шикарное, сразу стала казаться старше. Решили, что сначала я покажусь на главной площади, возможно, толкну речь. Небольшую совсем. А после проеду в сопровождении доверенных эйров по столице.

Толпа собралась знатная. Люди затемно занимали места вдоль основной дороги и на площади у помоста. Эйры рекомендовали мне показательно осудить парочку тех, кто поддержал Амадея, но я отринула эту идею. Во-первых, Амадей все еще не схвачен, а он, на минуточку, все еще действующий правитель. Разжаловать его можно либо казнив, это если прям кардинально, либо по решению совета эйров и с одобрения Богов. Вот в это одобрение мы и уперлись, потому что совет эйров, конечно же, я собрала заново из верных мне эйров.

Тот, что действовал при Амадее, пока в подвалах под охраной. Поначалу их в покоях оставили, только приставив стражу, но выяснилось, что у знатных эйров везде свои люди. После двух попыток побега и гибели молодого служки, бывшие члены-заседатели и перебрались в подвалы дворца.

Новый совет еще никогда не был таким молодым, как сейчас. Но, какая правительница, таков и совет! Единственный представитель старшего поколения — Итор Лафаер — глава рода, отец и дед. Остальные намного моложе, многие эйры и вовсе еще не связаны ни с какой эйрой.

Брюссир ни в какую не захотел отлеживаться в это непростое время. Стоило ему почувствовать себя хоть сколько-нибудь сносно, мужчину попросту не удалось удержать в лежачем положении в лекарском крыле. Руку он держал подвязанной, но отнимать конечность главный лекарь уже не планировал. Остальные повреждения