Ангелы - Мэриан Кайз

И они защебетали о своем, словно старушка Мэгги исчезла вовсе. Потом меня сушили, водя феном во всех направлениях. И только после этого наконец повернули лицом к зеркалу, откуда на меня смотрела новая Мэгги, с гладкими, блестящими волосами. Если сравнивать с предыдущей версией, то та Мэгги была трогательной недотепой, довольно скучной. Но это было уже так давно.

Наконец я нашла слова:

– Я совсем другая. Моложе.

– Хорошая стрижка так же хорошо омолаживает, как подтяжка, – заметил Дино.

Ага, и стоит примерно столько же. А стоила она просто до фига – сто двадцать баксов плюс двадцать на чай. Дома я бы за такие деньги подстриглась четыре раза. Еще и на коробку шоколадных конфет хватило бы, чтобы на обратной дороге полакомиться. Но если тут так принято…

Когда мы уходили, Дино сказал:

– Знаешь, у тебя превосходные брови, только надо придать им форму… Ты понимаешь, о чем я думаю? – обратился он к Ларе.

– Аннушка! – воскликнули они вместе.

– Кто?

– Мастер по бровям. Работает со звездами, – объяснил Дино.

По уже знакомому сценарию Лара держала наготове карманный компьютер и начала названивать по мобильному.

– Мадам Аннушка? У моей подруги кризис с бровями. – Она посмотрела на меня. – Это срочно, мадам Аннушка.

Почему-то я даже не смогла на нее обидеться. Лара беспокойно начала расхаживать по комнате, потом спросила:

– В субботу, в пять тридцать?

Она повернулась ко мне:

– Нормально.

Я кивнула. Почему бы и нет?

Следующая остановка в Лариной квартире в районе Венеция, выбираем одежду для презентации. Район мне очень понравился. Что-то было суровое, но очаровательное в этих маленьких дощатых домиках с облезшей краской, потайными маленькими улочками, ответвляющимися от главной дороги, нависающими над двориками пыльными деревьями, сквозь ветви которых пробивался загадочный свет, словно мы в подводном мире.

Квартира Лары занимала полностью верхний этаж большого деревянного дома. Из ее окна слышны были плеск и шорох океана.

– Шкаф у меня вон там.

Она прошла в спальню, я прямо за ней.

Я взглянула на ее кровать, и на память мне пришли названия порнофильмов. «Горячие лесбийские штучки». «Леди, которые занимались оральным сексом». «Городские лизуньи».

Я ничего не могла с собой поделать. Это была первая лесбийская спальня в моей жизни. С трудом представляю себе, что у кого-то могла быть другая реакция.

Радостная и ничего не подозревающая Лара начала вынимать из шкафа одежду и раскладывать на кровати. Никаких низкопробных хлопчатобумажных тряпок и в помине не было.

– Вот брючный костюм. А как тебе эта юбка с пиджаком? Дай-ка я тебе покажу, с какой юбкой это комплектуется. Померь вот это… – то и дело советовала она. – Или вон то.

Когда я поддалась на уговоры и решилась что– то примерить, она деликатно вышла из комнаты, дав мне спокойно переодеться.

Потом Лара доставила меня, или подбросила, если вам так больше нравится, с охапкой якобы деловых тряпок в Санта-Монику. Наступал вечер. Темнело. Когда мы ехали по авеню, усаженной пальмами, их силуэты темнели на фоне затухающего неба, и, глядя на них, я снова подумала, какие они высокие и худенькие. Иногда говорят, что люди похожи на своих собак. Ну, а жители Лос-Анджелеса похожи на свои растения.

Подбегая к дому, я заглянула в окно Майка и Шармэн. К моему величайшему изумлению, там было полно людей. Они сидели с закрытыми глазами в окружении мерцающих свечей. На самом деле, они были так неподвижны, что я даже засомневалась, дышат ли они. Меня охватила странная дрожь. Может, я присутствую на массовом ритуальном самоубийстве, какие практиковались в секте Джима Джонса «Народный храм»?

* * *

Пока меня не было, у Эмили приключились три приступа предпрезентационной истерики, и она перемерила все вещи из своего гардероба. Тряпки были разбросаны на кровати, на полу, на стульях, висели на телевизоре, а она ползала на четвереньках и в неистовстве перебирала их.

– Мне нечего завтра надеть! – Она даже не взглянула на меня.

– А те прелестные вещички, которые ты приобрела в субботу?

Она покачала головой:

– Я их ненавижу. Типичное не то.

И только тут она заметила мою стрижку.

– Господи Иисусе, да я тебя с трудом узнала. Ты такая красавица!

– Слушай. В соседнем доме происходит что– то странное.

– Полицейский рейд?

– Нет, у соседей с другой стороны. Их там куча, и все без движения. Они словно умерли. Может, вызвать девять-один-один?

– Они медитируют, – пояснила Эмили. – Каждую неделю во вторник вечером. Кстати, звонила твоя маман.

– Беспокоилась, как я тут, и настаивала, чтобы я ехала домой?

– Беспокоилась, как ты тут, и сообщила, что, если будет хоть еще один дождливый день, она свихнется и закончит свои дни в психушке.

– И ничего про мое возвращение домой?

– Ничего.

– Хорошо.

– Лара одолжила тебе костюм на завтра?

– Ага. – Я подняла блузку с пола. – Давай я помогу тебе все повесить обратно.

– Давай, – вздохнула Эмили, взяв в руки кучу вешалок. – У Лары отличная квартира, правда?

– Угу. – Я снова вспомнила названия тех порнофильмов и призналась: – Знаешь, Лара – первая лесбиянка из всех моих знакомых. По крайней мере, из тех, о чьей сексуальной ориентации я знаю.

– И моя тоже.

– Интересно… – Я запнулась и замолчала.

– Чем они занимаются в постели?

– Нет. Вообще-то да.

– Ну, думаю, всякие искусственные члены. Оральный секс. Господи, я сама никогда не смогла бы, – с отвращением сказала Эмили. – Все равно что облизывать скумбрию.

Я повесила еще пару вещичек и сказала:

– Но ведь мы все бисексуальны, так ученые говорят.

Эмили замерла с плечиками в руках и бросила на меня грозный взгляд.

– Нет, – твердо сказала она. – Даже и не думай.