Скандальная слава - Джулиана Маклейн

Эвелин удивленно посмотрела на него:

– Но почему?

– Граф отказался пропустить нашу яхту, которая шла правым галсом, и мы едва не столкнулись. Существуют правила, которые должны неукоснительно соблюдаться всеми спортсменами, а он нарушил их, при этом прекрасно понимая, к чему это нарушение могло привести. Могли погибнуть люди.

– Господи Боже мой! Надеюсь, никто не пострадал?

– Нет. Мы спаслись только потому, что в самый последний момент я повернул свою яхту и пропустил «Стремительного». А теперь лорд Брекинридж заявляет, что это он шел правым галсом и я нарушил правила. Он обвиняет меня во лжи. Ведь в свете лорд Брекинридж пользуется репутацией джентльмена, порядочного человека. И его слово гораздо весомее, чем мое! – Пальцы Мартина впились в покрывало. – Теперь я очень сожалею о том, что все последние годы так глупо вел себя. За что и расплачиваюсь.

Эвелин присела на кровать рядом с Мартином.

– Но ведь это можно понять… Ты просто пытался справиться со своей потерей. Твои жена и ребенок погибли…

– Ты готова оправдать все, что угодно, – резко ответил Мартин. – Другие не столь милосердны. Очень многие считают меня безрассудным и просто-таки мечтают, чтобы я проиграл гонки. – Он на мгновение замолчал. – Но, надеюсь, ты веришь мне?

– Да, конечно.

Эвелин твердо знала, что, несмотря на свое скандальное поведение в свете, Мартин был честным спортсменом и никогда не стал бы применять незаконные приемы. Хатфилда же Эвелин знала как раз с другой стороны. При подчеркнуто благородном поведении он с легкостью мог прибегнуть к какого-либо рода мошенничеству, если это сулило ему выгоду.

– И именно из-за этого скандала ты прождала меня целый час, Эвелин. – В голосе Мартина постепенно начали таять нотки раздражения. – Я так виноват перед тобой…

Она попыталась улыбнуться:

– Что ж, ты задержался по уважительной причине.

Мартин покачал головой.

– Мы пришвартовались час назад, – сказал он, – но Спенс уговаривал меня снова выйти в море. Он считает, что меня ничто не сможет успокоить, кроме свежего морского ветра и бушующих волн.

Эвелин вздохнула.

– В таком случае почему вы не отправились в море?

– Потому что я обещал встретиться с тобой, моя дорогая. А я всегда выполняю свои обещания. Особенно если оно было дано леди.

Ее сердце на мгновение замерло в груди.

– Но мы могли бы отправиться вместе. Обещаю, что не буду требовать к себе особого внимания. Я стану выполнять твои распоряжения наравне со всеми остальными членами команды.

Мартин с интересом взглянул на Эвелин. Мрачное выражение исчезло с его лица.

– Хорошо, – сказал он. – В таком случае у меня будет одна просьба к тебе. Я хочу, чтобы во время плавания ты все время находилась рядом со мной. Я буду стоять у штурвала, а ты будешь стоять или сидеть около меня. Договорились? Хочу видеть только тебя. Ты, и только ты.

– Почему только я? – быстро спросила Эвелин. Мартин на мгновение заколебался, подбирая нужные слова.

– Потому что, когда я нахожусь рядом с тобой, мое дурное настроение рассеивается. Ты помогаешь мне забыть обо всем на свете, в том числе и об этом лжеце Хатфилде. И еще о Брекинридже, который не стоит даже твоего мизинца. Надеюсь, он никогда не станет твоим мужем.

Эвелин улыбнулась. Ей очень понравился этот ответ.

– В таком случае вперед! «Орфей» ждет нас.

– Да, капитан. Как скажете, капитан.