Случайная мама - Роуэн Коулман

Тесс снова вздохнула.

— По-моему, вы немного нервничаете, — сказала Софи с ноткой обвинения в голосе.

Тесс поджала губы.

— Ну так, — сказала она, заморгав, — сегодня же воскресенье. День, который во многих странах считается выходным. Просто в своих многочисленных сообщениях вы так настаивали на встрече со мной, что я пришла. И теперь я здесь, к вашим услугам. — Тесс даже не пыталась скрыть свое раздражение, что Софи сочла весьма непрофессиональным.

— А вы попробуйте завести двоих детей. Выходные? Какие выходные? Выходных здесь не бывает, — сказала Софи, приподняв загустевшую бровь. Она жестом показала Тесс проследовать за ней в кухню, открыв дверь.

— Значит, вы хотите знать, почему я попросила вас прийти сегодня, — сказала Софи.

— Сгораю от нетерпения, — резко ответила Тесс. — Слушайте, если вы хотите сказать, что передумали насчет того, чтобы присматривать за девочками до появления Луиса, то так и скажите. Эту приемную семью мы уже потеряли, так что мне придется предупредить…

— Сколько, вы сказали, вы будете разыскивать Луиса? — спросила Софи, сожалея о том, что солнце не светит Тесс прямо в глаза.

— Ну. — На лице Тесс отразилась неловкость. — Пару недель… самое большее — три или четыре.

— Да, так вы сказали мне, — возразила Софи. — Довольно забавно, потому что миссис Стайлс вы сказали, что это займет несколько месяцев.

Тесс тут же заволновалась.

— Ах да, конечно. Просто я сказала ей то, что она хотела услышать. Поверьте, мы уже сделали все, что в наших силах, — слабо запротестовала она. — Насколько нам позволяют ресурсы и время. И потом… — Она запнулась под ледяным взглядом Софи. — Уверяю вас, что мы сделали все возможные… э-э-э… дела, чтобы…

— Так, — оборвала ее Софи. — Значит, вот чем вы на самом деле занимаетесь? Кормите людей россказнями о том, что они хотят услышать, вместо того, чтобы говорить им правду, Тесс? Миссис Стайлс вы говорите, что это займет несколько месяцев, чтобы она не переживала из-за того, что Луис украдет у нее внучек, а мне вы говорите, что это займет всего несколько дней, чтобы я поработала бесплатной няней. И это, по-вашему, этично?

— Послушайте… — начала Тесс. — Здесь все дело в порядке очередности, и первоначально я не думала, что мы будем разыскивать Луиса столько времени… но, учитывая административные сложности и межправительственное сообщение…

— Да все в порядке, можете унять своих социальных работников. Вам больше не нужно разыскивать Луиса, блин, Грегори, — сказала Софи, наслаждаясь своим триумфом.

— Не нужно? — заморгала Тесс.

— Нет, не нужно, потому что его нашла я. Точнее, нанятый мной частный детектив. Это заняло две недели. И оказалось очень просто. — Софи поймала себя на том, что плотно сжала губы, чтобы ненароком не показать Тесс язык, приговаривая: «На-на-на-на!» на манер Иззи. — Он возвращается, чтобы «забрать девочек». — Софи произнесла последние слова его низким хрипловатым голосом. — Как будто они — его собственность.

— О, — снова вымолвила Тесс, жутко пристыженная молодой женщиной. — Что ж, это меняет дело.

— Да, только в какую сторону? Так, может, вы скажете мне теперь, почему солгали насчет розысков Луиса, или отложим это до другого раза? Может быть, до официального слушания жалоб? — ледяным тоном сказала Софи. — Потому что мне, видите ли, кажется, что вы обязаны были сказать мне правду. Я почему-то решила, что это входит в круг ваших обязанностей.

Тесс сжала рот в куриную гузку.

— Я и сказала вам правду — по большому счету. Слушайте, им же нужно было где-то жить, и вы, кажется, были не против, чтобы Луис объявился как можно скорее… вот я и позволила вам делать собственные выводы. Дело в том, что…

— Мои собственные выводы! — воскликнула Софи, но, вспомнив, что дети находятся в соседней комнате, сделала глубокий вдох и снова сбавила тон. — Вы мне солгали. Подозреваю, что это — грубое нарушение профессиональной этики.

Тесс ответила не сразу.

— Дело в том, что я поступила так, как было лучше для Иззи и Беллы. И я не лгала вам. Не совсем лгала. — Она робко улыбнулась Софи. — Я ведь знаю, что вы не меньше моего желаете этим детям добра. Разве не так?

Софи обдумала вопрос и обнаружила, что это так.

— Разумеется, — ответила она, кинув взгляд в кухонное окно поверх ряда крыш и телевизионных антенн, заслонявших горизонт. Потом снова посмотрела на Тесс и примирительно улыбнулась. — О’кей. Давайте забудем об этом. Пока. Главное — чтобы вы все-таки делали свою работу.

— Разумеется, — сказала Тесс, изо всех сил стараясь не обижаться.

— Вы должны проверить Луиса и удостовериться в том, что он будет подходящим отцом этим девочкам. Вы должны проверить и перепроверить все, чем он занимался в течение последних трех лет.

— Конечно, — сказала Тесс. — Это само собой разумеется.

— А что, если он им не понравится… что тогда?

Тесс ответила без колебаний:

— Мы должны сделать все возможное, чтобы их примирить.

Софи кивнула. Вот оно — очередное отсутствие плана Б.

— Думаю, лучше, если это попытаетесь сделать вы, — быстро проговорила Софи, отвратив свой взгляд от Тесс.

— Что сделать? — спросила Тесс.

— Рассказать им… ну, про то, что Луис скоро вернется. — Софи искоса взглянула на нее. — Вас ведь этому учили? Объяснять всякие там вещи по поводу пропавших отцов и все такое прочее?

Тесс вздохнула, понимая, что это — самое меньшее, что она может сделать.

— Хорошо, — сказала она. — А вы будете при этом присутствовать?

Софи закатила глаза.

— Естественно. — На самом деле, «естественным» это стало только сейчас. За последние сутки с ней произошло что-то странное — то, чего с ней не случалось никогда. Когда она думала про девочек и про то, что их ждет, у нее начинал болеть живот и ее обуревала сильнейшая тревога, как будто земля, на которой она некогда так прочно стояла, начинала уплывать у нее из-под ног. Интересно, думала она, неужели в ней впервые в жизни пробудилась интуиция, и появилась она в связи с Луисом Грегори? Может быть, ее столь редко пробуждавшаяся женская интуиция действительно дремала где-то внутри нее, и теперь она резко проснулась и подсказывала, что ей следует быть осторожной?

Поэтому перед приходом Тесс Софи долго сидела на унитазе, сосредоточившись на новом ощущении. И она поняла, что за изумительно короткий срок почувствовала полную ответственность за детей Кэрри. И пришла к выводу, что боль в животе — это следствие настоящего страха. Она понимала, что так или иначе окажется причастной к тому, как сложится вся их дальнейшая жизнь, и что на нее — по крайней мере, отчасти — ляжет ответственность за то, будут ли они счастливы. Софи закрыла глаза и попыталась представить себе Кэрри в тот последний раз, когда видела ее, когда она садилась в поезд на вокзале Пэддингтон, пока не увидела, что она ей улыбается, и Софи улыбнулась ей в ответ, сидя на унитазе.