Назад уже не вернешься - Эбби Глайнз

Через толпу протиснулся Джимми, он положил руку на бедро и лучезарно улыбнулся Нейту. Потом он посмотрел на меня и одобрительно кивнул. Это была наша большая семья. Пусть среди них нет наших сестер и матерей, но эти люди любили нас, и я знал, что они полюбят Нейта.

– Как вы думаете, я могу попросить автограф у Дина? – поинтересовалась медсестра.

– Идите и спросите у него. Вы подловили его в отличном настроении, – ответил я и понес Нейта обратно к его маме.

Блэр

Мне надо было выйти из дома. Раш не хотел, чтобы я куда-нибудь выносила Нейта, а раз уж я была его ходячим источником питания, мы не могли надолго расставаться. Нейт отказывался от соски. Я пыталась сцеживать молоко и кормить его из бутылочки, но ничего не вышло. Он хотел только мою грудь. Это, конечно, было мило. Но папочка просто помешался на безопасности своего отпрыска и злился на любого, кто хотел подержать его на руках.

Я начинала беспокоиться, что, когда пройдет шесть недель и мне можно будет снова заниматься сексом, Раш станет невыносимым. Надо было что-нибудь придумать, чтобы сбросить напряжение, иначе он мог просто взорваться.

Первую неделю оставаться дома было легко. Я уставала. Нейт плохо спал по ночам, так что днем мне было физически сложно куда-то выходить. Было неудобно оттого, что я не смогла пойти на похороны мистера Керрингтона. Вудс был моим другом и так неожиданно потерял отца. Я расплакалась, когда услышала об этом, но Раш заверил меня в том, что с Вудсом все будет в порядке. С мистером Керрингтоном я не была знакома, так что причиной моих слез мог быть только гормональный сбой, который еще называют послеродовой депрессией. Во всяком случае, так мне сказал доктор.

Неконтролируемые слезы закончились в тот день, когда я смогла без проблем надеть джинсы, которые носила до родов. Я зашла в детскую и целый час качала Нейта на руках, пока он спал. Доктор не одобрил бы меня. Я могла испортить мальчишку. Но порой трудно было отказать себе в таком удовольствии. Я хотела запомнить эти дни, ведь совсем скоро Нейт начнет сам бегать по дому.

Когда Нейту исполнился месяц, я заявила Рашу, что пришло время куда-нибудь нам с ним выйти. Раш согласился. В результате мы целый час паковали вещи и питание Нейта только для того, чтобы поужинать в клубе. К тому времени, когда мы вернулись домой, я так вымоталась, что начала сомневаться, стоило ли оно того. Мы могли оставаться дома, пока Нейт не отучится от груди. Стоило мне подумать об этом, и я сразу расплакалась. Такая я была плохая мать.

Раш взял Нейта и отнес его в кроватку, а я пошла принять душ. Я недосыпала. Мне надо было прекратить кормить Нейта по ночам, как советовал педиатр, но у меня не хватало силы воли, и я продолжала.

Я вышла из-под душа и встала перед зеркалом. Мои бедра после родов стали шире. И мне это нравилось. Я носила ту же одежду, что и до родов, но выглядеть стала иначе. Мое тело стало телом матери.

– Проклятье! Я все время стараюсь не смотреть на тебя обнаженную, потому что мне действительно трудно отказать себе, но, черт… ты великолепна.

Желание в голосе Раша сотворило чудо с моей самооценкой. Я хотела снова почувствовать себя привлекательной. Хотела снова заниматься сексом. До визита к доктору оставалось еще целых две недели. Я не была уверена в том, что смогу терпеть так долго.

Я развернулась и подошла к Рашу. Секс мне был противопоказан, но удовлетворять своего мужчину никто не запрещал. Я встала на цыпочки и прижалась губами к губам Раша, а потом укусила его за нижнюю губу. Мне надоело быть милой и романтичной. Я хотела быть плохой.

Я стянула с Раша рубашку и поцеловала его грудь, а затем стала опускаться все ниже и ниже. У него сбилось дыхание, он схватил меня за волосы, и я улыбнулась. Я расстегнула его джинсы и стянула вниз вместе с боксерами. Когда я увидела его вставший член, у меня потекли слюнки. Он был великолепен. Один вид меня заводил. Я просунула ладонь под основание члена и взяла головку в рот, а потом втянула его глубже, до самого горла.

– Вот черт, срань господня, Блэр! – застонал Раш и, чтобы устоять на ногах, прислонился спиной к дверному косяку.

Он крепче ухватил меня за волосы и удерживал в этом положении. Я отстранилась немного, и член выскочил у меня изо рта, и я начала дразнить языком головку. Раш сыпал проклятиями и стонал, но от этого я еще больше заводилась.

– Соси его, господи, пожалуйста, возьми его глубже, – умолял Раш.

Он опускал меня все ниже, пока головка его члена снова не достигла моего горла. Я задыхалась, но получала огромное удовольствие от стонов Раша. А Раш наслаждался, слыша, что я задыхаюсь. Я сама себя завела.

Я положила руку себе между ног и позволила Рашу самому контролировать, насколько глубоко его член входит в мой рот.

– Черт, детка, ты трогаешь себя? – тяжело дыша, спросил Раш и снова вытащил член у меня изо рта.

Я высунула язык, позволив головке соскользнуть с него, и кивнула.

Потом я шире открыла рот и смотрела Рашу в глаза, пока он снова вводил в меня свой член.

– Я хочу поиграть с твоей киской, – прорычал он. – Не кончай сейчас.

Я была уже на грани, что не могла пообещать ему это. Раш начал двигаться быстрее. Его дыхание участилось, ругательства стали грубее. Я готова была взорваться.

– Я должен кончить, – сказал Раш.

Он начал вытаскивать член у меня изо рта, но я схватила его за бедра и не выпустила.

– Блэр, детка, черт, если ты сейчас меня не отпустишь, я кончу тебе в горло.

Я не отпустила и начала сосать, чувствуя языком, как он напрягся. Раш изо всех сил вцепился мне в волосы. Я слышала, как внутри его нарастает рык, а потом первая теплая волна ударила мне в нёбо.

– Гребаная матерь божья, детка! Соси его, возьми его… да, возьми его. Будь оно все проклято, это невероятно! – сбивчиво говорил Раш, пока его тело судорожно дергалось в моих руках и у меня во рту.

От возбуждения у меня между ног стало мокро. Я снова потянулась туда пальцами, но тут Раш высвободил член. Он подхватил меня на руки, прошел через комнату и бросил на кровать. Я помнила, что нам пока нельзя заниматься сексом, но тогда мне было на это плевать. Я чувствовала, что у меня все зажило. После родов ничего не изменилось.

Раш раздвинул мои ноги и наклонил ко мне голову. Он быстро лизнул мою влажную промежность. Я задрожала, когда он приблизился к моему горячему входу.

– Я буду вылизывать эту сладкую киску, пока ты не начнешь умолять меня остановиться, – пригрозил Раш.

Его язык скользнул между моих половых губ, а потом пирсинг в языке щелкнул по клитору. Я любила, когда он так делал. Я схватила его за волосы и держала над клитором. Раш усмехнулся, и вибрация от его выдоха заставила меня застонать от наслаждения.

– Моя маленькая ненасытная девочка, – пробормотал Раш.

Он ввел в меня язык, одновременно массируя клитор подушечкой большого пальца. Мой первый оргазм был таким сильным, что я дернула Раша за волосы, а он зло застонал и продолжил меня ласкать.