Калейдоскоп смерти - Си Цзысюй

Оказавшись на месте, Линь Цюши, как и вчера, незаметно проник внутрь и остался наблюдать, как ученики после уроков радостно расходятся по домам с рюкзаками, полными учебников. Сегодня пятница, значит, многие из них завтра отдыхают, и, по сравнению с другими днями, дети чувствовали себя немного счастливее. Чем младше человек, тем проще его счастье, какие-то короткие выходные могут зажечь на лице ребёнка улыбку, яркую как подсолнух.

Прогуливаясь по кампусу, Линь Цюши добрался до спортплощадки, где они условились встретиться с Жуань Наньчжу.

 Он сел на лавочку, достал из кармана конфету и отправил в рот. Несколько предыдущих дней с наступлением ночи его охватывало волнение, но сегодня, зная, что встретится с Жуань Наньчжу, Линь Цюши пребывал в спокойствии, даже в радостном ожидании.

Стрелки на часах показали полночь, и атмосфера вокруг стремительно изменилась.

С противоположной стороны площадки показался силуэт Жуань Наньчжу. Приближаясь, тот помахал Линь Цюши рукой.

Линь Цюши встретил его с улыбкой, и они снова взялись за руки.

Эта ночь обещала быть ещё более опасной, ведь двери Линь Цюши и Жуань Наньчжу накладывались друг на друга, а значит, нападения тварей должны удвоиться.

Впрочем, в каком-то смысле это оказалось не так уж плохо. Поскольку одна из тварей, о которой Линь Цюши очень беспокоился, а именно хозяйка масляных ламп, столкнулась с демоницей из другой двери Жуань Наньчжу.

Это получилось совершенно случайно, они едва успевали уносить ноги от хозяйки, но в какой-то момент вдруг обнаружили, что женщина прекратила погоню за ними. А когда забрались на возвышенность и посмотрели вниз, увидели, что хозяйка ламп схлестнулась с клубком спутанных волос.

— Что всё это значит? — Линь Цюши, стоя на крыше учебного корпуса и глядя вдаль, просто остолбенел от этой картины.

Волосы, словно живые, крепко опутали тело женщины, так что она не могла рубить их своим тесаком, и только каталась по земле, издавая гневный рёв.

— Кажется, это тварь из одной моей двери, — заключил Жуань Наньчжу, — волосяной монстр, который имеет счёты с женским полом. Особенно меня невзлюбил.

— Тебя? Но ты же мужчи… — Линь Цюши запнулся, вспомнив, что Жуань Наньчжу частенько ходил за дверь в женском наряде.

Жуань Наньчжу, очевидно, понял, что тот хотел сказать, бросил на него взгляд, но промолчал.

Тогда Линь Цюши развёл руками:

— Видимо, у волосяного монстра со зрением не очень.

Кто из тварей одержит победу, Линь Цюши предполагать не решался. Жуань Наньчжу прошёл через огромное множество дверей, и теперь, когда все двери перемешались, школьный кампус практически превратился в демонический парк развлечений; даже просто прохаживаясь по дороге, можно было заметить высовывающиеся из-под земли бледные руки, которые пытались их куда-то утащить.

Глядя на всё это, Линь Цюши спросил Жуань Наньчжу:

— Сколько же дверей у тебя было?

— До встречи с тобой я ходил за двери примерно раз в три дня. Посчитаешь?

Линь Цюши:

— …

А, ну это не так уж много, всего-то… несколько сотен или около того.

И вот, все они собрались здесь. Остановившись на перекрёстке школьных тропинок, мужчины увидели впереди жуткую куклу в красном платье, при этом позади них в воздухе парила женщина в белом, справа тянулись из-под земли руки, и только слева никто не преграждал путь, но возникший будто из ниоткуда могильный камень выглядел очень подозрительно.

В результате Линь Цюши и Жуань Наньчжу решили не выбирать дорогу, а остаться на месте и подождать, пока кто-нибудь из тварей не решит напасть.

Вначале подобные картины пугали Линь Цюши, но потом он привык. Они бежали от смерти, выбиваясь из сил, и даже не решались приближаться к зданиям учебных корпусов. Приходилось отдыхать под деревьями, разумеется, перед этим убедившись, что над головой не качается висельник или вроде того.

Но один небольшой плюс всё же имелся: тварей набежало огромное количество, но качественным уровнем они похвастаться не могли, ведь почти все двери, через которые проходил Жуань Наньчжу, были низкоуровневыми. Если бы он всё-таки ходил за двери выше шестого уровня, Линь Цюши подумал, что им бы не пришлось бегать, можно было бы спокойно сидеть и ждать смертного часа.

— Устал? — Линь Цюши спросил Жуань Наньчжу.

— Более-менее, — тот вытер пот с лица и посмотрел на время. — Ещё два часа.

Помолчав, Линь Цюши усмехнулся:

— Вообще-то… мне не так уж сильно хочется, чтобы поскорее рассвело.

Когда настанет рассвет, Жуань Наньчжу исчезнет из его мира.

Жуань Наньчжу тоже рассмеялся.

Они только успели перевести дыхание, как в здании за ними загорелся свет и чей-то голос позвал:

— Цюши…

Улыбка тут же застыла на лице Линь Цюши. Голос принадлежал взрослому Жуань Наньчжу, низкий, с хрипотцой, очень красивый.

Жуань Наньчжу тоже услышал собственный голос и перевёл взгляд к учебному корпусу, явно не слишком обрадованный.

— Цюши… Цюши… — продолжал звать голос Жуань Наньчжу. — Это самозванец, будь осторожен…

Линь Цюши посмотрел на юного Жуань Наньчжу рядом с собой, взгляд которого сделался злодейским.

— Линь Цюши, — сказал он, — как ты мог не разглядеть, что я — самозванец?

Линь Цюши:

— …

Жуань Наньчжу приподнялся на цыпочках, легко укусил Линь Цюши за губу и добавил:

— Ну что, хочешь его спасти? Тогда тебе придётся что-то отдать.

Линь Цюши, глядя ему в глаза, вздохнул:

— И чего же ты хочешь?

— Я? Конечно же, тебя…

Линь Цюши подхватил Жуань Наньчжу на руки, словно милую фарфоровую куклу.

— Ты поднимаешься на цыпочки, чтобы меня поцеловать. И ещё заявляешь, что хочешь меня?

Жуань Наньчжу скрипнул зубами:

— Взбунтоваться решил?! Поставь меня на землю…

— А вот и не поставлю, — улыбнулся Линь Цюши. — Ты же хотел, чтобы я чем-то заплатил? Так это и есть моя плата.

— Ты так изменился!

— Ты даже в такой момент успеваешь ломать комедию. Не боишься, что я на самом деле могу усомниться в том, настоящий ты или нет?

Жуань Наньчжу фыркнул:

— У него такой ужасный голос, как он может принадлежать мне? Если бы ты правда ему поверил, я бы…

— Ты бы — что?

Жуань Наньчжу прислонился к уху Линь Цюши и прошептал:

— Я бы жёстко тебя трахнул.

Глядя на совсем юного Жуань Наньчжу в своих объятиях, Линь Цюши наконец не выдержал, его плечи неистово задрожали от рвущегося