Последствия - Анна Диллон

— Как это… я имею в виду, когда это случилось?

— Кто знает? Мы дважды занимались любовью, не предохраняясь.

Беременна. Боже мой! Она беременна.

— Я же говорил тебе, что нужно пользоваться таблетками.

Стефани не ответила. Он вспомнил их разговоры на эту тему: она отказалась пить таблетки, в результате чего он стал пользоваться презервативами, которые ненавидел.

— Ты уверена? Ты в этом точно уверена? — осторожно спросил он.

— Сомнений почти нет.

Нет сомнений? Нет сомнений! Что это, в конце концов, значит?

— Вероятность достаточно большая. За последние несколько часов я поняла, что задержка превышает десять дней.

— Но ведь десять дней — это не так уж много, правда? — спросил он с надеждой в голосе.

— Достаточно большая.

— Ты сделала тест? Получила подтверждение?

— Роберт, если ты забыл, то позволь тебе напомнить — сегодня Рождество. И где, интересно, сегодня я могу купить тест на беременность?

Она слышала, как он провел языком по пересохшим губам.

— Но ты действительно думаешь, что можешь быть беременна?

— Да.

Глубоко вздохнув, он сказал:

— Скажи, ты уже решила, что делать… с ребенком?

— Нет, не решила, — холодно ответила она. — Но ты отец этого ребенка, поэтому, прежде чем принять решение, я хотела бы поговорить с тобой. Нам необходимо решить это вместе. Ты понимаешь, Роберт?

— Да-да, конечно. — Это кошмар. Ему просто снится дурной сон. Если она действительно беременна, придется что-то срочно решать. Но прежде необходимо понять, как далеко она собирается пойти. — Когда мы можем встретиться? Думаю, сегодня не совсем удобный для этого день… — быстро поправил он сам себя. Выйти из дома сейчас, когда вся семья вот-вот сядет за стол, было просто невозможно. Он сразу же представил, сколько последует вопросов, на которые он не сможет ответить. — Но, может быть, завтра. Можем мы встретиться завтра? Где ты сейчас?

— Боюсь, что встретиться завтра у меня не получится…

Роберт разочарованно покачал головой. Зачем она так все осложняет?

— Нам действительно необходимо встретиться, чтобы поговорить. Я могу подъехать, куда ты скажешь.

— Куда я скажу?

Ему показалось, что его слова ее странным образом развеселили.

— Да, — продолжал настаивать он. — Куда ты скажешь.

— Прекрасно, я сейчас в доме своих родителей. Можешь приехать сюда.

Роберт нахмурился, пытаясь осознать то, что только что услышал.

— Так ты на Лонг-Айленде? — наконец спросил он.

— Да.

— Но что ты там делаешь?

— Встречаю Рождество, — резким тоном ответила Стефани. — Роберт, — зашипела она, — а что, по-твоему, я должна была делать? Сидеть на Рождество в пустом доме, в очередной раз убедившись, насколько я глупа?

— Знаешь, вчера… — начал он.

— Все к столу, — снизу послышался голос Кейти.

— Только не сейчас, — резко прервала его Стефани. — Я не хочу говорить об этом. Я хочу поговорить о нашем ребенке.

Боже, наш ребенок. Роберт почувствовал, как по спине пробежал холодок. Наш ребенок.

— Знаешь, я действительно хотела больше никогда тебя не видеть, не иметь с тобой ничего общего. Но сейчас все изменилось. Если я беременна, мне придется с тобой встретиться.

— Да-да, конечно. — Ребенок. Наш ребенок. Роберт почувствовал, как в комнате не хватает воздуха, и, широко открыв рот, стал часто дышать. — Но откуда ты это знаешь? — Он облизал вновь пересохшие губы. — Я имею в виду, какова вероятность того, что ты беременна?

— Ты уже спрашивал меня об этом, и я тебе ответила, что существует достаточно высокая вероятность того, что я беременна.

— Когда ты будешь знать это точно? — спросил он, чувствуя, что пытается ухватиться за соломинку. В его представлении «вероятно» имело совсем иной смысл, нежели «точно».

— Завтра, — ответила она.

— Когда ты собираешься вернуться домой? — спросил он.

— Не знаю. Я не собиралась возвращаться раньше Нового года, но, думаю, теперь все изменилось. Я еще не знаю, насколько реально вернуться домой до выходных, я еще не смотрела расписание вылета самолетов.

— Сообщи, каким рейсом ты полетишь. Я встречу тебя, и мы сможем поговорить. Принять решение. Подумать о том, что ты будешь делать с ребенком.

Прозвучавший голос Стефани был ровным и лишенным каких-либо эмоций, почти деловым.

— Роберт, важно не то, что я собираюсь делать, — пойми, это наш ребенок. И нам необходимо говорить о том, что мы хотим делать.

— Хорошо, давай поговорим о существующих вариантах…

— Что ты имеешь в виду под вариантами? — сразу же отреагировала она.

Конечно, им не стоило обсуждать этот вопрос по телефону, такие вещи обсуждаются только при встрече. Если Стефани недавно узнала о том, что беременна, сейчас она, безусловно, находится в эмоционально угнетенном состоянии. Ей необходимо дать немного времени на то, чтобы успокоиться.

— Я имел в виду, что будет лучше для тебя и ребенка. И ничего более, — как-то сбивчиво закончил он.

— Папа, обед на столе, — послышался снизу голос Брендана.

— Извини, но мне нужно идти, — торопливо проговорил Роберт. Он не хотел, чтобы, поднявшись наверх, кто-нибудь из детей обнаружил, что дверь заперта на ключ. Да и прежде чем спуститься вниз, ему необходимо было успокоиться, собраться с мыслями… Он ощутил, что чувство голода пропало, есть уже не хотелось. — Я рад, что ты позвонила и что у тебя все хорошо. — Роберт попытался изобразить смех, но он прозвучал настолько неестественно, что даже его собственное ухо уловило эту фальшь. — Очевидно, я так никогда и не узнаю, как тебе удалось в сочельник добраться до Нью-Йорка. О чем ты думала?

— Ни о чем. Как, впрочем, и тогда, когда наши с тобой отношения, Роберт, еще только начинались. А я тогда совершенно не думала о последствиях. — Неожиданно в трубке стало тихо.

Медленно отходя от окна, Роберт с ужасом подумал о том, что Стефани вдруг решит оставить этого ребенка… Господи, только не это!