Скелет из шкафа - Алина Кускова

Но, как ни странно, Туровский приехал не с профессором, а именно с женой Василия.

Светлана выглядела шикарно. Никогда еще она не трудилась над своим обликом так продуманно и тщательно, как сегодня, в этот торжественный для собравшихся день.

— Всем привет! — Туровский прошел к столу, ведя за собой Светлану.

— А! Это вы! — радостно вскричала Клементина. — Наконец-то! Как я рада! Сейчас чай с вишневым вареньем будем пить!

— Мы знакомы? — рассеянно пробормотала Светлана, не сводя глаз с ничего не понимающего Василия.

— Сейчас и познакомимся, — пообещал Андрей. — Господа, перед вами Светлана Копейкина, жена Василия. Прошу любить и жаловать.

— Чего?! — нахмурился Василий, вскакивая. — Я ее не помню! Первый раз в жизни вижу эту женщину! Нет, безусловно, очень привлекательная особа, придраться не к чему. Но…

— Ах, так?! Я особа?! — разозлилась Светлана и наплевала на предупреждения сыщика о том, что муж в силу болезни может ее сразу и не вспомнить. Она подскочила к Василию и со всей силы залепила тому пощечину. От всей своей исстрадавшейся души.

— О! — закричал Копейкин, держась за покрасневшую щеку. — Больно же!

— Извините, Светлана, — к ней подошла Снежана, — не волнуйтесь только. Как зовут вашу маму?

— Маму? — всхлипнула Светлана, которую начали усаживать рядом с Василием. — Маму зовут Антонина Петровна…

— Антонина Петровна, Ванька… Светлана, — бормотал морщившийся от боли и нахлынувших внезапно воспоминаний Василий. — Светка? Светочка. Светусик?! Блин! Ты забрала Ваньку из детского сада?! И не говори, что сегодня моя очередь! Я помню, что …Я помню?! Я все помню.

Василий обреченно упал на стул и закрыл лицо руками.

— Васенька, не расстраивайся, — попыталась его успокоить Аленка, но вовремя замолчала, перехватив ревнивый взгляд Светланы.

— Я работаю в банке. Работаю, — стонал тем временем Василий, — я не олигарх.

— Вот и хорошо, — радостно резюмировала Клементина, — главное, чтобы ты человек был хороший.

— Для счастья деньги не нужны, — многозначительно сказал Горецкий, нежно глядя на невесту.

— В жизни мужчины главное это семья, тыл, который помогает выстоять и в радости и в горе, — утвердительно кивнула Нонна.

— Помогает, — согласился с ней Борис Федорович.

— Василий, — всхлипнула Светлана, — возвращайся! Ванька по тебе скучает. И я.

— Светочка!

И Копейкин после минутной слабости кинулся к жене.

— Обидно. И все-таки странно устроен мир, — глядя на обнимающихся супругов, сказала Алена. — Для того чтобы мужчина тебя помнил, его нужно бить?

— Его нужно любить, — не согласился с ней Василий, поворачиваясь к Алене щекой с отпечатком пятерни.

— Ну, да, — хмыкнула та и провозгласила тост. — За воспоминания! За любовь!

Ее все поддержали, поднимая фужеры с шампанским. Туровский удовлетворенно хмыкнул. Одно дело свалилось с его могучих плеч. Впрочем, в его исходе он нисколько не сомневался. Самым трудным оказалось убедить Светлану Копейкину в том, что ее муж не куртизан, а девушки, с которыми он появлялся в обществе, всего лишь его подруги, настоящие подруги, помогавшие все вспомнить. Теперь остается самое главное расследование. И здесь будет меньше поводов для радости. Хотя, кто знает, ведь мир действительно устроен странно.

Андрей подождал, пока страсти по поводу воссоединения Василия с женой улягутся. Подождал, пока найдут общий язык Борис Федорович и Станислав. Что ни говорите, а дружественная встреча за столом всегда становится мостиком к взаимопониманию. Андрею показалось, что Снежана уже смирилась с участью стать падчерицей Нонны. А та, хоть и потеряла надежду отправить приемную дочь в Саратов, приобрела новую возможность избавиться от ее назойливого внимания. Нонна искренне радовалась, что Снежана выходит замуж, и содержать ее Борису больше не придется. Как говорил один древний философ, женщина для мужчины является одновременно раем, адом и чистилищем. Рай для его глаз, ад для души и чистилище для кошелька. Так вот, чистить кошелек мужа Нонна собиралась в гордом одиночестве. Снежану сегодня этот аспект проблемы не интересовал. Она была счастлива потому, что отцу понравился ее жених, Станиславу понравился ее отец, Борис Федорович нашел общий язык с Клементиной. Даже Василий обрел память. Что еще нужно для полного счастья?! Разве чтобы сыщик рассказал, от кого она страдала в последнее время.

И Андрей рассказал.

Он вкратце для некомпетентных присутствующих обрисовал ситуацию последних дней.

Алене, поздно вечером катавшейся по городу на автомобиле подруги, на одной из остановок по чистой случайности подкинули мужчину. Подкинули в именно эту машину. Девушки обнаружили его утром, когда собирались ехать по делам. Они подумали, что в салоне машины лежит труп, и испугались. Но труп неожиданно воскрес и оказался беспамятным Василием. Снежане, как девушке чуткой и сострадательной, пришлось взять подкидыша домой…

Снежана скромно улыбнулась, да, она такая, что и говорить.

…И они с подругой стали помогать несчастному вспомнить кто он, и где живет…

Алена с укоризной поглядела на Светлану, для которой этот рассказ был неожиданным. Вот! Она как сестра лишь помогала! Светлана благодарно улыбнулась ей.

Лучшее, что смогли сделать девушки, Андрей в этом не сомневался, это прийти к частному сыщику с блестящей репутацией. Что они и сделали, и за дело взялся профессионал. Переворотив массу фактов, Андрей тут многозначительно поглядел на господина Стародубцева, с губ которого едва не слетел возглас возмущения поведением дочери, профессионал подобрался к великой тайне.

— Так стоит ли ее озвучивать, Борис Федорович? — мягко поинтересовался Туровский.

— О чем это вы? — не понял тот.

— О вашей жене, — ответил Андрей.

Стародубцев нахмурился, зато таким поворотом сюжета явно заинтересовалась Нонна. Ей очень хотелось узнать, что же скрывается за словами «великая тайна», и каким боком это выйдет ей, если она станет госпожой Стародубцевой.

Над столом нависло напряжение.

Все поняли, что сыщик вот-вот раскроет то, что пряталось в глубинах сознания отца Снежаны. Очень глубоко, так глубоко, что Борис Федорович не хотел это доставать наружу.

— Но дело касается безопасности вашей дочери Снежаны, — напомнил ему Андрей.

Стародубцев покраснел, побледнел, почмокал пухлыми губами.

— Безопасность прежде всего! Выпьем, друзья! — Клементина попыталась заполнить паузу.

— Подожди, мама! — встрял Горецкий. — Все, что касается моей жены, моей будущей жены, касается и меня. Борис Федорович, что это за тайна?

— Здесь посторонние, — пробормотал отец Снежаны.

— Здесь нет посторонних, — пожал плечами Туровский. — Все свои, так или иначе участвующие в ней.