Любовь Эшли - Алекс Стрейн

— То есть он силой пытался заставить меня выйти за него замуж.

Глаза Сэта расширились от изумления.

— Пожалуйста, не сжимай меня так сильно. — Эшли позволила себе поморщиться, и Сэт сразу же отпустил ее.

Он, похоже, только сейчас осознал, что причинил ей боль, и его губы страдальчески скривились. Он еще стоял, возвышаясь над ней, и Эшли осмелилась попросить его:

— Сэт, не мог бы ты сесть рядом, обнять меня, и тогда бы я все рассказала тебе по порядку? В противном случае я… я… — Она почувствовала подступающие слезы и поняла, что сейчас просто разрыдается.

Но Сэт все понял. Он сел рядом, прижал Эшли к себе. Эшли приникла к нему, спрятала лицо на его груди, поэтому, когда она начала говорить, ее голос звучал глухо.

— Мое имя Эшли Финч Джоансен. Финч — это фамилия моей матери, и, когда я убежала из дому, я решила, что будет безопаснее воспользоваться этим именем. Я сбежала накануне своей свадьбы с Джоном, потому что твердо решила, что не выйду за него. По большому счету этот брак пытались устроить мой отец и Джон. Поначалу я решила, что была для отца чем-то вроде долговременных гарантий в его финансовых отношениях с Джоном, но вся история оказалась намного запутаннее…

Поначалу рассказ Эшли звучал сбивчиво, потом она пришла в себя настолько, что сумела четко изложить все, как было. Сэт ни разу не перебил ее, не задал ни одного вопроса, и Эшли, которая давно уже перестала прятать лицо на его груди, старалась не смотреть на Сэта.

Она закончила свой рассказ, и некоторое время они сидели молча.

— Твоя история звучит как забойный триллер, — наконец подал голос Сэт, и Эшли не могла с ним не согласиться. — Что же мне теперь делать?! — вдруг раздраженно спросил он.

— О чем это ты?

— Твоя история подошла к концу. Из твоего рассказа я понял, что все, чего ты теперь желаешь в своей жизни, — это свобода и независимость. Эту мысль ты мне втолковывала с начала своего повествования до его конца… И сейчас ты освободилась от своего страха перед Джоном…

Эшли только хлопала глазами, пытаясь угадать причину раздражения Сэта, и он не на шутку взъярился, глядя на недоуменное выражение ее лица.

— Неужели тебя так напугали браком, что теперь мне придется до конца дней своих ходить вокруг тебя кругами, мучиться, глядя, как ты наслаждаешься этой своей свободой?! Я не согласен! Как ты смотришь на то… — его голос смягчился и упал почти до шепота, — что я присоединюсь к тебе в твоем свободном полете и мы воспарим с тобой вместе лет эдак… на пятьдесят?

— Ты делаешь мне предложение? — Эшли не верила своим ушам. — Если да, то оно самое необычное из тех, о которых мне доводилось когда-либо слышать.

Глаза Сэта блеснули.

— Это не предложение, Эшли. Это требование. Выходи за меня замуж, пока я окончательно не свихнулся.

— А ты любишь меня?

Он опять хотел сказать что-то ироничное, подходящее к их немного необычному разговору, но, заглянув в удивительные глаза Эшли, понял, что ирония сейчас будет неуместна. К его горлу подкатил комок, и он сипло произнес:

— Я люблю тебя, Эшли.

Он словно сердцем сказал эти слова. Именно это Эшли и увидела в его глазах. Она как-то робко улыбнулась Сэту.

— Я люблю тебя, Сэт. И я выйду за тебя замуж, любимый, и мы воспарим…

Последние ее слова были заглушены его неистовым поцелуем.

— …Я чувствовал, что у тебя есть какая-то тайна. Джим был человеком из твоего прошлого, из того прошлого, что ты усиленно скрывала от меня. Я был взбешен, а потом вдруг понял, что напугал тебя, и никак не мог придумать, как нам наладить наши отношения. У меня была всего одна цель — любым способом привязать тебя к себе, заставить тебя влюбиться. А потом ты сказала, что возвращается Марси, а ты уходишь, и я впервые почувствовал страх. Я придумал план обольщения, но все пошло наперекосяк, я увидел тебя с Марком и потерял контроль над собой… Я ревновал, — с хриплым смешком признался Сэт, — мне казалось, что у меня мозги плавятся, когда я видел, как ты все дальше отдаляешься от меня. Это было ужасно… А потом ты сама знаешь, что случилось. — Сэт скосил глаза на Эшли, прижавшуюся к его груди, и увидел, что она улыбается. — Все это было чертовски тяжелым испытанием для меня. Ты дала мне понять, что эта ночь ничего не значит для тебя, и я поклялся себе, что сделаю все, чтобы мы были вместе.

— Теперь и я могу признаться… Ты будешь смеяться, Сэт, но я пообещала себе то же самое. — Эшли потерлась щекой о его грудь и вздохнула.

— Первым лучиком надежды во всей этой беспросветной путанице чувств был твой телефонный звонок. Я не мог больше ждать и прилетел на день раньше. Я успел вовремя. — Сэт вздрогнул, представив, что могло случиться, если бы он опоздал.

— Это судьба, Сэт, — тихо проговорила Эшли, скользнув ладонью по его животу. — Ты — моя судьба, и я знаю это так же точно, как то, что безумно люблю тебя и никогда не устану доказывать это.

— Тогда тебе придется постараться, — пробурчал он.

— Не вижу никаких трудностей в осуществлении этого плана.

Сэт невольно застонал, когда Эшли начала претворять свой план в жизнь. Но смириться с ее активностью? Он не мог ей этого сейчас позволить. Может быть, позже…

— Ты понимаешь, что я был готов на что угодно, лишь бы ты была рядом?

— Ты преуспел в своих намерениях.

— Да, но чего мне это стоило! Ты была нужна мне — я понял это почти с первого мгновения, как увидел тебя. И я был очень осторожен в своих первых попытках привязать тебя к себе. Я боялся тебя спугнуть, но чувствовал себя при этом вулканом, готовым к извержению в любую минуту. Особенно когда ловил этот беспомощный взгляд твоих непостижимых глаз.

«Непостижимые глаза» Эшли затуманились при этих воспоминаниях.

— Да, мне нравится то, что я вижу в них. Сейчас… — пробормотал Сэт, наклоняясь к ней. Когда до ее губ осталось всего несколько миллиметров и они призывно раскрылись ему навстречу, он прошептал. — Ты все еще ведешь счет?

Эшли захотелось стукнуть его за это поддразнивание и промедление, но она улыбнулась.

— А если да?

— Тогда уже сегодня ты собьешься со счета… — хрипло прошептал Сэт и прильнул к ее губам…

— Мне хотелось бы поговорить с отцом, прежде чем состоится наша свадьба. Я хочу рассказать ему все то, что случилось со мной, — позже сказала ему Эшли.

— Скажешь ему, как он ошибался?

— И это тоже. Ведь еще осталась моя сестра, Сью. Он должен сделать выводы, чтобы и она не пострадала…