Жемчужина Сиднея - Паола Маршалл

— Тебя что-то тревожит, Том? — спросила Эстер.

Они играли в шахматы. С физическими упражнениями давно было покончено. Теперь Эстер с трудом носила свой огромный живот.

Прекратились шумные игры на свежем воздухе, поездки в каменоломни или на прочие предприятия Сиднея, где все давно уже привыкли видеть рядом с Томом маленькую миссис Дилхорн. Впрочем, Эстер не жаловалась: мужество, приобретенное за месяцы нищеты, не позволяло ей упасть духом.

Том придумывал для нее развлечения, не требующие усилий. Они играли в карты; Том показывал ей фокусы и раскрывал их секреты. По вечерам Эстер читала ему вслух. Он продолжал советоваться с ней по всем деловым вопросам.

— Как вы выросли, миссис Дилхорн, — заметил Том однажды вечером. — Теперь вы не просто жена.

Это была цитата из пьесы, которую они читали накануне.

— Ты мой партнер, и должна разбираться в делах. Ты можешь заниматься ребенком, но ни в коем случае не посвящай ему всю свою жизнь, потому что ребенок вырастет, и что у тебя останется?

В последнее время Том начал настойчиво требовать, чтобы она была в курсе всех его дел. Однажды Эстер услышала, как Джозеф Смит просит Тома не взваливать столько забот на беременную жену.

— Ей-богу, парень, — ответил Том, — если со мной что-нибудь случится, я не хочу, чтобы она попала в число тех невежественных и глупых вдов, которых мошенники так часто обводят вокруг пальца.

Неужели он опасается за свою жизнь, но почему? Эстер не решалась спросить у него прямо, потому что верила: в более подходящее время он с ней поделится, как это часто случалось раньше.

Том взглянул на нее.

— Устали, миссис Дилхорн?

Эстер покачала головой.

— Не более чем обычно.

Чутье Тома не обмануло. Он был уверен, что Эстер заметила перемену в его поведении после покушения, но не решался сообщить ей об угрозе.

Вместо этого он пробормотал.

— Может, пора перейти к Гиббону?

Эстер с улыбкой согласилась и взяла тяжелую книгу, лежащую рядом с ней на столе. Она начала читать ему «Закат и падение Римской империи», и Том заметил, что цинизм Гиббона сродни его собственному. Они выросли в мире, где одним людям приходилось жить в приграничных поселениях, чтобы остальные могли наслаждаться роскошью.

Хотя Том и ожидал очередного нападения, оно застало его врасплох. Он засиделся допоздна у Уилла Френча и торопился домой к Эстер.

Немощеные улицы Сиднея были погружены во тьму, и Том заметил нападавших только в последнее мгновение. Он так и не узнал, сколько их было — вероятно, двое или трое, и лишь чудом успел увернуться от удара дубиной, который мог бы оказаться для него роковым.

Наполовину оглушенный, Том ринулся вперед и использовал пару приемов, которым выучился у живущих в Сиднее японцев.

Ребром ладони он рубанул хозяина дубины по горлу с такой силой, что тот беззвучно свалился на землю. Затем, развернувшись, лягнул второго головореза в пах. Парень завизжал, как поросенок, и согнулся пополам.

Уже теряя сознание, Том прислонился к стене ближайшего дома. Третьего убийцу, если он там был, видимо, спугнули голоса припозднившихся гуляк, возвращающихся из заведения мадам Фебы. Офицеры семьдесят третьего полка ковыляли к своим казармам, шатаясь из стороны в сторону и распевая песни.

Один из них заметил Тома, сидящего у стены.

— Ей-богу, это Дилхорн, — объявил Паркер. — Пьяный, что ли?

— На него не похоже, — возразил Пат Рамси, наклонившись и взглянув в помутневшие глаза Тома.

— Я не пьян, я ранен, — прохрипел Том. — Помоги, Рамси.

— Боже правый, здесь еще один, — заметил майор Мензес, презрительно толкнув ногой парня с перебитым кадыком.

— Их двое, не меньше, — пробормотал Том, тяжело опираясь на Пата Рамси.

— Двое! — воскликнул Пат. — Где же другой?

Юный Осборн отыскал второго, а майор Мензес осмотрел его.

— Он чуть не убил обоих, — протянул Мензес, вставая. — Тот говорить не сможет, а этот, считай, евнух. Чем ты его стукнул, Дилхорн? Кирпичом?

Паркер подобрал дубину, а Пат усадил Тома на невысокую ограду.

— У него голова разбита и левое плечо, — сообщил он. — Вот, Осборн, поддержи его. А я хочу посмотреть, что Дилхорн с ними сделал.

Пока один из молодых офицеров бегал за стражей, Пат осмотрел жертв Тома.

— Просто ради любопытства, Дилхорн, чем же ты их ударил?

Том посмотрел на Пата. Он был слегка контужен, один глаз уже заплыл, а на лице проявились следы ушиба.

— Рукой… чуть не сломал ее, и ногой… — Он указал на носок своего начищенного ботинка.

— Давайте отведем его к мадам Фебе, — предложил Осборн.

— Нет! — воскликнул Том. — Домой. Эстер волнуется. Двуколка за углом, я смогу править.

— Она разволнуется еще сильнее, если тебе придется править лошадьми в таком состоянии, — возразил Пат, решив воспользоваться возможностью увидеть изнутри виллу Дилхорнов. — Мы с Паркером отвезем тебя.

— Я тоже с вами, — добавил Осборн.

— Нет, парень, места не хватит, — ответил Пат. — Но позже мы тебе все расскажем.

Увидев, как наполовину оглушенный Дилхорн разделался со своими врагами, Рамси зауважал его еще сильнее. Этот глупец Джек Кэмерон еще легко отделался.

Они подъехали к вилле Дилхорнов часа в два ночи. Том передал Пату ключи. За дверью их поджидал Миллер с пистолетом в руке и встревоженная Эстер, держащая подсвечник. Двое офицеров помогли Тому войти в прихожую.

— Том, что случилось? — резко спросила Эстер, подозрительно поглядывая на Стивена Паркера и Пата.

Том поднял голову.

— Я не пьян, — с трудом произнес он. — Я обещал тебе, помнишь? — Эта маленькая речь отняла у него столько сил, что ему пришлось навалиться на Рамси всем своим весом. — На меня напали. Друзья отвезли меня домой.

Паркер не сводил глаз с Эстер. На ней было розовое шелковое кимоно с кремовыми и желтыми ирисами. От слабости ее лицо казалось прозрачным, но оставалось таким же красивым и полным сочувствия.