Ночные объятия - Шеррилин Кеньон

Но никто из них не знал, что Спирр был готов бежать, пока ждал встречи со своей невестой.

— Клянусь, парень, ты пуглив, как жеребенок, — со смехом прошептала его тетя.

— Ты вела себя также, Ора, — поддразнил ее дядя. — Я помню, как твой отец грозился связать тебя, если ты не прекратишь ерзать, пока наши родные связывали нас браком.

— Да, но я была намного моложе, чем он.

Тетка положила свою мягкую руку на его плечо.

Спирр глубоко вздохнул, когда молодая девушка вышла вперед, чтобы встать перед ним.

— Моя дочь Дейдре, — сказал король Лльюд.

Она была красива. Это было первой мыслью Спирра. С волосами, такими золотыми, каких он никогда не видел, и голубыми глазами, нежными и добрыми.

Но она не могла сравниться с его Ниньей. Никакая женщина не могла даже близко сравниться с ней.

Спирр инстинктивно шагнул назад. Его дядя подтолкнул его вперед. Дейдре улыбнулась маняще. Ее взгляд был теплым и благосклонным.

Он снова отступил назад.

На сей раз тетя подтолкнула его к невесте.

— Что ты должен сказать ей, парень?

— Я…, — Спирр знал слова, которые свяжут их.

Он репетировал их постоянно. Но сейчас они застряли в его горле. Он не мог дышать.

Он снова шагнул назад, и снова дядя и тетя подтолкнули его, к ней и судьбе, которая внезапно показалась ему мрачной. Холодной.

— Спирр, — сказал дядя с предупреждением в голосе. — скажи эти слова.

Сделай это, или ты потеряешь все,

Сделаю это, и я потеряю Единственную.

Мысленно он видел боль в глазах Ниньи, видел слезы, которые она пыталась скрыть.

Спирр сжал зубы и решительно выдвинул челюсть.

— Я не сделаю этого.

Он развернулся и покинул зал, слушая изумленные вздохи, пока шел к двери и дальше, в деревню.

Несколько мгновений спустя его дядя и тетя бросились за ним. Он был на полпути к своей лошади, когда дядя схватил его за руку и заставил остановиться.

— Что с тобой случилось? — спросил он требовательно.

— Спирр? — спросила тетка более мягко. — Почему?

Он обернулся назад, потом опять взглянул на них, подбирая слова, чтобы заставить их понять то, что было в его сердце.

— Я не женюсь на ней.

— О да, ты женишься, — серьезно сказал Идиаг. Его темные глаза обжигали огнем. — Теперь возвращайся назад и заверши обряд.

— Нет, — упрямо ответил он. — Я не женюсь на ней, потому что люблю другую.

— Кого? — в унисон спросили они.

— Нинью.

Они обменялись хмурыми взглядами.

— Кто, к черту, такая Нинья? — спросил дядя.

— Дочь торговца рыбой? — спросила тетя.

Эти два вопроса прозвучали сразу. Пока до его дяди не дошел комментарий Оры.

— Дочь торговца рыбой? — переспросил он.

Дядя замахнулся, чтобы дать ему затрещину, но Спирр перехватил руку и впился в него глазами. Дни, когда Идиаг мог наказывать его, закончились.

— Ты сошел с ума? — вырвал он руку. — Сколько ты знаешь ее?

Тэлон напрягся, ожидая приговора Идиага. Без сомнения, теперь они вышлют его из клана, как поступили с его матерью.

Ничто не имело значения.

Нинья была единственным человеком, кто всегда по-настоящему принимал его.

Он не мог подвести ее, женившись на другой, и вынудив ее вернуться к ее нищей жизни.

Он отказывался стариться без нее.

— Я знаю, что вы не понимаете меня, и я знаю, что должен пойти сейчас и жениться на дочери Галлии. Но я не могу. — Он посмотрел на тетку, надеясь, что хоть кто-то поймет его состояние. — Я люблю Нинью и не хочу жить без нее.

— Ты молод и глуп, — сказал дядя. — Как и твоя мать, ты позволяешь своему сердцу управлять собой. Если ты не в состоянии сделать это, то никогда не загладишь позор своей матери. Ты будешь не более чем осмеянным сыном шлюхи. А теперь возвращайся в зал и женись на Дейдре. Сейчас же!

— Nae, — твердо ответил он.

— Помоги мне, Спирр, если ты не в состоянии сделать этот шаг, тебя за это вышлют.

— Тогда высылайте.

— Nae, — тетя вмешалась в их спор.

Ее взгляд стал далеким и отсутствующим, каким становился всегда, когда она заглядывала в потусторонние миры.

— Это воля богов, Идиаг. Посмотри в его глаза. У Ниньи с ним духовная связь. Они предназначены друг другу.

Идиаг с досадой выругался.

— Для нашего клана это мог быть сильный альянс, — горько пробормотал он. — Это было бы гарантией мира между нашими народами, и того, что никто не оспорит наследственных прав Спирра. Но я не буду спорить с желаниями богов.

Он погладил Спирра по руке.

— Иди, Спирр. Иди и предъяви свои права на Нинью, а я сделаю все зависящее от меня, чтобы спасти ситуацию и надеюсь, что смогу предотвратить войну.

Спирр мигнул в недоверии. Первый раз в его жизни его дядя проявил к нему доброту и милосердие.

— Ты хочешь сказать именно это?

Идиаг прищурился:

— Парень, лучше тебе уйти до того, как здравый смысл вернется ко мне.

Спирр криком выразил радость, когда помчался к лошади. Потом вернулся обратно и обнял родственников:

— Спасибо. Спасибо вам обоим.

Он подбежал к лошади и, вскочив на нее, сжал ее бока пятками и направился к своим землям.

Он мчался через лес с бешенной скоростью. Его черный жеребец летел через запутанный подлесок и поля, и земля вылетала из-под его копыт. Солнечный свет прорывался через деревья, пятнами ложась на его одежду, а он понуждал коня бежать еще быстрее.

Он должен был добраться до своей Ниньи…

Нинья вздохнула, когда мать вручила ей старую изодранную корзину с десятью противно пахнущими рыбами.

— Я должна отнести это?

— Твой брат ушел по поручению, а они хотят рыбу немедленно. Теперь иди, детка. Я больше не потерплю споров с твоей стороны.

Нинья сцепила зубы и взяла корзину. Как она ненавидела это. Она предпочла бы быть избитой, чем отправиться в дом кузнеца, где несомненно Эала ждала доставку. Одного с ней возраста, Эала была дочерью кузнеца, но вела себя так, как будто происходила из линии столь же благородной, как и Спирр.

Девушка получала большое удовольствие, оскорбляя Нинью. А сегодня Нинья была не в том расположении духа для этого. Не сейчас, когда ее сердце кровоточило от потери Спирра.