Очаруй меня - Джоанна Линдсей

Алфрида принесла ей обед, и они поели вдвоем.

– Он полюбил тебя после того, как ты провела с ним ночь? – спросила горничная еще до того, как поставила поднос на маленький столик.

Брук, сидевшая на козетке, вздохнула:

– Он поцеловал меня несколько раз, но нашел для этого невероятное объяснение.

– Какое же?

– Он слышал, как наши лошади спаривались прошлой ночью, и это, очевидно, возбудило его похоть.

– И ты не воспользовалась этим?

– Я пыталась, – промямлила Брук, но тут же призналась: – Он остановился, заявив, что если возьмет меня, я никогда не уберусь из Россдейла.

Алфрида рассмеялась, чем заработала яростный взгляд Брук. Горничная сделала вид, будто закашлялась, после чего уверенно заявила:

– Ты должна была понять, что это шутка.

– В таком случае какова же была истинная причина? Я не поняла.

– Возможно, твой волк более благороден, чем кажется, и просто не хотел, чтобы твое посвящение в восторги брачной постели состоялось в какой-то грязной каморке. И поскольку он все еще надеется спровадить тебя, он ни за что в этом не признается, не так ли?

– Может быть, – неохотно согласилась Брук, вспоминая собственные мысли, которые пришли ей в голову прошлой ночью. Она посчитала благородным поступком то, что он загородил ее от ветра.

– Теперь, когда он достаточно излечился, чтобы помчаться тебя искать в бурю и дождь, я считаю его героем…

– Не приписывай ему мотивы, которых нет, – перебила Брук. – Он сделал это по собственным соображениям и не более того.

Алфрида упорно покачала головой.

– В любом случае нужно найти способ проводить с ним время. Твой план еще может сработать, он просто пока еще ни о чем не подозревает. Я видела, как он пошел к конюшням. Может, присоединишься к нему, когда поешь? Он знает, как сильно ты любишь лошадей?

– Я говорила о конеферме. Но это хорошая идея и…

Она услышала, как Доминик в коридоре зовет Вулфа. Значит, он уже вернулся.

– Так или иначе, я, возможно, начну упрекать его за то, что он не отдыхает. Завтра дождусь, когда он спустится в конюшни, и тоже туда пойду.

– Или поезжай вместе с ним, если он захочет размять своего жеребца. Он может даже сам тебе это предложить, боясь, что ты снова заблудишься.

– Он уже сказал, что на прогулки я должна брать с собой лакея, – фыркнула Брук.

– Так скажи, что будет куда приличнее, если он сам станет тебя сопровождать. Ты же его невеста. Будь твердой: он или никто.

– А ты знаешь, что это такое – быть с ним настойчивой? – усмехнулась Брук. – Все равно, что лаять на ветер. И то, и другое бессмысленно.

– Из-за тебя я начинаю терять надежду, куколка. Знаю, гора между вами кажется непреодолимой, особенно теперь, когда он винит твоего брата не только в смерти своей сестры, но и в смерти ее ребенка. Жаль, что ты узнала обо всем, когда прочитала дневник.

– Мне тоже, – с досадой проговорила Брук.

Когда Алфрида поймала ее за чтением дневника, Брук рассказала о последних строчках. В тот день Алфрида снова предложила ей сделать любовное зелье, чтобы, по крайней мере, избавиться хотя бы от неприязни Доминика и сразу перейти к более приятным особенностям брака. Но Брук отказалась. Она хотела, чтобы Доминик действительно полюбил ее, а не просто думал, будто любит.

– Тебе стоило послушаться меня, – напомнила Алфрида о том разговоре. – Ситуация гораздо сложнее, чем мы сначала думали, а это требует чрезвычайных мер. Я варю тебе это зелье.

– Но мне нужно не его вожделение.

– Любовь и вожделение идут рука об руку, – возразила горничная и, встав, направилась к двери. – По крайней мере, ты всегда будешь иметь его при себе, на случай, если в нем возникнет необходимость и ты посчитаешь, что оно будет полезным.

Брук так и не отдохнула после вчерашнего тяжелого испытания и легла спать в сумерках. Было совсем темно, когда ее разбудил громкий вой. Она зажгла прикроватную лампу и взглянула на карманные часы. Половина одиннадцатого. Она схватила халат и поспешно направилась к комнате Доминика, проверить, там ли он, но никак не решалась постучать. Если он там, как она объяснит свое вторжение? Но если его там нет? И это он воет на пустошах? Ну, разумеется, этого не может быть.

Брук постаралась отделаться от дурацких ночных мыслей. Это всего лишь глупый слух, но она хотела опровергнуть его раз и навсегда, и не только ради собственного удовольствия, но и ради того, чтобы задушить сплетни.

Наконец она очень тихо постучала и стала ждать. Дверь чуть приоткрылась. В коридор выглянул Эндрю, который немедленно сообщил:

– Он пошел на прогулку, миледи.

Прекрасно! Именно это она и не хотела слышать – поддержку глупых слухов!

– Вы слышали этот жалобный вой?

– Деревенские псы бежали в ту сторону, – ответил он.

Это так? Или слуги привыкли изобретать причины странного поведения лорда?

– А где обычно гуляет его светлость?

– Идет в сторону деревни. Часто посещает паб, когда не может заснуть.

Она поблагодарила Эндрю и вернулась к себе, но не в кровать. Паб, вот как? Может, у него там любимая служанка?

Брук была уязвлена тем, что он обращается к другим женщинам. А не к ней. Сначала бывшая любовница, теперь трактирная служанка?

Желание лечь спать куда-то подевалось. Она оделась и вышла из дома, решив сама все проверить.

Была прекрасная летняя ночь, и широкую тропу, ведущую в деревню, заливал лунный свет. Довольно скоро Брук оказалась в деревне и увидела единственное ярко освещенное здание, из окон которого доносился шум. Она направилась туда, но остановилась у окна, чтобы заглянуть внутрь. И тут же увидела Доминика. Его легко было заметить: он был выше всех в комнате. С ним были Гейбриел и еще с полдюжины мужчин.

Он был одет совсем просто и даже не походил на лорда. Да и вел себя не как лорд. Это была новая сторона волка, которую она видела и которая ее крайне заинтересовала. Как и другие посетители, он пил и смеялся и, господи боже, даже пел! Это было удивительно, но казалось, что местные жители любят его и чувствуют себя с ним вполне непринужденно. Когда Доминик неожиданно испустил дикий вой, остальные последовали его примеру и скоро все громко смеялись.

Брук широко улыбнулась. Нет, слух насчет того, что он волк-оборотень вовсе не беспокоит его. Да и вряд ли когда-либо беспокоил. Интересно, что из того, что он наговорил о себе, было правдой, и что он насочинял, чтобы прогнать ее?

Хорошо, что он не флиртует с женщинами!

Она отвернулась от окна, собираясь отправиться обратно в Россдейл, но ахнула, столкнувшись с каким-то мужчиной.